Post #2118

Добрый человек без заебонов Добрый человек без заебонов пришел, когда не осталось ни тепла, ни соли, йод выпили, глаза выкололи даже иконам, люди распались, картонные игрушки, которым из бумаги нужно было резать платья и брюки, кругом ржавели танки и лозунги, весна разевала беззубую пасть, и по ее завшивленному, корчащемуся телу шагал добрый человек без заебонов и делал мир Добрый человек без заебонов срезал веревки с деревьев, неважно, петли то были или сети, деревья шумели вслед, и благодарность растекалась и множилась Добрый человек без заебонов стирал буквы и лозунги, тер дотошно, методично, его били, опрокидывали, проламывали кастрюлю головы, и тогда он ждал, пока ночь заштопает раны, и утром шел дальше, а когда добрые люди с заебонами разорвали его на части, выждал неделю, старухи мыли лоскутами его одежды посуду, дети швыряли его кости псам, псы — добрые животные без заебонов собирали его по частям, и наконец он смог продолжить путь, оставив за собой города без слов и речей, с чистыми стенами Добрый человек без заебонов брал танки и другую бронетехнику, брал как друга за руку, и танки становились майскими жуками и божьими коровками, гудя, как расстроенный бас, улетали на небо, там, где их детки кушают конфетки Добрый человек без заебонов стирал в ручьях газеты, и они становились чистым полем Добрый человек без заебонов спал в храмах всех мастей и конфессий, и они открывали двери страждущим, и на столах лежали рыбы и хлеба, дошираки и кабачковая икра, и доброты было вдосталь, и вообще можно было не говорить, а только есть и спать, подложивши кулак под голову, и тот размягчался, отпускал пальцы на волю, а те ерошили волосы, а у кого волос не было — отрастали, а кто хотел быть лысым — оставался, кто хотел петь — звучал, а кто любил пердеть — делал это музыкально и без запаха Добрый человек без заебонов посещал пытки и казни и всегда готов был встать со скамейки запасных, если надо подменял палачей — и тогда пытуемым было не больно и даже интересно, а если вставал на колени, висел на дыбе или подвергался иному насилию, то делал это с улыбкой и вовсе не страдал, помня, что доброта спасет мир Добрый человек без заебонов прощал мздоимцев, баюкал их головы у себя на коленях, а если то были отрубленные головы, то гладил их по лицу, пока они не отращивали ножки и зад и после, детишками отпускал резвиться во двор, где всегда стоял теплый вечер, грели жёлтым теплом окна, за которыми ждали матери и отцы, полные семьей и уютом, а дворовые игры были бесконечными и ужасно интересными, да и в войнушку тут играли так, в кого стреляли — тот оживал Добрый человек без заебонов принимал законы, и они становились эталоном внимания к желаниям властей, возможностям чинуш и полисменов и потребностям подлунного электората Чести и понятий у доброго человека без заебонов не было вовсе Доброго человека без заебонов гнали, он уходил, оставляя за спиной сады и фонтаны, полные чистой воды Доброго человека без заебонов топили в нужниках, он слушал, как аммиак сжигает его кожу и тихонько подпевал в ответ, вылезал ночью и из слезшей кожи мастерил детишкам убийц башмачки и игрушки Добрый человек без заебонов лучше всех умел вытирать грязь с лица и идти дальше Добрый человек без заебонов строил второй БАМ и никогда не жаловался, а когда рядом разбивался оземь человек, добрый человек без заебонов ломал таблетку аспирина, половинку сосал сам, а половинкой оживлял павшего Добрый человек без заебонов стирал государственные границы, и пограничники снимали каски, варили в них шару и кулеш, кашу из АК и гуляш из КПВТ, смешивались с соседями и на утро баюкали неизвестно чьих детей, потому все люди — винегрет, Бог строгал, в одну миску клал, майонез тащи свой Добрый человек без заебонов доставал из спины дюжину ножей, затачивал и клал на порогах вдовых домов, ведь не было в них никого, кто умел бы точить ножи Добрый человек без заебонов утешал вдов, и они шли на могилы к мужьями и пели там, раскатывали камни, ломали надгробия, и тащили упрямых свои мертвецов, ибо нехуй, отдохнул и хватит