Post #1383

Холера: как одна болезнь изменила города, науку и повседневную жизнь Холера навсегда осталась в истории синонимом мучительной смерти. Эта болезнь парадоксальным образом подарила миру Лазурный Берег, обеспечила русскую литературу шедеврами Болдинской осени и положила начало современной эпидемиологии. В девятнадцатом веке заразу пытались остановить карантинами. Британский лорд Генри Брум застрял из-за кордонов в рыбацкой деревушке Канны, влюбился в это место и сделал Французскую Ривьеру главным курортом Европы. Те же кордоны заперли Александра Пушкина в имении Болдино, подарив ему самый плодотворный творческий период. Все эти блокировки были абсолютно бесполезны, поскольку холера передавалась через воду. Возбудитель болезни, холерный вибрион, веками обитал в теплых мутных реках Индии. Местное население выработало частичный иммунитет, а отсутствие быстрого транспорта сдерживало распространение инфекции. Все изменила эпоха колонизации. В 1817 году началась первая из семи пандемий. Британские войска разнесли болезнь по всей планете. В Европе холеру воспринимали как варварскую восточную напасть и рисовали в виде тощего синего индуса. Синий цвет объяснялся просто: от катастрофического обезвоживания кожа больных приобретала пугающий синюшный оттенок. Здоровый утром человек к ночи впадал в беспамятство от жуткой диареи и рвоты, а к рассвету умирал. Во время третьей пандемии в викторианском Лондоне произошел настоящий научный прорыв. Врач Джон Сноу, успешно применявший хлороформ при родах королевы Виктории, усомнился в господствующей теории миазмов. Ученые тогда считали источником всех бед дурной запах и грязный воздух. В 1854 году в лондонском районе Сохо вспыхнула жуткая эпидемия. За несколько дней умерли сотни людей, кварталы опустели. Сноу вместе с местным священником обошел все дома и составил карту заражений. Выяснилось, что все умершие пили воду из одной уличной колонки на Брод-стрит, в которую просачивались стоки из выгребной ямы. Рабочие соседней пивоварни не заболели, так как пили исключительно эль. Сноу добился закрытия колонки, и вспышка прекратилась. Он доказал фекально-оральный путь передачи инфекции. Однако медицинское сообщество подняло его на смех. Журнал The Lancet открыто издевался над новатором. Сноу умер от инсульта в 1858 году, так и не дождавшись признания. Лишь спустя десятилетия его назовут отцом эпидемиологии. Связь болезни с грязной водой постепенно стала общеизвестной. Выяснилось, что заразиться можно через сырых устриц, обитающих в местах сброса нечистот. Во время пятой пандемии в 1893 году жертвой холеры стал Петр Чайковский, выпивший стакан некипяченой воды в петербургском ресторане. Примерно тогда же микробиолог Роберт Кох выделил возбудителя, названного «запятой Коха», хотя до него бактерию уже замечал итальянец Филиппо Пачини. Седьмая пандемия формально продолжается до сих пор. Надежные вакцины появились лишь в восьмидесятых годах двадцатого века. Сегодня при наличии чистой воды и своевременной медицинской помощи холера легко лечится простой терапией, восстанавливающей жидкость в организме. Главным правилом выживания остается обычное мытье рук и кипячение воды. #ДокторИстерическихНаук Вы знаете, с кем поделиться: @tabulaRASAnomind