Post #2858

«Мне надо покричать», — говорит Танда и начинает ухать. У меня насквозь мокрые штаны, до слез холодно, я стискиваю кулаки за спиной и изо всех сил пытаюсь не реветь. «Ты сова», — говорит крысиный череп. Я бы ему двинула. Я бы и Танде двинула, но, мне кажется, она тоже описалась. «Так не кри-чат!» — кричит крысиный череп, и Танда медленно, как пластинка на затихающем ходу, умолкает. Мы смотрим вниз. Очень глубоко под нами равнина, облитая серебряной фольгой. Это Луна. «Тварь, паскуда, гнида», — повторяю, но не помогает. Раньше помогало, набегало облачко, пейзаж поворачивался боком, подставлял скалу или шпиль. И мы оказывались, где угодно, только ни здесь. Мы же прошли волшебный лес, я скинула перстень, гребенку и мыло, сбросила конский волос, накрученный на палочку, скребок и огниво, выкинула портмоне со скидочными картами, брелок, цепочку. За нами вставали скалы, огонь рассекал земли скулу, реки вскрывали чрево гор. Мы сбежали. «Нет», — говорит крысиный череп. Он ерзает на палке, дурное из него навершие, и глазами, как на картине Билибина, он не светит. Сейчас Луна палит нас по-белому. Мы видны во все тысячи телескопов и спутников, развернутых в нашу сторону. Были бы на темной стороне я могла бы использовать любую магию, по уши залезть в самую антинаучную дичь, свернуть пространство бубликом и заставлять протоны играть в чатурангу и распадаться. «А ведь ты не сова», — говорит крысиный череп, и Танда отшатывается, точно узнает во мне что-то, о чем мы ни разу ни говорили, что я скрывала, меж ребер прятала. «Я — не сова», — соглашаюсь и снимаю с себя лицо, стою, обнаженная под солнечным ветром, и когда Танда с ревом отрекается от своего детского образа, я плачу жемчугом из левого глаза. Правый полыхает алым пламенем. Обе мы перестаем притворяться. Что ж, плати по счетам, глупая Земля. Что-то кричит крысиный череп. Мы с Тандой — «Зови меня Дурга» — одновременно поднимаем разноименные руки и снимает с небосвода по звезде. Дурга несет Барнарда — ближайшего к нам одинокого красного карлика. Я отвечаю Проксимой Центавра. «Не хочешь удержать свою руку?» — спрашиваю, скалясь. Дурга начинает свой танец. #писатьбольшенекому#междустрок#япишуэтовосне#приниматьад