Post #2833

До села Беляши До села Беляши сменил он три пары обуви, сперва шел в кедах, драные конверсы, левый красный, правый черный, правый черный, левый красный, рыжий-красный, человек опасный, потом у хозмага, из плохо заштрихованного дверного проема пахло дегтярным мылом, он сел прямо на прогретую до костей землю, оперся босыми ладонями на мать-белу землю, ногтями в пышное тесто ее впился, аж заворчала, заворочалась, на пороге этом между мирами сменил кеды на чуни — Светулино слово — вроде галошей, но скорее самостоятельная, взрослая обувь, кроксы советские, крысы детские, черные бегемоты снаружи черны, а внутри розовые, но мы выворачивать их не станем, улица товарища Сталина в Дагестане, этими ногами в чунях заполз внутрь и притаился в тени, ожидая, шли комсомольцы, привет мальчишу, шли народовольцы, привет мальчишу, шли богомольцы, не привет, не привет, гнида ты притаившаяся, наговор на тебя, дыр-дыр-дыр, выдернул ноги из тени, стащила тень чуни, вместо них берцы пыльные, фабрики «Уралобувь» произведение, Рахманинова вдохновение, дальше двинул в берцах, шаг — озеро, шаг — солончак, шаг — добрые люди злых на закорках несут, шаг — бетона древнего растрескавшийся круг, верные приметы, тут и Беляши сверкнули с косогора, прикрылся козырьком ладони — обещал, что все глаза высмотрит — а не смог, и никто не сможет, в Беляшах крыши острые, в Беляшах крыши круглые, в Беляшах крыши слюдяные, вечер был отчаянно хорош, жаль последний, но о таком не говорят, дальше-то ничего, вот и стоял над Беляшами как флагшток, рубашка колыхалась за ним, то парашютом, то знаменем, нервничал, раздувал ноздри, смущался спуститься, тут мимо беляшиха шла, хвать его за локоть, прильнула и мурлычет, кожей к коже ластится и фамилию по букве у него ворует — нет! что нет, перетекает-ползет фамилия, первые три буквы уже растаяли, — глазами своим сиреневыми беляшиха его ест, а он, сверкая, скрипит и скрежещет, что смогла — вырвала и потащила вниз так, что душистая пыль позади хвостом метет, теперь он стоял над Яшами — первые три буквы долой! — наполовину собой, наполовину разорван, и из драной его подкладки поднималось черное облако, так-то не принес бы он подобное в дом к милым людям, ну, а если душу вскрыли, никому не нужен потрохами наружу, то и тьмы напустить можно, разрешаю, ешь и порти, так и кончились Яши тем же вечером, только пара растоптанных берцев осталась на пороге. #писатьбольшенекому#приниматьад#злоежаловместосердца#здесьбудулежатьия