Post #110

👆Предыдущая часть👆 3. Следует принять во внимание и эпизод, бывший незадолго до этого. «Святейший Патриарх Тихон после ареста 12 мая 1922 г. передал патриаршие права и обязанности митрополиту Ярославскому Агафангелу, но Владыка не был допущен в Москву и 18 июня выпустил послание с указанием архипастырям управлять своими епархиями самостоятельно, игнорируя директивы захвативших власть обновленческих центральных органов. Петроградская автокефалия оформилась одной из первых». Помимо «Петроградской автокефалии», в 1922-1923 гг., до момента возвращения патр. Тихона к церковному управлению, образовывались и другие самоуправляемые Церкви, следуя указаниям митр. Агафангела Ярославского. Однако, высказывались и иные точки зрения. Например, свщмч. еп. Петр (Зверев) писал: «В неделю за литургией я вдруг ясно понял, какую точку зрения должен был я иметь в вопросе о поминовении Святейшего (имеется в виду обязательность поминовения за богослужением имени Патриарха Тихона, несмотря на временную передачу им церковной власти митрополиту Агафангелу – Прим. Ред.). Я должен был твердо помнить, что Святейший не имел права единолично отменять те канонические правила, которые приняты и утверждены Церковью… Стало быть, если бы он и отменил их, то это было бы незаконно и несоглашающиеся были бы правы… ». Все эти рассуждения можно отнести и к тому, что случилось в 1924 г. Из того, что сказано в книге, тяжело понять, имело ли место введение формулы поминовения «всех патриархов» за пределами Москвы и ее округа. Патриарх Тихон был прав, когда говорил, что добровольное дозволение непоминовения (в указанной форме) приведет к отказу от власти – и по сути к хаосу, к переходу всех ранее подчинявшихся Церквей в режим самостоятельного управления. Но сама Церковь, народ как хранитель ее благочестия, может выразить несогласие с подобными решениями, заметив в них угрозу для собственного единства, и добровольно не подчиняться, что, фактически, и случилось, поэтому внешнего раскола не было (за исключением т.н. «даниловцев», которые объединялись вокруг упомянутого выше архиеп. Феодора (Поздеевского). И когда во главе Церкви стал свщмч. Петр (Полянский), то он дал такой наказ митр. Сергию (Страгородскому) и пастве: «Возношение за богослужением Моего имени, как Патриаршего Местоблюстителя, остаётся обязательным», хотя позднее власть давила и на вл. Сергия. Опыт Церкви показал, что отказ от поминовения в угоду властям приносит для нее самой только вред. И потому, когда в 1927 г. архиеп. Димитрий (Беликов) объявил свою епархию автокефальной, то это было осуждено как раскол, поскольку никакого основания для такого действия уже не было. По словам свт. Андрея Трансильванского, если частные распоряжения или определения (действия и примеры) Патриаршего престола не согласны с Св. Писанием и определениями Соборов то они не имеют ни силы, ни значения. Поэтому даже каждый из нас уполномочен отвергать всякое каноническое произведение и всякий Патриарший акт, которые не соответствуют букве Св. Писания и положительного (т.е. того, что содержит решение для сомнительных случаев) церковного правила. В Окружном послании Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви ко всем православным христианам 1848 г. говорится, что «хранителем благочестия y нас есть самое тело Церкви, т.е. самый народ». 4. Самое важное и актуальное. На основании предшествовавших долгих рассуждений, можно сделать довольно короткий вывод. В отличие от событий 1920-х гг., нынешний Патриарх не давал ни устного, ни письменного дозволения на прекращение поминовения, а наоборот осудил его здесь, здесь, здесь и здесь. Свт. Тихон всем приходившим к нему устно дозволял не поминать его имени – сегодня никто из обычных верующих не может иметь такого «выхода» на Патриарха, чтобы переспросить его. Следовательно, современные непоминающие не могут оправдываться прецедентом 1924 г., связанным с Патр. Тихоном, поскольку эти ситуации имеют принципиальные отличия, а последующий, равно как и предыдущий опыт Церкви в вопросе о поминовении призывает соблюдать каноны. #УПЦ#поминовение#новомученики