дважды варя

* если разогнаться на машине и попасть в аварию можно вернуться в детство снова стать маленьким

все мои друзья

*** этим летом меня многому научили растения: борщевик многолик иногда пастернак только тюльпаны дарят на праздники — борщевик просто так

жду шторма, фотографирую мертвых ежей на побережье, сохраняю дистанцию удивления

*** они стояли за моей спиной и говорили: «этим летом горели леса в сибири потому что вы не любили нас ну почему вы нас не любили?» они все мои подруги: вероника лесная, васильки марии, многолетняя лилия — если цветы растут на болоте, зачем вы на них смотрите?

никого не будет в доме

моя сестра учится в 4 классе, ей задали подготовить письменный ответ на вопрос "зачем нужна поэзия?" мне кажется, сибирская мбоу сош №1 готовит школьников к поступлению в литинститут

Друзья, продолжаем знакомиться с четвëртым номером «Таволги». Читаем стихотворную подборку Варвары Росоловской с комментарием Сëмы Ткаченко: «Лирический герой Варвары — по-детски наивен, инфантилен, но чуток к происходящему и любит тонкие, хрупкие образы. Его мир легко разрушить, потому что он состоит из цветов, эмоций и созвучий. В это пространство инфантильной лёгкости вводят даже «високосные//Воробьевы горы», которые только в детском восторге от звучания слова «високосные» могли стать такими». × × × суставы гвоздики – башня Останкино считать по костяшкам станции и соборы: високосные Воробьевы горы > Читать подборку и комментарий целиком: https://tavolga-journal.ru/fotostihi-rosolovskoj-syoma-tkachenko/ 🌱🌱🌱 Поддержка: Стать доном группы VK Отправить любую сумму на счёт

Если вы будете лайкать только текст, я выкинусь в окно😋

Примерно в возрасте трех лет у меня начало развиваться косоглазие, которое передалось мне по наследству от матери. Родители водили меня по больницам, чуть позже даже определили в специализированный садик для детей с такой же патологией, родственники смотрели на меня с сожалением и говорили: “Ну, может она хотя бы вырастет умной”. Меня считали некрасивым ребенком. В десять лет меня положили в больницу в детское отделение офтальмологии. Я получала там физиотерапевтическое лечение, но со мной в палате были дети, которые нуждались в хирургическом вмешательстве. Перед операцией детям подстригали ресницы большими советскими ножницами. После операции их привозили обратно в общую палату, где они отходили от наркоза. В палате со мной лежала девочка из детского дома, моя ровесница, ее звали Света. У нее было вытянутое лицо, косоглазие и светлые жидкие волосы, её тело было непропорционально длинным и худощавым. Перед своей операцией она только научилась читать по слогам. Я запомнила, как мы читали книжку, она медленно вслух прочитала слово “свадьба” и попросила меня объяснить его значение. Я тогда засмеялась и сказала, что нельзя быть такой глупой, хотя на самом деле мне было не смешно. На следующий день была назначена операция. У нее не было даже своей сорочки. Ей выдали больничную, женскую, которая просто висела на ней до пола, так что ее тело выглядело еще более нелепо. Ее привезли медсестры и положили на кровать с забинтованными глазами. Когда они ушли, я посмотрела на Свету и увидела, что ее сорочка сползла, а повязка сочится кровью. В палате стоял специфический запах наркоза. Хоть я и не могла в полной мере доверять своим глазам и достоверности изображения, я была свидетелем этого. Это не только история Светы, о которой мне больше ничего неизвестно, но еще и свидетельство о личном опыте болезни и страхе. Сейчас меня часто называют красивой. Принято считать, что за внешней красотой не стоит ничего большего: тебе просто повезло, если ты родился красивым человеком. Мне тоже хотели делать операцию, везти в Новосибирск, надо мной смеялись в школе и считали странной, а я даже этого не понимала. На фотографиях я. Снять серию мне помогали любимые @pamfenazepam и @pyroxetinum