Post #3089

Нашел лютую главу родом из узбекского трипа, целиком будет в книге: Мужественность. Почему мужики сваливают «Почему мужики сваливают?» — спросила Муха из Томска, не вскрывая каких-то своих историй, но явно переживая. И мне хотелось ответить словами Великого Сорокина: «Потому что мясные машины», но сегодня время пацанских пабликов и уроки стремных ответов. Потому что страшно, страшно, страшно. Страшно признаваться, страшно разговаривать, страшно открываться, страшно объяснять самому себе, не то, что тебе, страшно выглядеть мудаком, а еще страшнее — им оказаться, страшно не найти слов, страшно сказать: «Я тебя не люблю», страшно сказать: «Я нашел другую», страшно обидеть, страшно предать себя, хотя это любимая отмазка, страшно жить, а потом умирать. А кто меня научил разговаривать с вами, женское племя? Кто был примером? Кто объяснял, пусть без зауми типа: «эмпатия, рефлексия», что доброе слово и зверю приятно. Так ты не зверь, ты — баба, телка, девка, женское семя, тупое и непонятливое. И это одна грань мужскго мира, ровно такая же есть и у вас, прекрасные дамы. Абсолютно симметричное рассуждение: «Да он же хуем думает». «Он сарай строит, какая ему до меня разница? Он дебил. Ему бы только строить что-нибудь». «Интеллект — это не показатель ничего. Вон у него два высших и НИИ в подчинении, когда дело доходит до банального, просто спроси, что я чувствую — чурбак чурбаком». Я не буду уподобляться никому и попробую дать свои ответы. Часть будет навязшей на зубах банальностью, часть — опытом, карамельный и хинным, смешать, но не взаблтывать, часть — только что пришедшей на ум хурмой. Потерпите или отматайте страницы до чего-то более сюжетного. Мужики не разговаривают, потому что боятся. Не умеют работать со страхом, признаваться, что промахнулись, не додумались, сыграли в труса, малодушного или недалекого, или наоборот слишком много себе придумали, а сталкиваться с женской эмоциональностью — кстати, кто ее придумал? — на моей памяти, мужики бывали в разы более эмоциональными, чем девушки. Так что пугает мужика? Что ты узнаешь, что он слабый. И не все понимает. И не хочет разбираться в сложном. И задолбался на работе, кстати, ты тоже. И не хочет пить антидепрессанты, кстати, ну, ты поняла. И к врачу ходить — нахуй! И будущее — коробка, полная дерьма и гвоздей. А у тебя самой как? А еще налоги, увольнение, детский сад, корь, любовница, постоянное ощущение не своего места, кем ты хотел стать, когда двинешься, зависть к деньгам, успеху, творчеству, ведь я хотел быть писателем, а стал торговым представителем «Пепсико». Чо ты вообще всё узнаешь. Какой он? С кем он? Или устал и в простом разбираться тоже не хочет. Что ловко спрятаться за деньгами или грубостью. Потому что грубость — это по-мужски, а других прихватов и доспехов, кроме надуманной мужественность, сам он придумать не сумел. Что ты узнаешь про измены. Кстати, он изменяет, потому что ему: скучно, тягостно, хочется бесплатного (читай, безотвественного) тепла, он давно не чувствовал себя кобелем, МУЖИКОМ, он просто любит трахаться, причем без всякой душевности, честное заводное мясо (поэтому проститутки — или проститутки, фу, честные боевые подруги, ебливые как пылесос Керхер — или вообще случаное кое-что в баре, на отдыха, в командировке, чтобы вообще просто ррррррааааз, и все, скинул напряжение как показатели счетчика и вернулась домой: постирай мне рубашку, пожалуйста). В этом люди, мне кажется, вообще не отличаются друг от друга. Вы тоже изменяете, да, иная статистика, другие ответы, есть несколько классификаций и типологий измен, но все они сводятся примерно к одним базовым установкам: каждому нужно тепло, принятие, безопасность, развлечение, радость, разрядка, признание в стае. Другое дело, что мужику все это найти сильно проще, неважно, за деньги, по харизме, чего говорить, возможностей у нас явно больше. Я изменял от отчаяния, когда боль от нанесенных ран была такая, что я искал не мести, но лечения. Секс не залатал ни единой раны, но позволил забыться. Я изменял от голода, когда нуждался в сексе, другом, но не хотел прерывать отношения.