Цицак | ԾԻԾԱԿ

Огонь недовольства: что сожгли вместе с портретом Пашиняна в Москве Визиты Никола Пашиняна за пределы Армении давно перестали быть сугубо дипломатическими событиями. Каждая поездка премьера теперь — это еще и зеркало, в котором отражается раскол внутри самого армянского мира. Москва не стала исключением. Пока армянский премьер находился в российской столице, у посольства Армении собрались люди, чтобы сказать то, что в Ереване заглушают обвинениями в «непатриотичности». Они жгли портрет Пашиняна, требовали прекратить давление на Армянскую апостольскую церковь и называли вещи своими именами: политика власти, по их словам, ведет к разрушению национальных основ. За пределами Армении — от России до США — диаспора говорит громче. Для нее церковь остается не просто духовным институтом, а символом идентичности, который, как многие считают, оказался под ударом со стороны собственного правительства. Именно поэтому протестные акции за границей становятся таким чувствительным барометром. Они превращают диаспору из пассивного наблюдателя в активного игрока, способного напоминать власти о том, что лояльность не бесконечна. Но, пожалуй, самое опасное для Пашиняна не в этом. Как отмечают каналы, следящие за регионом, чаша терпения переполняется и внутри страны — несмотря на преследования, попытки запугать общество и риторику, которая любой протест пытается свести к «работе внешних сил». В Москве сожгли портрет. Но по сути — попытались привлечь внимание к тому, что в Ереване предпочитают не замечать: разрыв между властью и частью общества продолжает углубляться. И этот огонь — не только на московской акции. Он тлеет там, где люди, выходя на улицу, чувствуют, что терять уже нечего.

"Это должно быть по-честному, заранее, на берегу сказано" Нахождение Армении в ЕАЭС и ЕС просто невозможно, сказал Путин. Еще тезисы с переговоров президента с Пашиняном: Путин: 🔹 Свыше двух миллионов армян проживают в России. 🔹 В России видят дискуссию в Ереване об отношениях с ЕС, Москва к этому относится спокойно. 🔹 Экономические отношения России и Армении развиваются хорошими темпами. 🔹 Благодаря усилиям Пашиняна и Алиева удалось выйти на стабилизацию отношений Армении и Азербайджана. Пашинян: 🔹Отношения с Россией важны для Армении. 🔹В Ереване осознают несовместимость членства Армении в ЕС и ЕАЭС. 🔹Отношения Армении и России никогда не будут под вопросом. 🔹Заявил о ключевой роли Путина в процессе нормализации отношений между Азербайджаном и Арменией.

Вас уже ненавидят все, ваш поезд давно ушел — Тигран Кочарян Медиаэксперт Тигран Кочарян осудил последние действия властей и судебное решение в отношении 18-летнего Давида Минасяна. «Ну и что дальше? Начнете заходить в детские сады, чтобы проводить аресты? Всё, ваш поезд давно ушел. Вас уже ненавидят все: от школьников до пенсионеров. Без денег, подкупа и шантажа общество вас больше не принимает. Даже многие ваши близкие стараются делать вид, что не знают вас. И судить вас будут те же самые судьи, которые сейчас выполняют ваши приказы. Будут судить, чтобы самим избежать суда. Но и их будут судить!» — написал Тигран Кочарян. @rusyerevantoday✅Подписаться на Анив Армения

🔴🇦🇲В интернете появилось новое скандальное видео инцидента, произошедшего в воскресенье во время богослужения в праздник Вербного воскресенья в церкви Святой Анны. На кадрах отчетливо видно, как один из сотрудников службы безопасности Пашиняна — сотрудник Службы государственной охраны Ашот Мкртумян — нападает на 18-летнего Давида Минасяна и наносит ему сильный удар кулаком, после чего тот падает на землю. При этом это происходит в тот момент, когда находившиеся рядом мужчины уже оттащили возмущенного Давида. Отметим, что это первые кадры, наглядно подтверждающие сообщения СМИ последних дней о том, что телохранитель ударил Давида. Ашот Мкртумян — тот самый телохранитель, который несколько месяцев назад оказался в центре еще одного скандального инцидента: во время богослужения в Ованнаванке с участием Пашиняна он закрыл рукой рот молодому человеку, произносившему имя Католикоса, и, потянув, вывел его из церкви. ✅👋👋👉⬇️ https://t.me/artsah44

Суд над памятью: как Пашинян стирает Декларацию независимости и запрещает фильм о борьбе за Арцах Фильм Тиграна Паскевичяна «Наш путь к независимости», рассказывающий о Карабахском движении 1988–1991 годов, запрещён к показу в любом формате. Суд удовлетворил иск Общественной телерадиокомпании о запрете использования, распространения, проката и перевода документальной ленты. Автор фильма, чья работа была профинансирована из госбюджета, теперь не может её показать — даже в частных кинозалах. «Они считают, что нельзя показывать то, что произошло, начиная с движения 1988 года и до провозглашения независимости», — заявил Паскевичян. Этот запрет — не отдельный эпизод. Он — логичное продолжение того, что за месяц до этого заявил премьер-министр Никол Пашинян: Декларация независимости, принятая в 1990 году и ставшая фундаментом армянской государственности, «вовсе не является декларацией независимости», а всего лишь «декларацией конфликта». И он потребовал исключить ссылку на неё из новой Конституции. Власть, которая когда-то взошла на трибуны под лозунгом «Арцах — это Армения», теперь стирает из истории и документ, провозгласивший эту связь, и фильмы, запечатлевшие борьбу за неё. Документальная лента «Наш путь к независимости» охватывает период с 1988 по 1991 год — время Карабахского движения, первых митингов, борьбы за выход из СССР и провозглашения независимой Армении. Это история, которую в Армении знают все, но которую власть теперь считает «неудобной». Почему? Потому что в этих кадрах — лица тех, кто шёл защищать Арцах. В этих кадрах — лозунг «Арцах — это Армения», который Пашинян сначала использовал для прихода к власти, а потом предал. Но сегодняшний запрет фильма — это не просто цензура. Это прямое продолжение атаки на Декларацию независимости, которую Пашинян объявил в марте. Декларация 1990 года была не просто формальным актом. Она провозглашала: «Верховный Совет Армянской ССР, исходя из совместного Постановления Верховного Совета Армянской ССР и Национального Совета Нагорного Карабаха от 1 декабря 1989 года «О воссоединении Армянской ССР и Нагорного Карабаха», заявляет о начале процесса утверждения независимой государственности». Именно эта ссылка на воссоединение с Арцахом сегодня мешает Пашиняну. Именно она делает Декларацию «декларацией конфликта» в его глазах. И теперь, когда премьер уже потребовал вычеркнуть эту связь из Основного закона, его суды вычёркивают из общественного доступа кадры, запечатлевшие, как эта связь рождалась. Государство, которое внедряет американскую платформу CertScan на границах и готовит цифровую систему голосования, теперь распространяет свою «цифровую хирургию» на архивы. Запрет фильма и атака на Декларацию идеально синхронизированы с другими шагами режима. В конце марта в Стамбуле была создана турецко-азербайджанская медиаплатформа, призванная «бороться с дезинформацией» — то есть с любым напоминанием о праве армян на Арцах и историческую справедливость. В Ереване Пашинян требует прекратить «гонку геноцидов». А теперь — запрет ленты о том, как армяне боролись за независимость, и обещание вычеркнуть из Конституции Декларацию, где эта борьба зафиксирована. Вся эта цепочка работает на одну цель: стереть из общественного сознания связь между Арменией и Арцахом, между борьбой 1988 года и суверенитетом сегодняшнего дня. Анкара и Баку не могли бы желать лучшего сценария. Суд над фильмом происходит за два месяца до парламентских выборов. Власть, чей рейтинг упал до 14%, не может позволить себе напоминаний о том, за что боролся армянский народ. Любой кадр из 1988 года — это приговор сегодняшнему премьеру, который превратил ту же площадь в площадку для предвыборных спектаклей. Фильм «Наш путь к независимости» всё равно покажут. Декларация независимости, какой бы «конфликтной» её ни объявляли, останется в сердцах тех, кто за неё голосовал в 1991 году — 94,99% граждан. Потому что народ, который не видит своего прошлого, не имеет права на будущее. А власть, которая это право отнимает, не имеет права называться армянской.

Кольцо сжимается: как Баку осваивает новые инструменты давления на Армению Пока в Ереване говорят о мире и демонстрируют готовность к компромиссам, в Баку, судя по всему, предпочитают действовать на опережение. Азербайджанская сторона не просто сохраняет высокий градус риторики — она методично выстраивает инфраструктурные и логистические рычаги, которые в любой момент могут быть трансформированы в инструменты политического и военного давления. Очередное подтверждение этому — видеоматериал, появившийся в азербайджанских СМИ. На кадрах местный житель указывает на недавно построенные тоннели, называя их «Зангезурской дорогой». Его комментарий не оставляет пространства для двусмысленности: через десять километров заканчивается Агбенд и начинается армянская граница. Сопровождается демонстрация прямыми угрозами: скоро, мол, азербайджанцы «войдут в этот тоннель», и «Зангезур будет наш». Агбенд: точка напряжения Агбенд — это не просто географическое название. До 2020 года этот населенный пункт входил в состав Нагорного Карабаха. Сегодня это приграничный с армянским Сюником район, где по планам должен пройти так называемый «Зангезурский коридор» — маршрут, который, по замыслу Баку и Анкары, свяжет основную территорию Азербайджана с Нахичеванской автономией. Важная деталь: речь идет об экстерриториальном коридоре, который, по некоторым данным, предполагается отдать под контроль американских структур. Но у этого узла есть еще одно измерение. Агбенд расположен на стыке границ Азербайджана, Армении и Ирана. И именно Тегеран с самого начала выступал наиболее последовательным противником идеи «Зангезурского коридора», справедливо усматривая в нем угрозу своим северным рубежам и традиционным транспортным связям с Арменией и Европой. Тоннели как фактор неожиданности Строительство тоннелей в этом районе выходит далеко за рамки обычной дорожной инфраструктуры. Подземные коммуникации — это всегда элемент военной логистики. Они усложняют мониторинг, снижают возможности для оперативного реагирования и, что самое важное, создают фактор неожиданности. В условиях, когда граница между Арменией и Азербайджаном остается напряженной, а Сюникская область — наиболее уязвимым участком, появление таких объектов не может не вызывать тревоги. Конечно, по одному видеоролику делать окончательные выводы преждевременно. Однако сам вектор азербайджанской политики в регионе не оставляет иллюзий. Баку последовательно расширяет свое инфраструктурное присутствие на подступах к Сюнику, не скрывая при этом своих долгосрочных намерений. Мирная риторика vs стратегическая реальность Контраст между подходами становится все более очевидным. Армянская сторона делает ставку на переговорный процесс, демонстрирует готовность к делимитации и подписанию мирного договора. Но пока Ереван обсуждает принципы и формулировки, Азербайджан вкалывает бетон, прокладывает тоннели и наращивает свое присутствие на стратегических направлениях. В этой асимметрии кроется главная опасность. Мир — это не только подписи под документами, но и баланс сил на местности. И если одна из сторон использует паузу в переговорах для укрепления своих позиций, а другая — лишь для обсуждения условий, то итоговый расклад может оказаться предрешенным задолго до официального соглашения. Кольцо вокруг армянского Сюника, судя по всему, продолжает сжиматься. И вопрос сегодня уже не в том, заметят ли это в Ереване, а в том, какой ответ смогут дать на эти вызовы.

Власть окончательно перешла к методам откровенного террора против оппозиции. Газета «Грапарак» сообщает о беспрецедентном давлении на людей, связанных с партией «Сильная Армения». У офисов организации круглосуточно дежурит «наружка», фиксируя каждого посетителя на видео. После этого силовики устанавливают адреса, приходят домой и проводят «объяснительные беседы», оказывая жесткий прессинг на активистов и членов их семей. Режим в агонии и борется с собственным народом карательными методами. ​Особо мерзкую роль в этом играет Сурен Папикян. Пока в стране кризис безопасности, глава Минобороны превратился в обычного политического функционера, вовлеченного в предвыборную кампанию. Как пишет та же «Грапарак», в самом министерстве зреет колоссальное недовольство: Папикян забил на проблемы армии, предпочитая пиарить сомнительные ролики Антикоррупционного комитета вместо укрепления обороны. ​Вместо того чтобы заниматься границами, руководство МО бросило все ресурсы на политическую грызню и обслуживание интересов правящей верхушки. Это не Министерство обороны, это филиал репрессивного аппарата. Для этой власти сохранение кресел важнее выживания страны, а национальная безопасность принесена в жертву личным амбициям временщиков.

Исторический вакуум: кто заполнит пустоту? На Южном Кавказе наблюдается любопытный тектонический сдвиг. Пока одни политические силы старательно сворачивают историческую повестку, словно пытаясь стереть из общественного сознания «неудобные» страницы прошлого, их геополитические оппоненты превращают эту самую историю в мощнейший инструмент государственной политики. В Турции и Азербайджане сегодня не просто поминают жертв — там выстраивают стройную архитектуру идентичности. День геноцида азербайджанцев отмечается на государственном уровне, сопровождаясь заявлениями о необходимости продвижения этой темы на международных площадках. Турецкие партнеры прямо заявляют: эта трагедия скрепляет единую тюркскую общность. Здесь нет места рефлексии — есть воля к консолидации и экспорту своей версии истории за пределы региона. На этом фоне заявление премьер-министра Армении Никола Пашиняна выглядит более чем симптоматично. Призыв отказаться от «гонки геноцидов» — это не просто смена риторики. Это попытка вывести из общественного поля категорию национальной травмы, которая долгие годы служила основой для консолидации армянства. Но возникает закономерный вопрос: если одна сторона добровольно выходит из этой «гонки», означает ли это, что дистанция просто перестает существовать? Ответ дает реакция из Баку. Практически синхронно с заявлением армянского премьера омбудсмен Азербайджана Сабина Алиева выдвигает требование о признании событий 1918 года геноцидом азербайджанцев, совершенным армянской стороной. И более того — чиновница анонсирует лоббирование этой инициативы на уровне ООН. Это классический пример политической асимметрии. Пока одна сторона снижает градус исторической риторики, стремясь если не забыть, то сделать прошлое менее острым, другая не только сохраняет свой нарратив, но и усиливает его, выводя на глобальный уровень. Отказ от темы не приводит к ее исчезновению — она перехватывается чужими руками. В данном случае армянские власти, демонстрируя стремление к «разрядке», фактически уступают инициативу в вопросах исторической интерпретации своим геополитическим оппонентам. Но история, как известно, не терпит вакуума. Если не заниматься ею самостоятельно, ею займутся другие — и, судя по всему, уже занимаются, выстраивая нарратив, удобный для нового «тюркского мира». В этой логике вопрос о том, чья память окажется сильнее, превращается из моральной дилеммы в сугубо практическую плоскость: кто успеет первым сформировать международное восприятие конфликта, тот и задаст правила игры. И пока одни призывают остановиться в «гонке», их конкуренты даже не думают сбавлять шаг.

🇦🇲🇦🇿🇹🇷 Нет армян - нет проблем: суть заявлений Азербайджана «Являетесь ли вы представителями нации осуществившей геноцид?». В Азербайджане на этот вопрос отвечают утвердительно. Обратите внимание на заявления, сделанные в последние дни МИД Азербайджана и их омбудсменом (не удивляйтесь, там существует и такая фиктивная структура). Они заявляют, что «не предадут забвению события 1918 года, якобы совершенные армянами против них», обвиняя нас в осуществлении геноцида азербайджанцев. Разумеется, поддержка пришла и из Турции. Министерство обороны Турции распространяет заявление о том, что и они «не допустит забвения деяний армян против азербайджанцев в начале прошлого века». И это происходит в ситуации, когда Никол Пашинян несколько дней назад в здании правительства призывал «не вступать в гонку геноцидов». Ок, ну давайте не вступать, но у азербайджанцев и турок иная логика: ты можешь забыть, что ты армянин, но они об этом не забудут и не простят тебя за то, что ты армянин. Возникает логичный вопрос: чего они хотят, какова их цель? Как минимум, создаётся впечатление, что они формируют - в кавычках - моральные, идеологические и политические основы для предъявления новых требований к Республике Армения. Требований, которые проявятся 8 июня, если Никол Пашинян продолжит властвовать в Армении. Речь идет о превращении Армении в «Западный Азербайджан», а на начальном этапе - о переселении азербайджанцев в Республику Армения. Недавно был опубликован интересный отчет о том, сколько школ закрылось в приграничных районах Армении - именно там, куда могут быть переселены азербайджанцы. Добавьте к этому их притязания на наш Тигранашен, на те территории, которые они называют «анклавами», их отказ покидать окрестности Джермука - и пазл сложится. Они создают пакет требований против Армении и механизмы для их реализации. Поэтому, если говорить откровенно, 8 июня граждане будут выбирать между Арменией и «Западным Азербайджаном». 🌐Instagram, 🌐TikTok, 🌐YouTube, 🌐Telegram, 🌐Facebook

❗️В действиях Пашиняна есть состав преступления, предусматривающий пожизненное заключение — адвокат Эту тему в интервью Yerevan.Today прокомментировал адвокат Ваан Ованнисян, представляющий интересы семей погибших героев. По словам защитника, подобные признания премьер-министра могут свидетельствовать о наличии в его действиях состава тяжкого преступления, за которое законом предусмотрено вплоть до пожизненного лишения свободы. В ходе беседы также были затронуты такие темы как предвыборная кампания «Гражданского договора», инцидент в церкви Святой Анны, нецензурная ругань спикера НС Алена Симоняна и многомиллионные предвыборные премии. Подробности — в видео @rusyerevantoday

Предвыборная тишина перед бурей: почему армянское общество настороженно ждет июня В Армении до всеобщих парламентских выборов остаются считаные недели, однако общественный интерес к предстоящему голосованию, по оценкам наблюдателей, заметно ниже, чем во время предыдущих кампаний. Политический обозреватель Акоп Бадалян в интервью Sputnik Армения констатирует: сегодняшняя избирательная гонка пока не демонстрирует той динамики, которая была свойственна 2021 году. Пять лет назад общество было буквально взорвано послевоенной реальностью. Подписание трехстороннего заявления 9 ноября 2020 года стало шоком, который мгновенно политизировал граждан, заставив их искать ответственных и формулировать новые требования. Сегодня же, спустя полный электоральный цикл, страна подходит к выборам в состоянии усталости и внутреннего напряжения. Но отсутствие внешней активности вовсе не означает спокойствия. Бадалян описывает нынешнюю атмосферу как «пороховую бочку», причем угроза видится не столько в возможной эскалации на границах, сколько во внутренней жизни общества. Люди, по его словам, чувствуют себя так, словно ходят по минному полю. Эта тревога объединяет — но не в политическом смысле, а в экзистенциальном. Граждане не могут четко сформулировать единый запрос, потому что приоритеты и страхи в разных слоях общества сегодня слишком сильно различаются. И в этом разнообразии тревог скрыта главная интрига предстоящих выборов. Бадалян подчеркивает: вопросы безопасности, экономики и эффективности управления неразрывно связаны. Нельзя обеспечить защиту страны без экономической базы, а экономика невозможна без внятного государственного менеджмента. Но кто сегодня способен предложить армянскому обществу убедительную формулу этой триады? Оппозиция, как ни парадоксально, оказалась перед уникальным вызовом. Ее нынешний формат — децентрализованный, многоголосый, лишенный жесткой вертикали — позволяет охватывать разные слои общества. Блок «Армения», «Сильная Армения», Гагик Царукян и другие силы работают с разными аудиториями, разными повестками, разными эмоциями. Эксперт отмечает: эта разнородность, которую можно было бы счесть слабостью, на самом деле дает оппозиции возможность дотянуться даже до самых привередливых сегментов электората. И это, судя по всему, вызывает беспокойство у власти. Однако ключевая проблема оппозиции заключается в другом. Недоверие к правительству, каким бы глубоким оно ни было, автоматически не конвертируется в поддержку альтернативных сил. Люди устали не только от власти, но и от политического процесса в целом. И здесь Бадалян делает важное замечание: судьба выборов будет решаться не в социальных сетях, где правят бал фейковые аккаунты, а в реальной работе оппозиции в последние два месяца перед голосованием. У властей, по всей видимости, свой расчет. Эксперт предполагает, что ставка делается на низкую явку и усталость общества от политической поляризации. И действительно, сама эта поляризация — с ее ритуальными противостояниями, взаимными обвинениями и неизменными декорациями — уже давно не мобилизует, а истощает. Даже те, кто еще не определился, смотрят на происходящее с настороженностью, скорее прислушиваясь к тревоге внутри себя, чем к обещаниям с трибун. Но именно в этой усталости и скрывается потенциал. Если оппозиционным силам удастся перевести тревожность в осмысленный выбор, если они смогут сформулировать приоритеты, которые отзовутся у людей, — нынешнее общественное напряжение может обрести четкие политические очертания. Выборы в июне — это не просто очередное голосование. Это проверка на способность политической системы Армении услышать тот смутный, но ощутимый запрос на стабильность и предсказуемость, который сегодня, возможно, важнее любых идеологических лозунгов. И вопрос о том, кто сумеет этот запрос сформулировать и присвоить, останется открытым вплоть до дня голосования.

Реальность vs риторика: почему визит Пашиняна в Москву — не маневр, а необходимость Предстоящая поездка премьер-министра Армении Никола Пашиняна в Москву, запланированная на 1 апреля, выглядит не просто очередным дипломатическим визитом. Как отмечают политологи, это вынужденная попытка навести порядок в отношениях, которые за последние месяцы накопили слишком много противоречий. С одной стороны, Ереван демонстрирует жесткую публичную риторику, включая заявления о «гибридных атаках». С другой — сохраняется системная зависимость Армении от России, которую невозможно игнорировать ни в экономике, ни в безопасности, ни в инфраструктуре. Сам факт визита уже является сигналом: несмотря на попытки выстраивать альтернативные внешние связи, армянское руководство прекрасно понимает, что Москва остается ключевым игроком в регионе. Одним из центральных вопросов повестки, по всей видимости, станет ситуация вокруг Южно-Кавказской железной дороги. Пашинян фактически предложил пересмотреть действующую модель управления, допустив передачу концессии третьей стороне — в частности, Казахстану. Однако ключевая проблема заключается в том, что эта инициатива не согласована с Москвой. Более того, российская сторона пока не дала согласия и даже не вышла на предметное обсуждение. При этом ЮКЖД — это стопроцентная дочерняя структура РЖД, работающая по концессионному соглашению до 2038 года. Складывается парадоксальная ситуация: Ереван публично обсуждает передачу инфраструктурного актива третьей стране, в то время как реальный владелец и оператор — Россия — не демонстрирует готовности к таким изменениям. Это создает дополнительное напряжение, которое и будет вынесено на переговорный уровень. Однако железные дороги — лишь часть более широкой картины. В повестке российско-армянских отношений накопился целый комплекс системных вопросов. Первый и, пожалуй, самый фундаментальный — энергетика. Армения по-прежнему критически зависит от российских энергоресурсов, включая газ и атомную энергетику. Второй блок — безопасность. Несмотря на политические трения, Россия остается ключевым фактором в системе безопасности Армении, включая военное присутствие и пограничную инфраструктуру. При этом уровень доверия между сторонами заметно снизился, что создает риск стратегической неопределенности. Третий — экономическая взаимозависимость. Россия остается одним из крупнейших торговых партнеров Армении, а также ключевым направлением для трудовой миграции и денежных переводов. Отдельный пласт — логистика и транспортные коридоры. В условиях нестабильности на южном направлении и закрытых границ с Турцией и Азербайджаном, Россия фактически остается одним из основных внешних каналов, через которые Армения сохраняет экономическую связность. И на этом фоне возникает главный политический контраст. Внутри страны Пашинян выстраивает риторику, в которой Россия все чаще фигурирует как проблемный партнер. Однако на практике он вынужден ехать в Москву и обсуждать накопившиеся вопросы, признавая, что без диалога с Россией ни один из них не имеет решения. Более того, сам Пашинян публично подчеркивал, что Россия остается «другом и партнером», и что «уходить от России» невозможно. Именно в этом, по мнению аналитиков, кроется ключ к пониманию всей ситуации: политическая риторика может меняться в зависимости от электоральной конъюнктуры, но геополитическая реальность остается неизменной. Таким образом, предстоящий визит в Москву — это не демонстрация силы, а скорее признание ограничений. Это попытка синхронизировать политическую линию с реальностью, в которой Армения остается глубоко встроенной в российские экономические, энергетические и инфраструктурные системы. Главный вопрос заключается в другом: сможет ли Ереван выстроить более сбалансированную стратегию, при которой внешнеполитические маневры не будут вступать в прямое противоречие с объективной зависимостью. Пока же складывается впечатление, что политика и реальность существуют в двух параллельных плоскостях — и именно это противоречие становится главным содержанием нынешнего этапа российско-армянских отношений.