Лабиринт смыслов

Судьи в России

Друзья, вот уже прошло первое апреля. День, который в нашей заснеженной России принято считать праздником дурака. То, что Телеграм всё еще работает, разумеется, тоже шутка, но шутка тонкая, с долгим послевкусием. Когда героя вешают, веревка рвется, и его милуют, чтобы он всю оставшуюся жизнь чистил сапоги палачу. Мы с вами в этой метафоре остались у разбитого цифрового корыта, переходить в «Макс» (или любую другую эрзац-платформу, любезно подсунутую нам товарищем майором) мы, конечно, не будем. Почему? Да по той же причине, по которой русский дворянин в 1919 году не шел записываться в хор Пролеткульта. Брезгливость суть последняя форма самосохранения интеллекта. Хотя и телеграм в своей сути лишь загончик для выпуска пара, такой своеобразный Салон Анны Павловны Шерер, перенесенный в матрицу. Здесь обсуждают Наполеона (или его современные итерации), строят козни, распространяют сплетни, ключевая разница в том, что в оригинальном Салоне все всё понимали. Сейчас же некоторые крупные каналы действительно верят, что они влияют на повестку)))))))). Хорошо, что вы, мои дорогие читатели, давно знаете, что повестку определяют люди в преклонном возрасте, которые не пользуются смартфонами Телеграм в России как тугой галстук, с одной стороны ужасно неудобно, трудно дышать, но без него ты лишен качественной информации. Блокировки создали для нас ту самую «трудную красоту», за которой так гонялись эстеты прошлого.

У разбитого цифрового корыта

«В истории любого народа найдется немало страниц, которые были бы великолепны, будь они правдой» ✍️Д. Дидро ♦️Друзья, подготовили тут с коллегами отличную папочку с каналами, посвященными истории и не только. 📚Качественный и интересный контент на каждый день! 📖ЗАБРАТЬ В ОДИН КЛИК📖 📖Приятного чтения!

Вашингтон находится в патовой ситуации. Они понимают, что происходит. Американские спецслужбы десятилетиями пытаются «купировать» мексиканскую угрозу, но каждый раз упираются в невидимую стену. «Синалоа», например, традиционно считался картелем имеющим связи с истеблишментом ЦРУ, но стоит американцам всерьез прижать какой-нибудь недружественный картель, как в Мехико начинаются антиамериканские демонстрации, поднимается крик о «суверенитете», а в Лондоне деликатно напоминают о «правах человека». Мексика являет собой живой щит Британии и Ватикана против американской гегемонии. Это «троянский конь», который уже вкачен внутрь США. Десятки миллионов мигрантов, многие из которых сохраняют лояльность не американскому флагу, а своим кланам и религиозным традициям. Британцы настоящие гении долгой игры, они понимают что Британия как физический остров уязвима, но Британия как глобальная сеть интересов воистину бессмертна. Что конкретно произойдет сейчас? Менчо слишком сильно «дружил» с китайцами (прекурсоры). Штатам это начало мешать. Новая конфигурация картелей будет больше ориентирована на европейский рынок, уменьшив посредничество Пекина. Вглядитесь в лицо Эль Менчо на тех немногих фотографиях, что у нас есть. Видите там интеллект гения преступного мира? Сейчас он либо гниет в безымянной могиле, либо, что еще вероятнее, спокойно пьет текилу на какой-нибудь вилле в Эквадоре.

Британцы играют «вдолгую». Их главная задача не допустить стабильной интеграции Мексики и США, которая могла бы создать сверхмощный блок. Поддерживая хаос через управляемые структуры, связанные с картелями, британская разведка и финансовые круги держат руку на пульсе всей Западной полусферы. Если американцы (особенно крыло республиканцев) хотят порядка, то британские «агенты» напрямую заинтересованы в управляемом хаосе. Англичане, будучи мастерами непрямых действий, создали из Мексики вечную «язву» на подбрюшье США. Заливая США дешевым фентанилом и кокаином через мексиканскую границу, Лондон решает задачу деиндустриализации и деградации «кузенов». Мексиканское «нарко-государство» суть огромный шприц, приставленный к вене американского обывателя, а держит этот шприц уверенная рука в перчатке из Сити. Также через мексиканскую границу в Штаты идет и демографическая бомба на будущее. Латинская Америка также является самым большим католическим регионом мира. Ватикан всегда рассматривал Латинскую Америку как свой последний бастион. Интересно наблюдать за тем, как в штатах типа Мичоакан или Синалоа картели создавали собственные культы уже упомянутые выше. Церковь официально это порицает, но на низовом уровне приходские священники встроены в структуру «нарко-мира». Это не коррупция в чистой виде, подобное поведение является историческим стандартом выживания католической церкви. Нужно понимать и то что Мексиканская элита не «потомки ацтеков», это даже не метисы. Посмотрите на фотографии высшего общества Мехико: это кастильцы, имеющие родственные связи с испанской и итальянской аристократией. Ватикан также через свои ордена, прежде всего легионеров Христа и иезуитов, контролирует образование и воспитание мексиканских элит, картели же контролируют улицы. Это идеальный «двухслойный» пирог. Наверху заведуют благообразные кардиналы, в низовке татуированные боевики. И те, и другие служат одной цели: не допустить в Мексику протестантский дух модерна и рациональности, который мог бы превратить её в филиал США. Иезуитская логика проста: пусть народ верит в чудеса, смерть и заступничество бандитов, лишь бы он не начал думать о гражданских правах и эффективном самоуправлении. «Нарко-святые», например действительно хорошее изобретение, призванное легитимизировать насилие. Если насилие священно, оно не вызывает социального протеста. Оно воспринимается как стихийное бедствие или божья кара. Наркобизнес этим нужен в первую очередь для «черного нала», который, в свою очередь, необходим для поддержания глобальной системы влияния. Без этого европейская аристократия давно бы окончательно превратилась в музейные экспонаты.

Прежде чем обсуждать «смерть» Эль Менчо, нужно понять, кто такой «наркобарон». В массовой культуре образ наркобарона, это такой Пабло Эскобар, неукротимый дикарь, баловень судьбы, «селф-мейд мен». Вы вот серьезно верите, что бывший полицейский, выходец из нищей семьи, мог с нуля создать «Картель Нового поколения Халиско» (CJNG) как структуру с собственной армией, бронетехникой, ПВО и логистической сетью, покрывающей пять континентов? CJNG всегда подозрительно четко работал по «британским» лекалам. Их тактика заключалась не просто в отмороженном терроре, а в хирургическом воздействии на логистические узлы. Почему же они так жестоки? Здесь мы подходим к самому интересному. Если вы хотите управлять территорией, на которой не работает закон (потому что закон там работать не должен, поскольку мешает бизнесу), вы должны создать систему гипертрофированного ужаса. Ужас в данном случае служит заменой административного ресурса. Картели не воюют с государством, они и есть государство. Просто это государство «второго контура». Одно для витрины, с флагом, гимном и речами в ООН. Другое, для дела, с кокаином, фентанилом и человеческими жертвоприношениями в духе предков-ацтеков. Кстати, вы заметили, как органично в современную наркокультуру Мексики вписались древние кровавые культы? «Санта Муэрте» и прочее. Это не народное творчество. Это этнографический дизайн, утвержденный в правильных кабинетах. Людям нужно дать идеологию, которая оправдывала бы их превращение в мясной фарш. Возникает вопрос: а зачем США терпеть у себя под боком такой зоопарк? Ведь американская армия может зачистить Мексику за две недели. Здесь мы вступаем на зыбкую почву конспирологии. Мексика является шлюзом, и шлюз этот должен контролироваться не «демократическим правительством», а структурами, которые в принципе не подлежат общественному контролю. Бандит тут фигура идеальная. У него нет прав, его можно пристрелить в любой момент, он полностью зависит от поставок оружия (которое идет с Севера) и каналов отмывания денег. Конечно, во всем винят «гринго», но если мы посмотрим глубже, мы увидим старые добрые британские лекала. Британия всегда любила создавать по периметру своих интересов зоны «узаконенного пиратства». Посмотрите на историю опиумных войн. Что делали англичане с Китаем? Точно то же самое, что сейчас происходит с США и Латинской Америкой. Только теперь в роли «наркодилера» выступает сама система, которая как бы «сопротивляется».

Ацтлан был мрачной деспотией, где правила жестокая и безнравственная элита. «S. N. U. F. F.» Пока почтеннейшая публика, затаив дыхание, следит за скорой блокировкой Телеги, в мире происходят вещи по-настоящему скучные, в рамках Мексики разумеется, а значит, действительно важные, поскольку всё интересное и яркое, как известно лишь театральная постановка. Давайте на несколько минут забудем про телеграммы, мысленно закроем это окошко в мир иллюзий и посмотрим на карту: чуть ниже «сияющего града на холме» находится территория, которую по недоразумению называют «государством Мексика». Нам говорят: «В Мексике нарковойна, плохие латинские парни с татуировками режут друг друга за рынки сбыта кокаина». Друзья мои, нужно понять, что «плохие латинские парни с татуировками» не могут организовать даже логистику по доставке пиццы на соседнюю улицу без посторонней помощи. Здесь мы видим сложнейшую многолетнюю операцию с оборотом в сотни миллиардов долларов, использованием подводных лодок, спутниковой связи и, по слухам, даже ядерными бомбами; но что самое главное с полным параличом государственных институтов при формальном сохранении всех демократических процедур. Это уже давно не «преступность». Это особая технология управления. Чтобы понять, что происходит в Мексике сегодня, нужно сделать шаг назад. Даже не назад, а в сторону. Как устроено нормальное, «взрослое» государство? Это монополия на насилие. Если на вашей территории кто-то начинает палить из золотых автоматов и развешивать конкурентов на мостах, а вы при этом называетесь «президентом», вы либо сумасшедший, либо... марионетка. Мексика являет собой уникальный эксперимент по созданию «контролируемого ада» под боком у главного мирового гегемона. Давайте вспомним, чья это была колония? Испании, а с определенного момента (скажем, после Трафальгара, хотя процесс начался раньше) она стала своего рода «прокси-фермой» для более серьезных игроков. Англичане и французы столетиями вычищали из испанского наследства всё жизнеспособное. Мексика получила «независимость» тогда, когда это стало выгодно серьезным людям. И независимость эта была специфическая. Это была свобода быть съеденным. Сначала у нее отрезали добрую половину территории, а потом превратили в то, чем она является сейчас: в гигантский «отстойник» и «испытательный полигон». Давайте размотаем этот шахматный клубок, где фигуры двигаются не из Мехико, а из Лондона, Ватикана и замков остатков европейской аристократии.

Новый Ацтлан

Абакуа — карибские «масоны» Кубы. Пожалуй, самым необычным явлением, которое подарила нам Куба, является инициатическое братство Абакуа, которое также называют афро-кубинским масонским орденом Карибали по месту происхождения. Абакуа или Карибали берет свое начало в Западной Африке, в тайном обществе Экпо (Экбе, Экбо пишут везде по разному), где поклонялись духу Экпе. Это общество было одним из многих подобных сообществ Африки. И, пожалуй, наименее кровожадным, имело уровни посвящения, большой интерес к обмену опытом с другими народами и торговле, отчего стало быстро смешиваться с масонством еще на африканском континенте. Также на эту традицию оказали влияние общества леопардов и крокодилов, о чем мы можем поговорить отдельно, как и о многочисленных кровавых африканских и карибских тайных обществах, среди которых особо выделяются женские. Если это интересно, напишите в комментариях. Несмотря на то, что Абакуа являются отдельным орденом и никоим образом не связаны с европейским масонством, по мере развития и роста этой традиции на Кубе многие абакуа стали масонами, как и члены иных афро-кубинских религиозных традиций, таких как вуду. Произошла взаимная интеграция: символов, практик, философии. Посвятительные братства Абакуа первоначально были распространены среди чернокожих рабов, которых завозили на Кубу плантаторы. Братство служило, как инструмент для развития торговли между своими членами, налаживания связей и сыграло свою роль в борьбе за освобождение Кубы от Испании. Масоны Кубы очень сочувственно относились к рабам и вовлекли движение Абакуа в борьбу с испанцами на ранних этапах становления республиканского движения, тесно переплетенного с масонством. Многие масонские лидеры освобождали своих рабов, занимались среди них просветительской и социальной работой. В обрядах и пантеоне Абакуа присутствует странная смесь из католицизма, масонства и различных африканских традиций, известных как Экпе, Нгбе и Угбе. Леопард, наравне с Исусом и крестами, является символом духовной власти в общине. Обряд инициации повторяет масонскую, естественно, с африканским и католическим колоритом. Посвященный объявляется Hombre, что по-русски будет звучать, как "настоящий мужик". Hombre — это тот, кто воплощает в себе достоинство человека, доброго труженика, верного брата, весельчака и борца с несправедливостью, соблюдающего моральный кодекс, установленный предками, основателями Абакуа. Членов общины, называют также Ньяниго. Они должны быть хорошими отцами, хорошими сыновьями, братьями и друзьями. Несмотря на то, что Абакуа не входит официально в регулярное масонство и не признано большинством европейских масонов, на Кубе члены Абакуа срослись с масонством и являются своего рода афро-кубинскими ложами, а нынешний Великий Мастер Великой Ложи Кубы, работающей по ДПШУ, является также видным членом Абакуа. На фото: костюмы жрецов Абакуа из кубинского национального музея, алтарь в храме Абакуа и рисунок церемонии посвящения. #абакуа#abakua#freemasonry#кубинскоемасонство#карибскоемасонство#афрокарибы

Жан Боден считал что суверен находится вне рамок закона, а маркиз Де Сад добавил что чтобы власть была полной, она должна быть сопряжена с преступлением. Системе не важен вид порока; ей важна лишь необратимость падения. Как только человек переступает порог «Острова», он становится частью «священного братства проклятых». Эпштейн был всего лишь одним из подрядчиков по наполнению базы данных. Таких «островов» множество, это могут быть закрытые горнолыжные курорты, детские лагеря или спец-бордели в Дубае. Государство в своей сути структура управления через Порядок из Хаоса. Хаосом в этой схеме является люди, а люди управляются через два рычага: тщеславие и страх. Тщеславие нужно для массовки, для избирателей. «Вы выбираете демократию!». Страх нужен уже для менеджеров, если вы хотите, чтобы ваш министр финансов подписал документ о выделении серьёзных денег неизвестно кому, вы не должны взывать к его патриотизму. Вы должны просто намекнуть, что папочка с «островного периода» всё еще в активной работе. Нужно внимательно посмотреть на «тень» Джеффри в виде Гилен Максвелл, а через неё на её отца, Роберта Максвелла (урожденного Яна Хоха). Роберт Максвелл был классическим публичным «агентом», работавшим сразу на несколько разведок, но подчинявшимся одной-единственной структуре в виде «Островной Канцелярии», чьи цирковые офисы не имеют вывесок. Он был медиамагнатом, что такое медиамагнат в XX веке? Это человек, который определяет границы допустимого. Если вы владеете газетами, вы не просто печатаете новости, вы создаете «информационную погоду». Но главная его функция была в обширных связях с между миром Людей и их многочисленной полуавтономной агентурой второго порядка. Когда Максвелл загадочно выпал за борт своей яхты, он оставил после себя не долги, а сеть. Его дочь, Гилен, была не просто любовницей Эпштейна, она была его куратором и «тьютором» от Старших. Посмотрите также на сам остров. Там стоит странное здание, похожее на храм. Американский обыватель ищет там «сатанинские алтари», хотя стоит лишь прогуляться в центре своего города и внимательно посмотреть на здание местной шутовской ложи))) Так кем был сам Эпштейн? Обычная «говорящая голова». Туповатый учитель математики, который вдруг «разбогател». Ему выдали деньги, остров и самолет, чтобы он играл роль «неприличного богача». Зачем? Чтобы, если нарыв когда-нибудь лопнет, всё дерьмо вылилось на него одного. — Кто во всём виноват? — Эпштейн! — А где он? — А он… э-э-э… «самоубился» в камере под наблюдением, которое случайно отключили. Кукольный театр закрывается, куклы прячутся в сундук, зрители расходятся, обсуждая «ужасные тайны», реальное же руководство отдела кадров просто переезжает в соседнее здание и заводит нового «математика».

Когда взрослые люди начинают обсуждать «Остров Эпштейна» с придыханием, как некий «храм зла» или «центр мирового заговора», это выдает в них глубокое ментальное детство. Ребята, мир устроен совсем не так, нет никакой «метафизики зла». Есть лишь простая стрижка газона, если вы хотите, чтобы трава была ровной, её надо подрезать, и если вы хотите, чтобы политик был ровным (то есть предсказуемым), его нужно… хм, «подрезать». Джеффри Эпштейн в своей сути не «злой гений» и не «оператор связей». Это просто завхоз. Понимаете? У серьезных людей есть определенные гигиенические и рекреационные потребности, а еще у серьезных людей есть необходимость приглядывать за персоналом. Публичные политики как правило являются обслуживающим персоналом, а за горничной в хорошем доме нужен глаз да глаз, иначе она начнет воровать серебряные ложки или, упаси бог, вообразит себя хозяйкой. У нас привыкли считать, что компромат нужен чтобы человека погубить, как это у нас бывает со строптивыми Прокурорами, но в реальности это плата за вход. Потому что человек с чистой биографией опасен. Он «самородок», а системе не нужны самородки, системе нужны винтики. Человек, на которого в сейфе не лежит папочка с видеозаписью, где он делает что-то крайне предосудительное (скажем так, в духе Льюиса Кэрролла, но без его таланта), суть брак. Он может в любой момент выкинуть фокус: стать местным диктатором или начать говорить правду. Поэтому компромат у тех, кто держит в руках ключи от управления будет всегда. Это страховой полис. Власть в государстве это и есть сборник таких папочек. Что такое этот остров? Это всего лишь удобный кабинет для оформления документов. Вот прилетает туда какой-нибудь Билл Гейтс. Вы думаете, он туда за «сексом» летит? Помилуйте, Билл Гейтс может найти секс в любом придорожном мотеле Арканзаса. Он летит туда на инициацию. Ему говорят: «Билл, мы все одна семья, а теперь иди, погуляй с девочками, а мы всё это аккуратно снимем на камеры. После этого Билл окончательно становится «своим». Он связан кровной и половой порукой. Это древняя технология управления, берем туземного вождя, кормим его человечиной из его же племени при свидетелях, потом он подписывает любые договоры.