Post #494

От символа оппозиции католицизму до символа феминизма Загадочная дева в картины Рафаэля – предположительно Гипатия Александрийская Она была философом времён поздней античности. Возглавляла неоплатоническую школу в Александрии и обучала студентов всего Средиземноморья. Она также преподавала математику и занималась вычислением астрономических таблиц. Ее современник, историк Сократ Схоластик, в своей «Церковной истории» описал ее так: «В Александрии была одна женщина, по имени Гипатия, дочь философа Теона. Она приобрела такую ученость, что превзошла современных себе философов. Поэтому хотевшие изучать философию стеклись к ней со всех сторон. По своему образованию, имея достойную уважения самоуверенность, она со скромностью представала даже перед лицом правителей; да и в том не поставляла никакого стыда, что являлась среди мужчин, ибо за необыкновенную ее скромность все уважали ее и дивились ей». Известно, что Гипатия принимала участие в городской политике как представительница общины язычников. В то время в Александрии развернулась внутриполитическая борьба церкви и светской власти. Римский перфект Орест отстаивал интересы имперской администрации и укреплял связи одновременно с христианской, иудейской и языческой общинами города. Архиепископ Кирилл, обвинил Ореста в поддержке раскольников новациан и иудеев, а также в симпатиях к языческим интеллектуалам, таким как Гипатия. Уважаемая и язычниками и христианами Гипатия была близким другом перфекта Ореста и его советником. В Александрии стали распространяться слухи о том, что Гипатия – «ведьма» и колдунья, использующая науку против христиан, мешающая примирению Ореста и Кирилла. Это привело к драматическим событиям, когда в марте 415 года во время Великого поста толпа фанатиков схватила Гипатию, забила до смерти у Кесареона – главной церкви города (бывший языческий храм) и сожгла в месте под названием Кинарон. Расправа над Гипатией была глубоко символичным жестом – язычницу убили в бывшем языческом храме и сожгли за городом, тем самым попытались стереть Гипатию не только из физического, но и из сакрального пространства города. Философ-неоплатоник Дамаский возложил ответственность за ее убийство на епископа Кирилла. Вследствие чего неоплатоники стали крайне категорично противостоять христианству. Однако рассказ Дамаския – единственный исторический источник, приписывающий прямую ответственность епископу Кириллу. В эпоху Просвещенияобраз Гипатии переосмыслили. Она и вовсе стала символом оппозиции католицизму. Например, Вольтер в своем «Важном исследовании милорда Болингброка, или Могиле фанатизма» (1736 г.) назвал Гипатию верующей в «законы рациональной природы» и «способности человеческого разума» и описал ее смерть как «зверское убийство, совершенное гончими Кирилла с тонзурой, с фанатичной бандой по пятам». Более того, чтобы сделать образ Александрии понятным его читателям, Вольтер переносит Гипатию в Париж, представляя ее прекрасной парижанкой, растерзанной монахами-кармелитами за то, что она отдавала предпочтение Гомеру, а не поэме кармелита о Магдалине. Уже в XX веке образ Гипатии снова переосмыслили. Тогда ее стали активно эксплуатировать феминисткие движения, чтобы показать, как женщины на протяжении веков сталкивались с подавлением интеллектуального потенциала. Тогда же искусствоведы подхватили интерпретацию девушки в «Афинской школе» Рафаэля как Гипатии. Поскольку Рафаэль не оставил письменных объяснений, кого именно он изображал в своих персонажах, а современники Рафаэля упоминают фреску как собрание великих философов, но не называют женскую фигуру Гипатией или кем-либо ещё, это даёт пространство для самых разных интерпретаций. Более того, в эпоху Возрождения художники часто создавали идеализированные образы, вдохновляясь античностью, но не всегда привязывая их к конкретным личностям. Однако версия о том, что Рафаэль изобразил Гипатию, чтобы усилить идею о том, что Возрождение «возрождает» утраченное наследие, включая вклад женщин-мыслителей уж больно полюбилась и искусствоведам, и гидам, и всякого рода блогерам