Post #1948

Хотел сбросить тулуп — правая отказала. Смотрел на нее, круто сваренную морозом, дотла алую, вывернутую наизнанку, ревел бы, да не было слез. Хмыкнул. Достал металлический бак с лекарствами, жгут, бабкин шприц. Набрал, матерясь сквозь зубы, четыре куба янтарного октября. И разбил вену штормом. Сел у двери, царапал ногтями краску, слоилась белыми бритвами. Смотрел, как затекает осенью рука, смеялся в тон хрустальным стонам. - Лед, — захлебывались голоса. — Лед. - А я нашел, — язык заплетался, выделывал пьяного. — Временная, беременная. За окном дрожал декабрь. Олег встал, раздирая спину о гвозди на стене. Восемь лет там висел портрет Ким Ир Сена, а теперь коричневый квадрат. Пустая стена. Перевернул календарь. И могильный вторник встал вокруг него на караул, отдал честь и свалился замертво. Олег посмотрелся в зеркало, снял с полки шапку, вывернул ее наизнанку и вышел прочь. Принимать стеклотару, не придираясь к отбитому горлышку. #писатьбольшенекому#япишуэтовосне