Post #1344

О разрушении Компания поехавших стариканов разрушила мои последние 15 лет жизни. Все, что я так долго строила. Ради чего терпела, ради чего брала себя в руки. Банальность зла разрушила все. Я оглядываюсь назад и вижу ту девочку — которая делала с подружками вручную журнал в шестом классе. Которая шла в черную пургу на курсы по журналистике. Сидела в пуховике в холодной аудитории и училась писать тексты. Не буду притворяться, что мои цели изначально были большими. Я уже рассказывала про письмо от Гарри Поттера (Дэниела Рэдклиффа). Я поняла, что мне нужен хороший способ задавать вопросы людям, у которых есть ответы. Я терпела насмешки от других — ну ладно, думала, когда стану журналистом, буду разговаривать с более умными людьми. И конечно же, я мечтала, что когда я стану знаменитой, мама наконец сможет гордиться мной. Тогда она перестанет говорить мне, что я никчемная, бессмысленная, нелепая, бездарная. Я ей докажу, что меня можно любить. Я знаю, что это сейчас звучит наивно. Но так я научилась брать всю мою боль и перерабатывать ее в упрямство, силу и смелость. Меня часто хвалят за эти качества. И это правда. Я такая. Если ради этого нужно было поехать на другой конец страны на семинар журнала, за которым ездила на другой конец города — окей. Уехать с 40 кг вещей из Сибири в Петербург, потому что там лучший вуз для тех, кто мечтает заниматься телевидением? Я выезжаю. Это был тяжелый путь, сложный. Местами — просто невыносимый. И даже когда мне нечего было есть и не с кем поделиться своей болью, я вставала и продолжала работать. Даже когда мои редактора говорили мне, что «у меня одна хорошая мысль на весь текст», я не отчаивалась. Да, я расстраивалась, но твердила себе — учись делать лучше. Переделывай, пока не получится. Меня разрывало от счастья от каждой опубликованной заметки — любой, даже крошечной, даже о новых лавочках в парке. Я знала, что это — маленький шаг на моей длинной дороге. А потом я сделаю еще один. Ради этого пути я вытаскивала себя из жутких депрессий. Или спасалась им — например, когда погибла моя сестра. Моей мечте об останкинской башне не суждено было сбыться. Во-первых, меня через два месяца выгнали «за дестабилизацию обстановки в регионе». Потом я пробовала выключать голову в новостном агентстве норникеля — просто писать буквы, переносить их с места на место. Но я поняла, что ничего не выйдет. Это — смерть при жизни. И я продолжила работать — там, где так можно было не делать. Мне угрожали. Меня били. Меня выставляли гнидой. Мой расследовательский проект заблокировали. Два года работы. На уничтожить — один день. И даже тогда я сказала — ну я так просто не сдамся. Я продолжу искать способы задавать вопросы к этому миру. Маленькими шажочками, но я продолжу. И даже не ради своих детских амбиций — а чтобы помогать останавливать зло. Восстанавливать причинно-следственные связи, исследовать, просвещать, помогать и объединять. Они разрушили все. И я знаю, что горюю сейчас по своему куличику, который я так старательно лепила 15 лет. По детским мечтам. По прежнему миру. По несбывшимся надеждам. А потом я снова не сдамся.