Архивный документ

«В июне 1941 года я окончила 3-й курс 1-то Ленинградского медицинского института. Моей дочери Веронике исполнился 1 год. 21 июня мы с семьей собирались поехать на дачу», - это фрагмент из воспоминаний Валентины Федоровны Александровой – жительницы блокадного Ленинграда. После объявления о начале войны всех студентов призвали – они стали работать в клиниках города. «Первые раненые для нас были вначале потрясением: ночные бомбардировки пугали, мы прятались по сигналу тревоги в убежище. Затем так привыкли, что даже во время обстрела ходила по улицам, лишь бы скорей попасть домой к своему ребенку. Серьезное потрясение было, когда в конце июля 1941 г. рядом с нами бомба попала в детский сад. Находившиеся на круглосуточном режиме дети все погибли. Эта страшная сцена стоит у меня перед глазами всю жизнь», - воспоминала Валентина Федоровна. Она работала в клинике до марта 1942 года. Из-за голода ее вес достиг критических 33 кг, у дочери диагностировали голодную дисперсию. «Я поняла, что нужно спасаться», - писала она позднее. Тем более, что в дом, где они жили, попала бомба. Так совпало, что в ту ночь мать и дочь ночевали в другом месте и остались живы. Утром Валентина Федоровна побежала к дому – уцелела только арка, под которой сидели насмерть замерзшие сестры – их соседи. Выбираться из Ленинграда предстояло по Ладоге. «Лед размяк, не выдержал груз, и идущая позади нас машина с людьми ушла под лед», - вспоминала Александрова. Семья добралась до Воронежа, но и оттуда вскоре пришлось уезжать, так как враг подошел к городу. «Когда мы следовали с последним эвакопоездом, идущим на восток из Воронежа, мой муж воевал на окраинах Воронежа, где и пал смертью храбрых в августе 1942 года. Могилу мужа мне удалось найти гораздо позже, и я ее посетила в 1970 году», - делилась позднее воспоминаниями Валентина Федоровна. Сегодня ее свидетельства и блокаде в Ленинграде хранятся в фондах Государственного архива Псковской области.

«В середу ж до обеда все читают зады, а в субботу до обеда слушают воинский артикул», - это фрагмент из Ведомости о состоящем при Псковском гарнизонном батальоне военно-сиротском отделении. Датирован документ ноябрем 1802 года. О чем же идет речь? «Читать зады» означало повторять пройденный материал. Иными словами, по средам всем воспитанникам надлежало обратиться к своим записям и учебникам для повторения пройденного. А «воинский артикул» – это сборник законов о воинских преступлениях и наказаниях, который действовал до 1839 года. И каждую субботу в военно-сиротском отделении изучали данный сборник. Согласитесь, сегодня данные фразы без дополнительного пояснения понять довольно проблематично.

9 мая 1945 года было подписано Постановление «О перегоне трофейного племенного скота с территории Германии и Польши в районы Советского Союза, освобожденные от немецкой оккупации, для передачи этого скота колхозам и семьям воинов Красной Армии». Сотни тысяч голов коров, лошадей, овец отправили на территорию СССР. Не в вагонах поездов, а своим ходом. Сопровождали их делегированные для этого колхозники. По сути своей, была предпринята попытка хотя бы частично вернуть угнанный с оккупированных территорий в первый год войны скот. Об этом факте известно не так много. Тем ценнее редкие документы. Например, выписка из Протокола №36 заседания исполкома Середкинского райсовета депутатов трудящихся от 23 мая 1945 года. Документ определял маршрут перегоняемого стада – «входные ворота – Заклинье, выходные ворота – Черная Речка». Кроме того, определялись площадки для осмотра скота и для его отдыха. Председателей колхозов обязали предусмотреть защиту посевов от вытаптывания, выделить пастбища для передаваемого скота.

В январе 2024 года исполняется 75 лет со дня рождения первого директора мемориального музея академика И.М. Виноградова в Великих Луках Тамары Михайловны Андреевой. В 1966-1970 гг. она училась на факультете русского языка и литературы Великолукского государственного педагогического института, работала в Станковской восьмилетней школе Дедовичского района, затем в Музее боевой и комсомольской славы имени Александра Матросова в Великих Луках, вначале хранителем фондов, а затем его директором. Дальнейшая деятельность Тамары Михайловны связана с музеем выдающегося математика Виноградова. Открытие музея состоялось 14 сентября 1986 года. После открытия музея его работники продолжали поисковую работу в архивах, постоянно пополнялся мемориальный фонд. Музей под руководством Андреевой предлагал новые интересные формы работы с посетителями. К сожалению, ранний уход из жизни Тамары Михайловны помешал осуществлению ее дальнейших планов.

27 января 1944 года была полностью снята фашистская блокада вокруг Ленинграда. В 2024 году исполняется 80 лет с этой даты. 872 дня борьбы за жизнь в обстреливаемом врагами городе! Голод, морозы, бесчисленные попытки вывезти жителей на Большую землю. Государственный архив Псковской области начинает серию публикаций о блокаде и жителях блокадного Ленинграда, среди которых были и уроженцы Псковской области. А начнем мы с одной из самых трагичных историй блокады - с дневника Тани Савичевой. Девочка родилась в январе 1930 года в селе Дворище под Гдовом (Псковская область). Таня была пятым ребенком в семье Николая и Марии Савичевых. В Ленинграде они жили на 2-й линии Васильевского острова, в доме 13/6. Рожать свою самую младшую дочь Мария Савичева уехала к сестре, муж которой был доктором. Именно в Дворище семья планировала поехать на все лето 1941 года. Брат Миша уехал туда 21 июня, остальные члены семьи планировала 22 числа отметить день рождения бабушки и затем собираться в дорогу. Война внесла свои коррективы в планы Савичевых. Они не смогли покинуть блокадный город. Первой не стало сестры Жени, затем бабушки и брата Леки. Ушли из жизни дядя Вася и дядя Леша, в мае 1942 года умерла мама. «Савичевы умерли. Осталась одна Таня», - выведено детским почерком в блокноте. Таня сложила в мамину шкатулку свидетельства о смерти близких и свои записи, и ушла к дальней родственнице – тете Дусе, но та вскоре отдала девочку в детский дом. Позднее вместе с другими его воспитанниками Таня была эвакуирована в Горьковскую область (сегодня - Нижегородская). Здесь самая младшая из Савичевых прожила еще несколько месяцев, ее не стало в июле 1944 года.

Есть немало документов, которые хоть и написаны русским языком, но понять некоторые фразы в них довольно проблематично. И дело даже не в диалектизмах. Беда в том, что когда-то эти фразы были устойчивыми выражениями и широко использовались в официальных документах, но впоследствии вышли из обихода. Например: «В середу ж до обеда все читают зады, а в субботу до обеда слушают воинский артикул». Есть ли у вас предположение, о чем именно идет речь? Ваши версии ожидаем в комментариях.

В ряде архивных документов можно встретить упоминание Ольгина колодца в Пскове. К примеру, в материалах о первом рейсе парохода «Юлиана-Клементина» из города Дерпта в Псков, датированных маем 1843 года: «Уже в пять часов по полудни стали собираться к пристани, выстроенной на левом берегу Великой, близ Ольгина колодца, любопытные видеть и с радостию встретить это усовершенствование в сообщении Пскова с торговыми и знаменитыми соседями, Дерптом и Нарвой». Ольгин колодец располагался на левом берегу реки Великой в районе Ольгинской часовни. Если вы сейчас представили часовню, которая возвышается на Ольгинской набережной, спешим вас огорчить – она была возведена в 2000 году в стороне от фундамента своей предшественницы. По преданию, первоначально часовня была установлена в том месте, откуда княгиня Ольга смотрела на Псков и наблюдала чудесное явление – три солнечных луча, вырвавшихся из-за тучи. На том холме, который они осветили, повелела она поставить храм – Троицкий собор. Точное место часовни-предшественницы можно отыскать по памятному знаку, выполненному архитектором Всеволодом Смирновым, – «Ольгиному кресту». Когда-то рядом с часовней из известняка бил родник. Именно его горожане называли Ольгиным колодцем. Псковичи верили, что его вода целебна, и может помочь при лечении любых болезней глаз.

До чего же холодно 7 января в Псковской области. На столбиках термометров в Невеле было – 25, в Кунье и Великих Луках – 27, в Пскове и Острове – 28, а в Бежаницах – 29. Холоднее всего в Порхове – 32 градуса. Частенько старожилы говорят: это еще что, вот раньше морозы бывали. Обратимся к архивным документам: «январь и февраль 1861 года достопамятны сильными морозами и большими снегами: 5-го января было – 30° мороза в городе и – 31° на Николаевской высоте <…> Снег выпал глубокий, какого не бывало с незапамятных времен» (Из отчета по Псковской городовой больнице за 1861 год – ГАПО. Ф. 117. Оп. 1. Д. 66.). Согласитесь, очень похоже на то, что отмечают синоптики сегодня. Получается, что и в середине 19 века подобную погоду сочли очень холодной! Почаще обращайтесь к архивным документам! Они правдиво расскажут о нашей истории. На фото: Мальская долина, 2024 г.

Уходит 2023 год. Он был разным для каждого из нас. Кому-то, мы уверены в этом, удалось добиться желаемого, отыскать в тысячах архивных документов тот самый заветный материал, поиску которого были посвящены годы. Для кого-то это был год анализа и осмысления накопленных материалов. Для кого-то – положен старт в изучении истории, и есть первые успехи. Путь новый год – 2024 – будет щедрым к каждому из вас! Пусть балует открытиями, пусть открывает завесы тайн. В уходящем году так много говорилось о нейросетях. Мы наблюдали как наши пользователи нет-нет обращаются к ним в надежде создать аватарки или увидеть любимые города в версии искусственного интеллекта. Мы решились доверить нейросетям создание новогодних пожеланий для наших подписчиков – исследователей, историков, педагогов. Делимся с вами полученным результатом! И желаем всегда оставаться на волне истории!