ветер крепчает ✧˚ ༘ ⋆

отсиживалась на спецпоказе «москва слезам не верит», представленном киноведом Сергеем Лаврентьевым. приятнейшее, греющее душу удивление - полный зал по скрипту: чудесный дружочек марго привезла из ленинграда 85-й выпуск СЕАНСа, что, ну никак не могло не задать тон сегодняшним суткам! обозревать будем завтра, ибо, к сожалению - университет не терпит тонкости душевной организации моей натуры и делает лишь небольшое снисхождение в виде прихода ко второй паре

таки поймала ее

пока ожидаю подходящей осенне-серой поры - мысли хлебобулочные, а прочитанное отдает дымом сигарет

что-то ты долго собираешься а может никогда не ощущал я всей тайны вечно чуждой нам женской природы острее, чем в такие минуты бесшумного скольжения ее перед зеркалом, когда священно-действуя перед ним, она впадала в эту особую пристальную задумчивость и самозабвенную отрешенность, когда она вся отдавалась бессознательному самоощущению пола.. ремарка?

советское фото — 1980 яне пойду против людей, не пойду против себя, я пойду против смертей, я пойду против царя.

Бердяев - «О рабстве и свободе человека»

мне жизненно необходим кружок, где мы будем обсуждать кино не с элитарной, а с интеллигентной точки зрения

рил: собирайся. мы едем на дачу выслеживать куропаток но мне нужно было отстоять собственное осмысление личности

Долгая счастливая жизнь — [1966] Продолжая марафон хаотичных рецензий на не менее хаотичное знакомство с ленинградской школой, обозреваю, как выразились бы критики СЕАНСа - картину «морального беспокойства» Любовь с первого взгляда в Стране Советов всегда претенциозно верна. «Долгая счастливая жизнь» - откровение советского кино, обратная сторона упомянутой верности и непоколебимости самого слова «любовь». Почему «кино морального беспокойства»? Задушевные разговоры, громкие обещания, взгляды, таящиеся в лестничных пролетах театра, нежные намеки на вальс - детерминанта советских картин 60-х. Как все-таки забавно разрушение одним единственным союзом «но», при виде которого весь конститутивный фон вырисовывается в утренний дисбаланс: внезапная любовь кроется первыми лучами солнца, нахлынувшей ответственностью, осознанием уязвимости ночи перед ликом рассветной поры. Шпаликов одним из первых раскладывает пасьянс расстройств личности, халатности, неуловимости человеческого чувства, семейного [модного словечка] «абьюза», перекрывая все пути к точному определению кто прав, а кто виновен.

рóдно | бабушкино [низкий дом с голубыми ставнями, не забыть мне тебя никогда, — слишком были такими недавними отзвучавшие в сумрак года]

это мое объяснение … мое объяснение в любви к людям, рядом с которыми прошло мое детство. в пяти минутах ходьбы отсюда и … полвека тому назад Мой друг Иван Лапшин [1985]