Храм Рождествено

Доброго всем дня! По благословению владыки Парамона, по причине хорошей погоды и не очень хорошей эпидемиологической обстановки, Божественную литургию завтра будем служить на площади перед храмом. Литургия завтра будет ОДНА, в 9 часов. В 8.15 на площади перед храмом споем молебен с акафистом Пресвятой Троице [в это же время в храме прочтем часы и совершим проскомидию]. Исповедоваться перед Причащением можно сегодня вечером, а также завтра во время молебна. Прошу тех, кто собирается исповедоваться, постараться прийти СЕГОДНЯ. Не очень хорошо приступать ко Причащению, игнорируя праздничную вечернюю службу накануне. Также не очень хорошо приходить к литургии не к началу, даже если не причащаешься, а уж если собрался причащаться — тем более. В 9 ровно [ ! ] — начало Божественной литургии. Прошу не опаздывать. Где-то в 10.45 литургия закончится и начнется вечерня с коленопреклонениями. На асфальте стоять на коленях — жестковато, возьмите с собой что-то, чтобы подложить. С наступающим великим праздником Пятидесятницы!

Отчет о прошедшей экскурсии, с фотографиями: http://hrammitino.ru/экскурсия-по-храму-и-рассказ-об-истори/

Фото от Mikhail Zheltov

Сегодня на всех основных музыкальных сервисах стал доступен диск, записанный год назад в нашем храме: служба Пасхи в одноголосном ("византийском") варианте. Идея такой записи возникла после нескольких служб без хора в пустом из-за карантина храме.

Помимо самого Акафиста, в этой службе содержится замечательный канон: «Христову книгу одушевленную». В старину была традиция читать его в один из дней недели еженедельно. Также обращаю внимание на тропарь этой службы: Повеленное тайно прием в разуме, в крове Иосифове тщанием предста безплотный, глаголя Неискусобрачней: Приклонивый схождением небеса, вмещается неизменно весь в Тя. Егоже и видя в ложеснах Твоих приемша рабий зрак, ужасаюся звати Тебе: радуйся Невесто Неневестная. ПЕРЕВОД: Приняв в свой разум (т. е. "осмыслив") то, что было ему (Гавриилу) предписано сделать, бесплотный (архангел) поспешил предстать под кровом Иосифа, обратившись к Не познавшей брака с такими словами: «Тот, Кто Своим нисхождением (к людям) склоняет небо без изменения (в Своей Божественной природе) Весь содержится (теперь) в Тебе. А я, видя, как Он принял в Твоем чреве форму раба (т. е. человеческую природу), в оцепенении взываю Тебе: Радуйся, Невесто Неневестная!». Этот тропарь первоначально был вовсе не тропарем, а вступлением к Акафисту. Позднее вступление заменили на военный гимн константинопольской армии, «Взбранной Воеводе», а этот текст стали использовать вместо тропаря.

— текст сегодняшней вечерней службы (Субботы Акафиста), если кто решит самостоятельно вычитать ее дома. Также планируется трансляция

Завтра праздник св. Алексия, человека Божия. На Руси до конца 14 века богослужение совершалось согласно так называемому Студийско-Алексиевскому уставу. Он основывался на уставе знаменитого Студийского монастыря в Константинополе, но содержал некоторые дополнения. Этот устав был принят прп. Феодосием Печерским в Киево-Печерском монастыре и оттуда разошелся по всей Руси. Составителем греческого оригинала этого устава был Константинопольский патриарх Алексий, до патриаршества — игумен Студийского монастыря. Устав он составил для основанного им небольшого монастыря в честь Пресвятой Богородицы. Главный храм монастыря был посвящен Успению (это одна из причин того, почему на Руси главные соборы многих монастырей и городов тоже являются Успенскими), а на Алексия человека Божия патриарх отмечал свои именины. Поэтому об этом дне, 17 марта по старому стилю, в его уставе сказано так: "[служба] сътваряеться якоже и святаго Предтечя и святыхъ 40 [мучеников]", то есть по праздничному чину. В честь Алексия человека Божия принял монашеский постриг незадолго до своей кончины св. Александр Невский. В его же честь был пострижен и Елевферий Бяконт — будущий митрополит всея Руси Алексий. У нас, как известно, придел посвящен св. Алексию; об иконе св. Александра Невского я вчера написал; а еще у нас есть даже частица мощей св. Алексия человека Божия (мощи находятся в Риме и оттуда в Русскую Церковь была передана часть). Так что завтра будет совершена Преждеосвященная, в соответствии с древнейшим русским уставом.

Такими четырьмя оружиями облекшись, брате мой, мужественно выступай на дело брани и веди ее бодро, в полной уверенности, что тебе дано будет одержать победу. Ибо ими всеконечно стяжешь ты совершенное упование на Бога, а такое упование непрестанно будет привлекать к тебе помощь Божию и облекать всепобедительною силою. То же и другое, наконец, глубоко укоренит в тебе полное ненадеяние на себя. Об этом ненадеянии на себя я не пропускаю случая напомнить тебе и в этой главе, потому что не знаю, кому когда не было бы нужды напоминать о сем. Так глубоко внедрилось в нас и так крепко сцепилось с нами это самоценение, будто мы нечто, и нечто не малое, что оно всегда скрытно живет в сердце нашем, как некое тонкое и незаметное движение, даже и тогда, когда мы уверены, что никакого не имеем упования на себя, а напротив, исполнены полного упования на единого Бога. Чтобы избегать тебе, сколько можешь, такого сердечного самомнения и действовать без всякого на себя надеяния, но с единым упованием на Бога, всякий раз настраивайся так, чтобы сознание и чувство своей немощности у тебя предшествовало созерцанию всемогущества Божия, а то и другое предшествовало каждому деянию твоему.

«Невидимая брань» прп. Никодима Святогорца, глава 3: О надежде на единого Бога и уверенности в Нем Хотя в невидимой нашей брани столь необходимо, как мы сказали, отнюдь не надеяться на себя самих, при всем том, если мы только отложим всякую на себя надежду и отчаемся в себе, не приискавши другой опоры, то или тотчас убежим с поля брани, или всеконечно будем побеждены и взяты в плен врагами нашими. Посему вместе с совершенным от себя самих отречением потребно еще нам водрузить в сердце совершенное упование на Бога и полную в Нем уверенность, т. е. потребно полным сердцем чувствовать, что нам решительно не на кого надеяться, как на Него одного, и ни от кого другого, как от Него одного, можем мы ожидать всякого добра, всякой помощи и победы. Ибо как от самих себя, которые есмы ничто, не ожидаем мы ничего, кроме преткновений и падений, по причине которых и отлагаем всякую на себя надежду, так, напротив, всеконечно от Бога получим мы всякую победу, как только вооружим сердце свое живым на Него упованием и полною уверенностью в получении от Него помощи по следующему псаломскому свидетельству: "на Него возупавало сердце мое, и Он помог мне» (Пс. 27, 7). Утвердиться в такой надежде и ради ее помощь всякую получить помогут нам следующие размышления: 1) То, что ищем помощи у Бога, Который как Всемогущий может сделать все что ни восхощет, следовательно, и нам может помочь. 2) То, что ищем ее у Бога, Который как Всеведущий и Премудрый знает все наисовершеннейшим образом, следовательно, вполне знает и то, что пригоднее для спасения каждого из нас. 3) То, что ищем такой помощи у Бога, Который как бесконечно Благий с неизреченною любовью предстоит нам, всегда желательно готовый с часу на час и с минуты на минуту подать всякую помощь, потребную нам для одержания полной победы в духовной действующей в нас брани тотчас, как только притечем в объятия Его с твердым упованием. И как возможно, чтобы добрый оный Пастырь наш, Который три года ходил, ища погибшее овча, с таким сильным гласом, что изсше гортань Его, и ходил стезями столь трудными и тернистыми, что пролил кровь Свою всю и отдал жизнь, как, говорю, возможно, чтобы Он теперь, когда овча сие идет в след Его, с любовью обращается к Нему и уповательно призывает Его на помощь, не обратил очей Своих на него, не взял его на божественные рамена Свои и, принесши в сонм Ангелов небесных, не устроил бы с ними празднственного по сему случаю торжества? Если Бог наш не перестает искать с великим тщанием и любовью, чтоб найти, подобно евангельской драхме, слепого и глухого грешника, как возможно допустить, чтобы Он оставил его теперь, когда тот, как овча погибшее, вопиет и зовет Пастыря своего? И кто поверит когда, чтобы Бог, Который непрестанно толкает в сердце человека, желая войти внутрь и вечерять с ним, по апокалиптическому слову (Апок. 3, 20), сообщая ему дары Свои, кто поверит, чтобы сей самый Бог, когда человек открывает Ему свое сердце и призывает Его, оставался глухим и не желал войти в него? 4) Четвертый, наконец, способ к оживлению твердого упования на Бога и привлечению Его скорой помощи есть пересматривание в памяти всех опытов скорой от Бога помощи, изображенных в Божественном Писании. Опыты сии, столь многочисленные, наияснейше показывают нам, что никогда не был оставляем постыжденным и беспомощным никто из возуповавших на Бога. «Воззрите на древния роды, – взывает премудрый Сирах, – и видите, кто верова Господеви и постыдеся?» (Сир. 2, 10).

Завтра вечером планирую провести очередную беседу о «Невидимой брани» и просто пообщаться. Предварительно в 20 часов.