Post #70

Два фильма как зеркало современного российского общества. Емельяненко (2023, Валерия Гайя Германика) Фильм, который ласково назвали “аттракционом по засовыванию головы в пасть льва”. Хотя лично мне при взгляде на эту трагикомическую фигуру на экране, скорее приходит на ум сравнение с медведем из франшизы Особенностей национальных охот, рыбалок, секса и тп. Этакий повзрослевший и повидавший виды медвед и enfant terrible русских единоборств в одном лице, брат знаменитого чемпиона Фёдора – Александр Емельяненко, которому до крайности так полюбилась огненная вода, что ради неё готов променять карьеру и близких в угаре собственной удали и безнаказанности. И, вероятно, просто так совпало, что последние строчки перечитываемого романа Юрия Мамлеева «Шатуны» закончились там, где началась эта повесть о ненастоящем спортсмене. Где под увеличительным стеклом, через близкий и пристальный, прямой и безжалостный взгляд камеры, необъятная хтонь земли русской живёт, дышит и дебошит на дне своей непознаваемой души. Спортсмен – это единый сплав духа и тела, который через физическое и волевое воздействие пытается ответить на вызов собственной «незавершённости». А в сражениях преодолевает и побеждает не только других, но и себя, являясь примером для восхищения и подражания. На экране же скорее показан обратный ход, деконструкция образа: Александр не выдерживает давления славы старшего брата, неудач на ринге и в личной жизни. Германике удается заглянуть в такое закулисье, которое вряд ли кто ожидал увидеть: оплывшее не от битв лицо, матерящее всех вокруг, выбивающее головой двери бара и плачущее над судьбой, как над внезапно поломанной игрушкой. Загнанный не только на арену для боя, но и на внутреннюю, главную битву, где звериное, увы, одерживает верх. Вместо второго шанса – на закате карьеры вернуться достойно на ринг – полуторачасовой акт саморазрушения и почти что трэша, который благодаря бесстрашной подачи режиссёра превращается в поразительную метафору той части русского существования, что соткана из комплексов, самомнений, дури и... водки. Кино, которое без этой малины оказалось бы, вероятно, скучным и похожим на очередного Рокки, а также вряд ли вызвало бы общественный резонанс, выйдя сразу после завершения съёмок, каким-то чудом добравшись всё же ограниченным прокатом до российских кинотеатров. Захватывающее и патологически физиологическое – это яркое и броское, как силовой захват, путешествие по ту сторону пугает, смешит, душит, отвращает и вызывает сочувствие. Совмещая несовместимое, рисуя портрет печальный и противоречивый, известный не только по наслышке и скандальным новостям, но всё таки тем узнаванием, возможно кроющимся в каждом из нас. Картины дружеских связей (2025, Соня Райзман) В другом углу ринга – ностальгирующий по настоящему, в обрывочной чёрно-белой гамме уютный мамблкор, собранный из разговоров в прокуренных квартирах, из голосовых сообщений и пауз, наполненных смыслом. Кино, оглушающее своей тишиной и уязвимостью (особенно после Емельяненко), наполненное воздушностью светлого времени - лёгкого дыхания, которое играет и танцует, радуется и печалится на удивительных контрастах: абсурдной стороне жизни и тоске настоящих чувств. Трогательный и живой портрет поколения, эпохи, что уже уходит в темнеющие дали двадцатых, но остаются «дружеские связи», как чёрно-белые фотоснимки в альбоме, рассматриваемые на старых сиденьях кинотеатра. #емельяненко#германика#картины_дружеских_связей #соня_райзман#вкино