Садржај поста
Лето целого века Вернувшись из леса, я заметила, сколько сил тратишь на равновесие. На то, чтобы переваривать эмоции: видеть зло, осознавать его, и не поддаваться. Суббота. Вечер. В Москве — духота, как в аду. Люди — красивые, светящиеся, тусуются у модных баров, гуляют по бульварам. И тут из-за угла на тебя выскакивает баннер «Справедливой России» с Z и V. Или вот поджигаешь самокрутку, любуешься миром, и думаешь — как же хорошо-то, а. Хоть на эти десять минут — в которые не вспоминаешь, что пачку Макбарена, и ту — последнюю, нашла в n-ом магазине. И что стоит она теперь в три раза дороже. Или вот еще сцена из вчерашнего дня: сижу, значит, наблюдаю, как на руке под иглой татуировщицы проявляются сиренево-леопардовые меховые наручники (последствия экзистенциального кризиса - они такие). Приходит сообщение: Андрей Заякин (Диссернет, Новая) — в суде, потому что уголовка за экстремизм. За тыщу деревянных, которые он когда-то перевел самой опасной — экстремистской иноагентской ФБК. И так далее. И так далее, и то, что публично я не озвучу. Такое оно — мое лето целого века. Наполненное созиданием, красотой, любопытством, заботой, вдохновляющими людьми. И одновременно — прощаниями надолго, злостью на бессилие, подвешенной темнотой, нервным срывом — после того, как не могла дозвониться до мамы после взрывов в ее городе. Что я знаю точно — так то, что каждый день мое умение внутренне сопротивляться становиться все сильнее, переживать — так или иначе, той или иной ценой, получается. Завтра не существует, но оно всегда настает — пусть так. Так, как есть. В мае я не понимала, как это — думать про послезавтра. В июне — просила открыть эту мудрость у волшебной горы. Сегодня — в конце августа, — я, кажется, знаю.