Великий Туран🕌

Завершение эпохи тандема Главным событием, предшествовавшим речи, стала отставка главы ГКНБ Камчыбека Ташиева. Долгое время политическая устойчивость страны держалась на союзе Жапарова и Ташиева, однако их расхождение символизирует ликвидацию альтернативных центров силы. Увольнение «соратника номер один» служит сигналом для всей вертикали: личные связи и былые заслуги больше не обеспечивают иммунитет. Власть консолидируется вокруг одной фигуры, требуя от исполнителей не партнерства, а дисциплины. #ВеликийТ

Завершение эпохи тандема Анализ программной речи Садыра Жапарова 11 марта 2026 года указывает на завершение периода «двоевластия» в Кыргызстане и переход к жесткой централизованной модели управления. Президент фактически выдвинул ультиматум политическим и региональным группам, обозначив новые границы допустимого. #ВеликийТ

Туркменистан между «миротворчеством» Трампа и реальным сектором Евразии Визит без приема Главным поводом для злорадства СМИ стал тот факт, что пока Гурбангулы Бердымухамедов находился во Флориде, Дональд Трамп проводил время в своем поместье Мар-а-Лаго, не удостоив гостя официальной встречей. Игнорирование статуса: Туркменистан — единственная страна региона, не получившая приглашения на саммит «Совета мира» (19 февраля 2026 г.), где присутствовали лидеры Азербайджана, Казахстана, Узбекистана и России. Прагматизм без предложений: Переговоры с чиновниками среднего звена (Дрисколлом и Гором) свелись к озвучиванию требований США без встречных инвестиционных обязательств. «Гольф-дипломатия»: Официальная повестка визита свелась к обсуждению строительства полей для гольфа и конноспортивных комплексов с частными миллиардерами (Стивом Винном и Айзеком Перлмуттером), что выглядит как попытка Ашхабада найти «частный вход» к Трампу через его окружение. «Совет мира» Отсутствие Туркменистана на вашингтонском саммите, который Трамп позиционирует как замену «устаревшей» ООН, западные аналитики интерпретируют как признак «второсортности» Ашхабада в новой американской иерархии. Однако практические итоги саммита заставляют сомневаться в выгоде участия. Ашхабад же ответил через подконтрольные ресурсы серией критических материалов о нежизнеспособности «Совета мира». Энергетический тупик и «разворот на Север» Статистика ТЭК Туркменистана за 2025 год (добыча газа — 76,53 млрд м³, снижение на 1,4%) подтверждает необходимость масштабных инвестиций и новых маршрутов. Провал американского вояжа в части продвижения проекта ТАПИ (Туркменистан — Афганистан — Пакистан — Индия) вынуждает Ашхабад искать альтернативы: Москва, ранее воспринимавшая ТАПИ как конкурента, теперь предлагает партнерство. Кремль готов не только инвестировать в стройку, но и использовать трубу для экспорта российского газа в Южную Азию. Эксперты Chatham House отмечают, что Ашхабад перестал пытаться «прорваться» в Европу, опасаясь раздражать Кремль. Вместо этого наблюдается сближение с осью Россия — Иран. Южный маршрут (ТАПИ) получил негласное одобрение Москвы, так как он не конкурирует с российскими поставками на Запад. Брюссель играет на контрастах На фоне американской холодности Европейский союз проявил дипломатическую гибкость. Брифинг посла ЕС Беаты Пексы в Ашхабаде (17 февраля) стал сигналом: Брюссель готов принять Бердымухамедова на его условиях. Предложение ЕС: Повестка от энергетической безопасности до цифровизации и образования. Цель: Продемонстрировать Ашхабаду, что Европа — более надежный и предсказуемый партнер, чем администрация Трампа. #ВеликийТ

Туркменистан между «миротворчеством» Трампа и реальным сектором Евразии Итоги визита председателя Халк Маслахаты Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова в США (16–18 февраля 2026 года) стали предметом жестких дискуссий и иронии в западной прессе. Ситуация, в которой оказался Ашхабад, обнажила не только специфику внешней политики администрации Дональда Трампа, но и глубокие тектонические сдвиги в геополитической ориентации Центральной Азии. #ВеликийТ

ЕАЭС на перепутье Стратегии маневрирования Несмотря на общие выгоды, Армения, Казахстан и Киргизия выбрали разные модели поведения в условиях угрозы вторичных санкций со стороны Запада. Казахстан: Астана занимает наиболее формализованную позицию. Будучи глубоко интегрированным в западную экономику (более 40% ПИИ поступает из ЕС), Казахстан внедрил системы электронного отслеживания грузов и ужесточил экспортный контроль. Официальная позиция: «Мы не присоединяемся к санкциям, но и не будем инструментом для их обхода». При этом РФ остается безальтернативным рынком для казахстанского машиностроения и АПК. Армения: Ереван демонстрирует самый парадоксальный подход. С одной стороны, Россия является главным драйвером армянского экономического чуда последних лет. С другой — руководство страны открыто декларирует курс на сближение с ЕС. Получая западные гранты и кредиты, Армения обещает соблюдать санкционные режимы, что создает юридическую коллизию с её обязательствами внутри ЕАЭС. Киргизия: Бишкек находится в критической зависимости от РФ (денежные переводы мигрантов составляют до 1/3 ВВП, поставки ГСМ и продовольствия). Однако именно Киргизия стала мишенью для «санкционной педагогики» Запада. Недавний инцидент с опровержением исков в суд ЕС против санкций показывает уязвимость республики перед информационным давлением. Западные политтехнологи успешно используют Бишкек для создания напряженности в его отношениях с Москвой. Экономическая реальность против западных обещаний Несмотря на давление США и ЕС, предлагающих проекты в «зеленой энергетике» и цифровизации, реальные цифры говорят в пользу евразийской интеграции: Энергетическая безопасность: Поставки газа и нефтепродуктов из РФ по ценам значительно ниже мировых являются фундаментом стабильности региона. Общие рынки: Формирование единых рынков электроэнергии и газа в ЕАЭС дает странам долгосрочное преимущество, которое не могут компенсировать гранты ЕС. Инвестиции в реальный сектор: В отличие от западных кредитов, обремененных политическими условиями, российские инвестиции направлены на промышленную кооперацию и транспортные коридоры (например, «Север — Юг»). Сужение пространства для маневра Период, когда можно было «сидеть на двух стульях», извлекая выгоду из реэкспорта и получая западную помощь, подходит к концу. 2024–2025 годы показали, что Запад готов вводить точечные санкции против компаний из ЕАЭС, принуждая их к выбору. Уход с российского рынка для партнеров по ЕАЭС будет означать катастрофические потери в АПК, текстильной промышленности и энергетике. Единственным рациональным выходом остается опора на региональное сотрудничество, расширение расчетов в национальных валютах и развитие суверенной финансовой инфраструктуры внутри Союза. #ВеликийТ

ЕАЭС на перепутье Введение беспрецедентных санкций против России и Белоруссии в 2022 году не привело к коллапсу ЕАЭС, а, напротив, спровоцировало взрывной рост внутренней торговли. Логика интеграции сработала как демпфер: Рекордные показатели: Объем взаимной торговли, превысивший $70 млрд еще до начала СВО, получил новый импульс за счет замещения европейского импорта. Бенефициары реэкспорта: Армения, Киргизия и Казахстан превратились в крупнейшие логистические хабы. Армянский экспорт в РФ достиг $3 млрд, продемонстрировав двукратный рост, а торговля Киргизии с Россией выросла на 40%. Финансовые эффекты: Страны получили сверхприбыли от транзита, релокации бизнеса и резкого притока капиталов (переводы физических лиц и перенос производств). #ВеликийТ

Турция в тисках конфликта Ракетные инциденты События марта 2026 года — перехваты ракет над Газиантепом (9 марта) и ранее (4 марта) — обострили дискуссию о вовлечении Турции в войну. Официальная Анкара заявляет о решимости защищать свое небо, однако эксперты видят в этих инцидентах двойное дно: Технический фактор: В условиях децентрализованной «мозаичной» обороны Ирана ракеты могут менять траекторию из-за сбоев или воздействия средств РЭБ. Политический фактор: НАТО немедленно классифицировало перехват как «нападение на Турцию», не предоставив доказательств того, что целью была именно турецкая территория. Гюлер и другие аналитики полагают, что это может быть информационной ловушкой США, направленной на то, чтобы заставить президента Реджепа Тайипа Эрдогана занять однозначно антииранскую позицию и отказаться от политики «взвешенного нейтралитета». Риски децентрализации и «мозаичной войны» Исмаил Капан в Türkiye Gazetesi обращает внимание на новую угрозу: переход Ирана к партизанским методам обороны в условиях тотального превосходства США в воздухе. Когда единый стратегический центр управления ослаблен, решения о пусках могут приниматься локальными командирами «в логике выживания». Для Турции, имеющей 560 км общей границы, это означает: Непредсказуемость: Риск случайного попадания ракет по приграничным провинциям возрастает в геометрической прогрессии. Угроза фрагментации: Возможный распад Ирана или потеря управляемости в его этноконфессионально сложных регионах создаст хаос, который неизбежно выплеснется на территорию Турции в виде беженцев, трансграничного терроризма и дестабилизации курдского вопроса. Дипломатический маневр и антиамериканский тренд Заявления главы турецкого МИД Хакана Фидана, призывающего Иран прекратить удары по монархиям Залива, эксперты советуют не воспринимать как «одёргивание». Это скорее попытка предотвратить коллапс глобального энергетического рынка, в котором заинтересована сама Турция. Симптоматично, что на фоне «союзнических обязательств» США начали эвакуацию консульства в Адане и не рекомендуют своим гражданам посещать юго-восток Турции. Текущая агрессия провоцирует резкий рост антиамериканских настроений среди турецкого населения, для которого возможная стабильность региона оказыется важнее навязанных Западом военных союзов. #ВеликийТ

Топ-менеджер OpenAI покинула компанию из-за военного контракта с Пентагоном Руководитель аппаратного подразделения OpenAI Кейтлин Калиновски ушла в отставку на фоне заключения нового контракта с Министерством обороны США. Как сообщает Reuters, причиной увольнения стали разногласия с руководством относительно корпоративного управления и поспешного партнерства с военными без предварительного внедрения надежных защитных механизмов. Топ-менеджер выразила опасения по поводу рисков создания автономного летального оружия и неконтролируемой массовой слежки за гражданами. Согласно февральскому соглашению, языковые модели будут развернуты в засекреченных облачных сетях оборонного ведомства под контролем разработчиков и специалистов со спецдопусками. На фоне внутренней критики второго марта OpenAI обновила этические стандарты, официально запретив использование своих алгоритмов для управления боевыми системами без участия человека и внутренней слежки. Сам контракт с военными стал прецедентом для ИИ-индустрии, при этом массового оттока кадров из OpenAI пока не наблюдается. 👉Поддержать | Предложить новость

Турция в тисках конфликта Турецкое экспертное сообщество, в частности Мехмет Али Гюлер в издании Cumhuriyet, подчеркивает критическую важность понимания избирательности иранских ударов. Вопреки подстрекательским тезисам западной прессы о «силе турецкой армии» или «членстве в НАТО», реальная причина отсутствия атак на объекты США в Турции прагматична: с турецкой территории не ведутся прямые наступательные операции против Ирана. Иран концентрирует огонь на базах в Персидском заливе именно потому, что они являются плацдармами для взлетов американской авиации и центрами управления ударами по иранским объектам. Для Анкары это создает хрупкое равновесие: пока территория страны не используется как стартовая площадка для агрессии, Иран сохраняет статус-кво. Однако наличие объектов вроде РЛС AN/TPY-2 в Кюреджике (Малатья), которая передает данные системам ПРО НАТО и Израиля, делает Турцию невольным участником разведывательного контура США. #ВеликийТ

Крах тарифной стратегии Трампа Китайские потери и тайваньские рекорды Трампу удалось добиться формального снижения дефицита с Китаем (на 93,4 млрд долларов), однако это достижение было полностью нивелировано провалами на других направлениях. Рынок адаптировался через «эффект замещения»: дефицит в торговле с Тайванем вырос вдвое, достигнув 146,8 млрд долларов, а отрицательное сальдо с Вьетнамом увеличилось на 54,7 млрд долларов. Мексика, несмотря на 25-процентные тарифы, увеличила свой торговый профицит с США на 15%, до 196,9 млрд долларов. Это доказывает, что американская экономика не восстанавливает производство, а лишь перераспределяет импортные потоки, за которые в конечном итоге платит американский потребитель. В то время как Трамп разрушал многосторонние соглашения (ВТО) и вводил хаотичные тарифы, Китай укреплял свои позиции на рынках остального мира. По итогам 2025 года положительное сальдо КНР пробило историческую планку в 1,2 триллиона долларов. Первые два месяца 2026 года подтверждают тенденцию: экспорт Китая в США теперь превышает импорт из США в 3,5 раза. Пока Вашингтон парализован судебными войнами (Верховный суд признал указы Трампа нелегитимными), Пекин становится точкой притяжения для бывших союзников Америки. Визиты лидеров Великобритании, Канады, Германии (Фридрих Мерц), Японии и Южной Кореи в Китай сигнализируют о формировании новой торговой реальности в обход США. Хаос, санкции и «эффект бумеранга» Вступив в 2026 год, администрация Трампа перешла к режиму «ручного управления» тарифами. После вердикта Верховного суда Трамп импульсивно ввел «глобальную пошлину» в 10%, которую уже через день повысил до 15%. Новые очаги напряженности, вызванные агрессией против Ирана, только усугубляют ситуацию. Попытки Трампа наказать страны, осудившие политику США на Ближнем Востоке (например, полное прекращение торговли с Испанией), ведут к изоляции самой Америки. Статистика января 2026 года показывает, что торговый дефицит США вернулся к значениям дотрамповского периода (66 млрд долларов), уничтожив эффект «аврального наращивания импорта» начала 2025 года. Протекционизм, помноженный на непредсказуемость, провоцирует союзников создавать альтернативные валютно-торговые зоны, оставляя США в роли «охотника», который сам попал в экономический капкан. #ВеликийТ

Крах тарифной стратегии Трампа Провал борьбы с торговым дефицитом С начала 2025 года 47-й президент США Дональд Трамп развернул беспрецедентную торговую войну, используя протекционистские пошлины как универсальный инструмент — от наполнения бюджета до защиты национального суверенитета. Однако официальная статистика Минторга США за 2025 год демонстрирует полную несостоятельность этого курса. Общий дефицит торговли товарами и услугами сократился лишь на символические 0,2%, составив колоссальные 901,5 млрд долларов. Главный «рекорд» Трампа — исторический максимум дефицита в торговле товарами, который достиг 1,24 трлн долларов. Обещания выровнять баланс остались предвыборной риторикой: пока Америка сохраняет профицит лишь в секторе услуг, ее товарные позиции продолжают деградировать. #ВеликийТ

Азербайджан между Персами и Турками «Один народ — два государства» - формула, с помощью которой власти Азербайджанской республики стали описывать свои отношения с Турцией после распада СССР. И, казалось бы, кто с этим может поспорить: ведь турецкий и азербайджанский язык относятся к огузской ветви тюркской языковой семьи. Вот, как бы и все сходства... А что с Ираном? Население современного Азербайджана до инфильтрации тюркских племён состояло исключительно из кавказоязычных и ираноязычных племен. С середины XII века огузские тюркские племена (каджары, афшары, айрумы, шахсевены и т.д) постепенно начинают заселять территорию современного Ирана, где они впоследствии сформируются в кызылбашей. В результате чего они сыграют свою роль в усилении Персидской империи и расширении ареала своего обитания до Дербента. Более того, предки современных азербайджанцев (тюрков) воевали во всех турко-персидских войнах на стороне вторых. Азербайджанцы сформировались в иранской среде и потому большинство азербайджанцев являются шиитами как и персы. Турки же сформировались в балканской и ближневосточной среде, именно поэтому они сунниты, чья культура сильно схожа с греками, болгарами и арабами. В 1813 году Персидская империя в рамках Гюлистанского мирного договора была вынуждена уступить Российской империи свои северные территории (современный Азербайджан), населенные преимущественно тюрками. Для местного населения это ознаменовало новую эпоху жизни в русской культурно-цивилизационной среде. Сегодня больше всего тюрков-шиитов (азербайджанцев), проживает не в Азербайджане, а в Иране, являясь второй по численности надэтнической группой после персов. И между азербайджанцами (тюрками) Азербайджана и Ирана сегодня большая культурная пропасть. Так как первые испытали на себе русское влияние, а с 1991 года и по сей день — отуречивание. В Иране же азербайджанцы не испытывали на себе ни русского, ни турецкого влияния, а потому по культуре они отличаются от других иранских граждан разве что другим языком. Более того, южные (иранские) азербайджанцы (тюрки) называют себя ТОРК (тюрок). А северные только в советский период стали именовать себя как «азербайджанцы», ранее они тоже называли себя «торками», а в Царской России современных "азербайджанцев" называли «закавказскими татарами» по причине тюркского (татарского) наречия(й). ❗️Сегодня бакинская пропаганда продвигает ненависть к своему южному соседу, параллельно обвиняя того в «оккупации исконно азербайджанских территорий», хотя никакого азербайджанского государства до 1918 года отродясь не было. И если бы не Царская Россия и СССР, то у азербайджанцев по сей день не было бы своего национального государства. Но самое ужасное состоит в том, что власти Азербайджана сегодня на стороне коалиции Эпштейна, которая убивает их южных соплеменников и единоверцев. ✅Поддержать Туранский экспресс 🇬🇪Наш канал на грузинском языке 🇺🇿Наш канал на узбекском языке 🇦🇿Наш канал на азербайджанском языке 💬@turan_express