Post #998

Нам пишет Сергей, Барнаул [2/2] Актёры относятся к нам с должным уважением — то есть никак. За два года многие так и не поздоровались со мной ни разу. Мы для них вроде гвоздя в стене — вроде бы есть, но разговаривать с ним не обязательно. Администрация тоже не отстаёт: «вы тут деньги получаете ни за что», «четверо один стул несут», «всё равно сидите без дела». Спасибо, что не плюют в лицо — хотя, возможно, я просто вовремя уворачивался. О технике безопасности в театре вспоминают только тогда, когда случается несчастный случай. И то — вскользь. Все силы и ресурсы бросаются не на защиту работников, а на выпуск спектаклей. Деньги, как вы понимаете, важнее людей. Даже если эти люди — те самые «винтики», без которых ничего не стоит вся их культура. Почему я вообще туда пошёл? Наверное, как и многие, верил в иллюзию: мол, если делать работу с душой, то она перестанет быть повинностью. Я искренне хотел быть частью чего-то настоящего, живого, прекрасного. Но вместо этого получил пощечину от реальности. Не служение искусству, а грубая эксплуатация. Театр оказался не храмом, а коммерческой лавкой. Актёры — не интеллигенцией, а обывателями. И всё это — под вывеской высокой культуры. Но, чтобы быть честным, скажу и о хорошем. За эти два года я встретил простых людей труда — монтировщиков, осветителей, швей, плотников — тех, кто не знал системы Станиславского, но жил по совести. Среди них были такие, в которых я увидел настоящую человеческую силу, ту, что в другое время, при других обстоятельствах, могла бы построить завод или полететь в космос. Как это уже случилось однажды — когда сыновья рабочих и крестьян стали академиками и инженерами. Но сейчас, увы, они перетаскивают мебель по три этажа и слушают, как «культурная элита» поучает их, как правильно жить. По поводу происходящего среди работников царит глухое, разрозненное возмущение, которое никуда не выливается. Кто-то ворчит в цехе или в курилке, но дальше этого не идёт. А есть и такие, кто добровольно холопствует перед начальством — из страха, привычки или в надежде на личную выгоду. Представителей профсоюза в театре нет. Формально существует Алтайская краевая организация Общероссийского профессионального союза работников культуры, который подчиняется ФНПР. Но она выполняет сугубо декоративную функцию. Поэтому в нём состоят лишь единицы. Реальной защиты он не обеспечивает, а обращаться к ним считаю небезопасным. Вот такое положение дел у нас на местах. Профсоюзное движение, настоящее, неподдельное нужно восстанавливать. Нужно организоваться. #письма