Post #17

Что увидел зритель в четвёртой итерации моего этюда? Детские ползунки, которые снова кто-то повесил сушиться после того, как кто-то их постирал. Если с ползунков будет стекать вода, то это означает, что этот кто-то постирал ползунки недавно, если ползунки будут сухими - зритель поймёт, что ползунки висят уже достаточно времени, чтобы успеть высохнуть. Но почему ползунки повешены на цепь? Что это означает? В предыдущих сценах режиссёрского этюда белье развешивалось на бельевую верёвку, цепь защищала белье от воров, но почему детские ползунки висят на цепи? Может быть, потому что они не так уж и ценны? Возможно, пиджак и женское платье более важные и ценные вещи? Я уже говорил, что по моему замыслу цепь символизировала бракосочетание, а ползунки на цепи - рождение ребёнка. И это, естественно, нарушает правила, о которых я кое-как договорился со зрителем. Если бы я показал такой этюд на сцене драматического театра, зритель устал бы разгадывать мой ребус, его внимание рассеялось, он заскучал бы и покинул зал. То есть, я потерял с ним коммуникацию. Представьте, что вам звонит незнакомый номер, вы поднимаете трубку и слышите шум или странные звуки. Сколько вы провисите на проводе? Согласитесь, немного. (Тут меня посетила мысль о том, что это мог бы быть интересный психологический эксперимент, который бы позволил определить среднее время, которое готов потратить человек на попытку разобрать непонятную ему информацию). Итак, я потерял со зрителем связь и, скорее всего, он бы отвлёкся и пропустил «эффектный финал»: вещи на верёвке должны были разъехаться сами, а на натянутой цепи повисли маленькие, несчастные и грустные детские ползунки, символизирующие «то ли несвободу, то ли спасение». Тогда мне даже казалось, что зрители увидят в капающей с ползунков воде слёзы несчастного ребёнка. И тут очень важно проговорить, что точность режиссёра раскрывается в его трезвости. Режиссёр должен смотреть с позиции зрителя: это понятно, а это нет. Текст, который мы сочинили (спектакль - это текст), я просматриваю как редактор, складываю все составляющие в текст и правлю «пунктуацию спектакля», то есть расставляю смысловые знаки так, чтобы облегчить зрителю понимание нашего сложносочинённого текста. Мне кажется, это одна из тех задач, за которые я и получаю деньги.