Записки на манжетах

Не будем грузить вас большими текстами поздно вечером, порадуем ваши глаза! Singing Birds Pistols Да, это пистолет, только после взведения и спуска курка вместо пули вылетает... колибри! Уникальный шедевр механики создан в 1820-х годах Freres Rochat. Точное количество пистолетов неизвестно, в некоторых источниках сообщается, что всего было 6 пар. Чудо техники и ювелирного мастерства на видео — результат реставрации Parmigiani Fleurier, швейцарской часовой компании в 2016-м году. Работа по восстановлению пистолета заняла год! Таким уникальным предметам дать рыночную оценку практически невозможно, но для медианы: пара пистолетов была продана на ауционе Christie's в 2011 году за 5,8 миллионов долларов.

Ничто не ново под луной: в Австро-Венгрии подобной шуткой отметился Гашек с своей «Партией умеренного прогресса в рамках закона»: «Предвыборная программа кандидата от избирательного округа Винограды, Ярослава Гашека, — сообщает нам Википедия, — состояла из…

#pazzesco Политическая жизнь Италии столь многообразна и активна, что человеку со стороны разобраться в ней непросто. Однако была в истории страны одна партия, за которую я мог бы отдать свой голос. Это “Национальная партия бифштекса” - Partito Nettista Italiano, основанная в 1953 году издателем Коррадо Тедески. Персонажем он был довольно эксцентричным: жил то в Китае, то у озера под Флоренцией, по которому любил плавать на плоту с запряженной парой лебедей. Его партия, хоть и носила сатирический характер, по своему устройству и политической борьбе в трех округах (Милан, Верона и Флоренция) была самой настоящей партией. На ее гербе был изображен теленок, ее гимном было мычание коров, а программа предусматривала гарантированный ежедневный 450-граммовый стейк всем жителям. Этот пункт явно пародировал популистское движение “Фронта обывателей”, обещавшее положить курицу на каждую тарелку. Девиз партии “Лучше бифштекс сегодня, чем империя завтра” явно критиковал недавний опыт эпохи фашизма. На выборах “Партия бифштекса” набрала 4305 голосов (0,02%). Это можно считать успехом, хотя партия легко могла бы получить и большинство. Например, за обещание отменить налоги или учредить институт государственных шутов - а вот это хорошо знакомая нам практика. Mr.F

Ничто не ново под луной: в Австро-Венгрии подобной шуткой отметился Гашек с своей «Партией умеренного прогресса в рамках закона»: «Предвыборная программа кандидата от избирательного округа Винограды, Ярослава Гашека, — сообщает нам Википедия, — состояла из 7 пунктов: 1) повторное введение рабства; 2) национализация сторожей; 3) реабилитация животных; 4) установление государственных учреждений для слабоумных депутатов; 5) повторное введение инквизиции; 6) святость духовенства и Церкви и 7) обязательное введение алкоголизма. Партия проводила многочисленные встречи... Эти многочасовые заседания проходили под пиво и состояли из спектаклей, которые разыгрывал "кандидат Гашек", раздавая множество обещаний и критикуя других кандидатов. В своих предвыборных речах, высмеивающих саму существующую политическую жизнь, он вовсю использовал анекдотические истории вроде тех, которые постоянно будет использовать позже его персонаж Швейк. Заканчивал свои выступления Гашек обычно словами в стиле: "Граждане! Голосуйте только за Партию умеренного прогресса в рамках закона, которая вам гарантирует всё, что хотите: пиво, водку, сосиски и хлеб!"» P.S. Отдельно рекомендую хрестоматийную биографию Гашека за авторством Радко Пытлика (у нас она была издана в «ЖЗЛ»).

Если смотреть на пикчи с Оскара не хотите, то у меня для вас подборка луков с #suitwalk 2023. https://telegra.ph/Suit-walk-2023-03-12

Значительную роль в популяризации цветных смокингов сыграла марка Brioni. Она была основана в 1945 году, а уже в середине 1950-х ее основатели отправились в США, где организовывали презентации и показы по всей стране. Поначалу американских клиентов отпугивали не только яркие цвета, но и само разнообразие моделей для мужского гардероба, которое предлагали Brioni. Однако консерватизм и скепсис публики удалось преодолеть благодаря голливудским звездам - клиентами марки стали Тайрон Пауэлл, Джон Уэйн, Кэри Грант, Генри Фонда, Кирк Дуглас. Свою роль сыграл и правильный сторителлинг, как сказали бы сегодня, сам романтический образ средиземноморского стиля и латинского любовника, с которым ассоциировались яркие (нередко на грани) модели коктейльных костюмов и смокингов марки. Brioni поражали американцев тканями brocatello - роскошными сверкающими шелковыми жаккардами, и коллекциями, чьи цвета были вдохнолены палитрой Веронезе, Тициана, Беллини и Караваджо. Однако, смело экспериментируя с цветами и деталями (чего стоит смокинг с лацканами из норки!), Brioni как наследники портновской традиции Абруццо демонстрировали невиданное в США качество кроя и пошива. В 60-70-х имя Brioni было хорошо знакомо тем американцам, которым вообще были нужны вечерние наряды. Американский рынок был основным для компании, в самой же Италии ее известность была куда скромнее и долгое время ограничивалась лишь ателье на римской улице Барберини. Даже мой римский друг, одетый в bespoke c ног до головы, в конце 2000-х удивлялся: “В Риме Brioni никто не знает, они для иностранцев”.

Весна в Москве делается так. Сначала в магазинной витрине фирмы «Октябрьская одежда», принадлежащей частному торговцу И.А. Лапидусу, появляется лирический плакат: «Встречайте весну в брюках И.А. Лапидуса. Цены умеренные». Прочитав этот плакат, прохожие взволнованно начинают нюхать воздух. Но фиалками ещё не пахнет. Пахнет только травочкой-зубровочкой, настоечкой для водочки, которой торгуют в Охотном ряду очень взрослые граждане в оранжевых тулупах. Падает колючий, лёгкий, как алюминий, мартовский снег. И как бы ни горячился И. А. Лапидус, до весны еще далеко. Из очерка Ильи Ильфа «Как делается весна», 1929

«И море, и Гомер — все движется весною...»

«Обсуждая новую моду, не забудь про кипящую на плите воду». Воронеж: Коммуна, 1970-е.

Переводить тексты, написанные китайцами на английском — это изысканный опыт для всех любителей бесконечного, бессмысленного страдания. Лет десять назад, когда я работала переводчицей, моей основной работой было — продираться сквозь бессмысленные нагромождения английских слов, написанных неведомо кем. И вот однажды я настолько устала от перевода, что мой разум уснул и стал порождать чудовищ. Вместо того, чтобы поскорее перевести треклятую инструкцию и навсегда выбросить её из своей картины мира, я сидела и воображала, как же вообще можно было настрочить то, что в ней написано. В едва освещённой комнате за старым столом с проржавевшими ножками сидит согбенный китайский инженер неопределённого пола. Рядом лежат несколько словарей, покрытых засохшей кровью, которой инженер плакал накануне. Тускло мигает экран айфона, который китайский инженер собрал в обеденный перерыв, чтобы как-то отвлечься. В голове инженера множатся и переплетаются английские слова. Китайский инженер не знает, как сказать, что в аккумуляторе произошло короткое замыкание. В родном для инженера диалекте китайского аккумулятор обозначается так же, как бочка, цистерна, влагалище, ножны, гравитация, салат с авокадо, пылесборник, Альфа Центавра и средоточие жизненной энергии. Китайский инженер даже не знает, что всё это на английском читается и пишется совсем по-разному. Машинный перевод ему не помогает. Даже наоборот, мешает, потому что сообщает, что английская идиома to fuck a duck under a Christmas tree тоже в некоторых случаях на китайском пишется, как "аккумулятор". Наконец, собрав все свои силы, китайский инженер выбирает наиболее адекватное, по его мнению, английское слово. И это слово barrel. Дальше ему нужно сказать, что аккумулятор закоротило. Китайский инженер когда-то учился в школе и помнит несколько фраз — "London is the capital of Great Britain", "Surrender, you capitalist swine" и "I shot thirty sparrows today, my leader". В последнем предложении ему явно чудится что-то, связанное с коротким замыканием. По крайней мере, слово shot явно похоже на что-то короткое. И остаётся лишь слово "замыкание". Китайский инженер три года ходил к психотерапевту, потому что ему уже далеко за шестьдесят, романтические отношения ни с кем так и не сложились, а жизнь так и являет собою лишь безобразное нагромождение случайностей. Психоаналитик говорил инженеру, что тот слишком замкнут в себе, и его интроверсия мешает ему раскрыть своё Ци бесконечной красоте мироздания. Китайский инженер понимает, что где-то внутри него сияет прекрасный лотос звёздной чистоты, но всё это заперто где-то глубоко внутри. И потому переводит слово "замыкание" как inside. Китайский инженер смотрит на получившуюся строчку: barrel shot inside. Это определённо короткое замыкание в аккумуляторе. Но это понятно ему, китайскому инженеру. А вдруг у того, кто будет читать его инструкцию, всё в порядке с отношениями, а жизнь упорядочена, легка и отмечена знаком отличника социалистического соревнования? Нужно как-то подчеркнуть, что речь идёт о замыкании. И китайский инженер прибавляет к этому предложению решительное indeed. Но потом кровавые слёзы снова вырываются из его подслеповатых глаз, звуки рыдания гулко отскакивают от обшитых ржавым металлом грязных стен, и откуда-то из запертой внутри китайского инженера звёздной чистоты начинают вываливаться английские слова. Они точно скажут читателю инструкции всё о том, как устроен аккумулятор жизненной силы. Barrel shot inside indeed severity and don't flickering beyond, выводят скрюченные артритом пальцы, и слова множатся и почкуются под их исступлёнными ударами, как свихнувшиеся бактерии в питательном растворе. Как же хорошо, что я больше не переводчица.

Снова побурчу о том, что #раньшебылолучше: это лишь малая часть перьев, которые еще семьдесят лет назад можно было купить к авторучкам «Esterbrook»: хочешь подешевле — выбирай 1ХХХ или 2ХХХ, без напайки; хочешь подороже и с напайкой — выбирай 9ХХХ. (Если что, это, наверное, одна из самых распространенных и недорогих американских марок — этакий «Volkswagenfüllhalter».) Каждое перо было объединено с фидером и снабжено резьбой — заменить его можно было за несколько секунд; сейчас такую конструкцию можно найти разве что у «Pelikan»: нынешний «Esterbrook» не в счет (и перьев теперь, само собой, заметно меньше). С другой стороны — а как иначе, если «Esterbrook» начинал именно с производства и продажи разнообразнейших перьев-вставочек?

Какой замечательный пример ар-деко в парфюмерии. Флаконы для духов Worth Sans Adueu. Дизайн Рене Лалика, 1929.