Post #70

Леонид Андреев «Красный смех» Преамбула: Серебряный век русской литературы обязательно ассоциируется с поэзией: время гениального создателя образов Гумилёва, самобытных футуристов в лице того же Маяковского и невероятных лириков-имажинистов. При этом проза игнорируется. Проза – это конец золотого века и начало Оттепели, но разве это так? Вот в этот момент и даёт вам хуем по лбу Леонид Андреев Структура и сюжет: Рассказ представляет собой сборник безымянных отрывков без понятного сюжета. Всё, что мы понимаем так это то, что сейчас идёт война. Изначально рассказ начинается с записок безымянного солдата, который позже возвращается домой безногим инвалидом, умирая через какое-то время в белой горячки, которую он поймал, занимаясь попытками описать ужасы войны. Однако смерть рассказчика не заканчивает произведение. Далее рассказ ведёт брат умершего воина, который так же сходит с ума от тех ужасов войны, которые окружают его в безымянном городе. Между этими линиями повествования мы можем видеть и слова самого автора. Но главный герой всего произведения один – Красный смех: олицетворение войны, представленное абстрактным ужасным смехом, отражающим вопли погибших, раненых и сходящих с ума людей. «Когда планета сходит с ума – это её смех. Красный смех – это её скальп без кожи». Тема: Война – тема довольно обширная в литературе. От эпических поэм Античности и Средних веков до подробных романов с полей двух мировых войн и после них. Интересно то, что чем дальше мы пройдём по ленте времени – тем более отчётливо мы увидим смещение отношения писателей к войне: от священного долга до раскрытия её ужасов, до картин сумасшествия всеобщего помешательства. Казалось бы, основные отцы такого описания войны – писатели Потерянного поколения, вернувшегося с полей Первой Мировой: Ремарк, Хемингуэй и иже с ними. "На Западном фронте без перемен" - это одна из моих настольных книг, потому что я не читал более проникновенного и тяжёлого описания того, что же происходит в голове у простого солдата. Но Андреев, предвосхищая и Ремарка, и Потерянное поколение, и две, блять, мировые, берёт такой широкий словесный мазок, уложив эти краски ни в роман и ни повесть – а в небольшой рассказ. Андреев демонстрирует не только ужас самой войны как бойни, которая происходит здесь и сейчас. Война сводит с ума даже тех, кто не держал винтовку. Линия брата – гениальна тем, что показывает, насколько масштабны жертвы войны. Жертвы войны – это не сухие цифры убитых и потерявшихся без вести. Жертвы войны – это раненые, это инвалиды, это родственники, это целый город и целые страны. Потому что отныне для всех них нет никакой жизни. Они попросту не верят в неё. «Я не верю, что есть где-то города, зелень, университеты». Отныне есть только страшный, хаотичный, мерзкий Красный смех, уничтожающий всё живое и окрашивающий весь мир в бордовый ужас.