Post #1722

Ты встаешь засветло. Эта фраза вытерта до дыр, сношена и на пол брошена. Ты вытираешь об нее ноги. Дороги. Тебя ждут враги и суета сует. Не забыть бы жиром смазать сапоги и набить кисет. Ты полируешь сталь, пока она не скажет: «Хватит». Ты проводишь дольше приличного, коленопреклоненный, выегнутый. У моей кровати. Кстати. Хватит. Нет в тебе былой стати. Утерял лоск и хватку. Ты — пожилой мужик, ходячая морщина, камин трещит, вторя твоим коленям. Тебя ломает радикулит. Время. Не вовремя ты поймал славу за хвост. Нынче она облезла. Ты встаешь, пока меч холодит в твоей подмышке нос. Ты чуешь, что это ждущее крови железо. Ты достаешь ножи. Три. Из сапога еще один. Перевязь. Где-то была еще пара. Ты выдыхаешь клубы. Прощание земли. Ты думаешь: не сдохнуть бы на нарах. Ты вспоминаешь кандалы. Звон. Ты примеряешь вкус земли. Склон. По которому тебя скатили в бочке, веря. Разбил бы потроха в студень. Не такая уж была бы потеря. Сперва. Тебя бы вылили в выемку в глине. Развели вокруг семь костров. Почему семь? К семи ты никогда не готов. Слишком сакрально. В жопу магию. Ты опять берешься за оселок. И пока как осел трудишься. Небо серебрит сперва нос. Потом бочок. Кромку бесстыдную. Корку земли. Где она крутится. Окалину горизонта. Ты снимешь ее своими стараниями. Ты уткнешь меч свой в колесо. Неба сияние. Отрывисто? Ты не умеешь строить слова в длинные дома. Тебе привычней лай. Ты бормотал бы: «Сама-сама». А я поправляла рваное платье. Целое не надевай. Ты встаешь, пока небо не запускает персты тебе в шрамы. Мама бы охнула. Потом рыдала. Мама. Ты затягиваешь потуже всю эту мужскую громыхающую сбрую. Ты идешь за смертью. Ее запахом. Чую. Как ты пытаешься смыть ее. В ручье. Водопаде. Эле. Похоти. Травяном сборе. Хмеле. Слезах ребенка — ты отдал спиногрызам больше, чем магистрат. Ты грызешь кости совести. Тянешь жилы вины. Никто не виноват. Что ты — душегуб. Кровопийца. Каратель. Ты можешь отмыть руки. Но душу. Кстати. Где она там? Какая? Красотка? Или ты просыпаешься до свету. Чтобы нянчить вслепую уродку? Чтобы сталь и подпруга остались в порядке. Но солнце плыло в неведении. Как овощи. Их забыли на грядке. Ты репа. Клубень, разросшийся усами. Ты гнилая морковь. Ты ухмыляешься. Пряча боль под усами. Ты встаешь. Клинок гудит как струна. Ты готов. Ты вдыхаешь, как подрагивает, досматривая последний сон, где же он, ты спасен, страна. Ты слышишь, как запевают птицы. Грохот распахнутых ставень. Корица. Кто-то заваривает кофе. Ты задергиваешь шторы. Роняешь меч. Ты стар. Ты легенда. Ты трухлявый пень. Ты ломаешься рядом со мной. Я затаскиваю тебя на кровать. Мне больше, чем тебе и моей матери. А мать моя была старая-престарая мать. Мы лежим, хриплые вороны. И смеемся. Рассвет удался. Мы еще живы. Еле-еле за руки беремся. Я вижу солнечный блик. Это весна подсылает ангелов к старикам. Мы еще живы. А сдохнуть тебе я не дам. #япишуэтовосне#какэтосвязано