Post #136

"Счастливчики" Кортасара Про стеб над Античностью и аналогии с Фаулзом В эпиграфе — цитата из «Идиота» Достоевского. Про людей обыкновенных, самых заурядных, скучных. О тех, кто всегда на вторых ролях — они не интересны так, как интересны главные герои, но все же без этих NPC нельзя выстроить ни одно произведение. Маркиза вышла в пять. Фраза имитирует начало традиционного романа: раньше они все начинались такой строчки, но позже это стало дурным тоном. Гений Кортасар начинает хихикать уже с первого предложения, чтобы мы сразу понимали, с кем имеем дело. А затем он начинает играть в открытую, уже даже не старается скрыть своей насмешки. Путешествие как слишком очевидная метафора — когда хороший писатель пишет про путешествия, это всегда Древняя Греция, всегда. Второстепенные герои, отчаянно старающиеся занять роли главных. По атмосфере очень сильно напоминает «Волхва» Фаулза — здесь тоже кажется, что кто-то наблюдает со стороны, делает записи, готовится ставить настоящий спектакль. Убеждена, окажется, что ничего подобного нет. От того интереснее. Эдакий стеб над Античностью. Мифологическое путешествие — да, но герои не с большой буквы. Кортасар намеренно идет вразрез всем канонам греческих произведений — у него путь героя совершают те, кого не назвать героем даже в шутку. Они — зануды, их диалоги не запоминаются, потому что они пусты. Они ни-ка-кие. «Счастливчики» написаны в 1960-м, «Волхв» — в 1965. И дело здесь не в том, что кто-то кем-то вдохновлялся. Дело в том, что когда речь заходит о Древней Греции в современных декорациях — у хороших писателей атмосфера всегда совпадает.