Post #68

«Китобой» Филипп Юрьев Давайте я скажу самое главное: в России умеют снимать кино, окей? Блокбастеры – не умеют, но если повернуть голову хоть чуть-чуть в сторону от афиш кинотеатра, то можно увидеть отличное авторское кино. Далеко ходить за примерами не надо, чтобы назвать отечественных мастеров. Балабанов Наше Всё. Серебренников – живой классик, революционер театра. Звягинцев – любимчик Запада. «Ну, это ещё советская школа или ранняя РФ», - возразите вы мне. И вправду, что у нас в России с новичками? А всё ахуенно. За исключением одной детали. Уж сильно бросается в глаза, как современным авторам нравится «показывать провинцию». Конечно, ведь на это есть спрос. Народ заебался смотреть на столичную жизнь тамошних лухарей – пипл хочет жести, правды и – новомодного словечка – хтони, то есть, такого прям, жизненного российского пиздеца, где саундтреком играет Хаски или похожий воспеватель русского горя. И отныне молодые авторы дерутся за право «показать провинцию»: кто чернушнее, кто жёстче и хтоничнее. Гонку начал будто бы и сам Звягинцев с неоднозначным «Левиафаном», но точка-катализатор предложения на такое кино, безусловно, «Аритмия» и «Чики», когда спрос такую оферту поддержал. Даже Серебренников залез в эту клоаку, чтобы показать нам «Петровых в гриппе». И чернее, и чернее, и краски депрессивнее, и сюжет такой, чтоб хотелось помыться. Однако, как мне кажется, в демонстрации провинциального пиздеца давно поставлена точка фильмом «Груз 200», потому что сильнее и доходчивее не снимешь, но молодые и даже старые головы всё равно кропят над полотнами, пытаясь осмыслить сюжеты с российских ток-шоу. Однако я посмотрел «Китобой», и это новый виток в жанре. Приятный. Юрьев осмысляет наше провинциальное житьё не с позиции: «Ебать, вот это я ща открою всем глаза». Он их нам закрывает, разрешив что-то вспомнить, разрешив о чём-то помечтать: первая глупая влюблённость, подвиги во имя неё, отеческий дом, старый друг-сосед . Начиная с первых кадров, когда грязная американская секс-индустрия противопоставляется работягам с Дальнего Востока – мы улетаем с наших мест в магические пейзажи тундры, где в деревеньке у океана живёт главный герой. Ужасная хтонь, которой нас пытаются кормить уже несколько лет, становится чем-то родным и близким, потому что не такой уж это и пиздец. Это просто наша жизнь. Может, не ебать нам американских вебкамщиц, и в Детройте не пить нам Корону Экстра, но ведь это же всё такое далёкое от нас, такое глупое и смешное. Но поймём мы это лишь тогда, когда откажемся от нашей тундры, и друга, и танцующего деда, бесконечно готовящегося к смерти. Мы обязаны сохранять это в себе, не поддаваясь зову лживых ценностей. Вот, о чём я подумал, когда посмотрел этот фильм. Сюжет пересказывать не хочу.