see, i told you

Стивен Шор. Отель «Видовой». Оганквит, Мэн. 1974

Давно ищу какие-нибудь мысли о дорогом мне чувстве присутствия в фотографии: физическом ощущении, что предмет на снимке реален; что смотришь сквозь фотографию — на настоящий мир, без посредников. Пока писал подборку для Подписных, наткнулся на термин Герри Баджера thereness. Например, из эссе The Art That Hides Itself: Фотографии, которые создают непреодолимое желание прикоснуться к предмету, шагнуть внутрь, узнать изображённого человека поближе, демонстрируют «тамость». Супер! Но всё равно немножко не то. Моя «тамость» напрямую связана с техническими особенностями фотографии. У Баджера же она есть и О'Салливана, и у Атже, и у Франка, и у Роберта Адамса. Его «тамость» в этом смысле — универсальна. Она скорее завязана на гуманности, умении сочувствовать, проживать изображаемое. А ещё она не касается, увы, вопросов физиологического восприятия: опыт зрения и попытки фотографии его воссоздать остаются за скобками.

Стивен Шор. Кингмен, Аризона. 1975

Из интервью Алека Сота: Есть такое старое сравнение, что снимки — как зеркала, но они ещё и зеркала во времени. Я часто вспоминаю Джона Шарковски, который сделал такую книгу и выставку — «Зеркала и окна». Он разделил фотографов на две категории: фотографы как зеркала и фотографы как окна. Не так прямолинейно, конечно, а скорее как спектр. Мне всегда нравилось рассуждать о фотографии в таком ключе, даже о своей. Как пример: на меня сильно повлиял Стивен Шор, но со временем я понял, что мои снимки не такие же «оконные». Вот его — окошки в самом чистом виде. Но на окнах же тоже бывают блики, и в определённое время дня они по сути превращаются в зеркала. Мои снимки хоть и похожи на окна, но они целиком покрыты отражениями. Иногда я использую эту метафору буквально и включаю в снимок собственное отражение. Хоть и приходится с собой побороться. А ещё к моей головной боли окна вообще-то иногда можно и приоткрыть! Не обязательно разделять мир на там и тут. Иногда между двумя половинками может чуть-чуть погулять ветер. Утром я открыл окно у себя в номере — и как же стало хорошо.

На белых стенах галереи Гагосяна, где проходила выставка, эти облака становятся окнами в живой мир: хочу вырваться сквозь них наружу! С книгой всё как будто сложнее. Наблюдение за облаками, общее место наших отношений с жизнью, — то немногое, что доступно почти всем и всегда. В этом смысле наивность фотографий Эглстона приближает нас к любимому, очень знакомому чувству. Наверное, они с Бонни разделили удачу: на каждой из этих страниц тоже сфотографирован ангел. ☾ Полистать книги можно тут: Soth A. Sleeping by the Mississippi. Steidl, 2004 Soth A. Songbook. MACK, 2015 Graham P. Paul Graham. Phaidon, 1996 Eggleston W. At Zenith. Steidl, 2013 Eggleston W. William Eggleston's Guide. MoMA, 2002 Eggleston W. The Democratic Forest. David Zwirner Books, 2016 Eggleston W. Morals of Vision. Steidl, 2019 ♫ Elvis Presley — Crying in the Chapel

Уильям Эглстон. В зените XIII. 1979

Облака Эглстона хорошо демонстрируют и объясняют его тягу к фотографированию «демократически»: когда любой объект в поле его зрения потенциально заслуживает места на фотографии. Вслед за Уитменом эта традиция стала национальной. Вслед за К. Уильямсом Эглстон экспериментирует с её модернистскими вариациями. В отличие от «Гида» и «Демократического леса», которые будто борются со взглядом Эглстона «на всё как есть», «В зените» удаётся сохранить равноправие фотографий. Развеялось колдовство Шарковски и Бэхеров, изображения освободились от каталогизации и нарратива. Осталась нежная скука. Очень, кстати, характерная другому факсимильному портфолио Эглстона, «Моралям зрения», и в какой-то мере альбому «Накануне выборов». Напомните, если знаете ещё что-то похожее.

Уильям Эглстон. В зените VIII. 1979

Фотографии Уильяма Эглстона из выставки, а потом и книги «В зените» очень похожи на снимки Грэма. Несколько десятков одинаковых изображений. Только в этих облаках уже ничего не получается увидеть: на что похоже вот это? а это? ни на что вроде... В середине книги ненадолго сгущаются тучи, но больше никакого сюжета нет, как нет и гипотезы или исследования. «В зените» — об облаках в чистом виде, о невинном опыте их наблюдения.

Уильям Эглстон. В зените I. 1979

Позже в «Песеннике» я нашёл продолжение фотографии с Бонни: веранда мотеля, над ней — облако от самолёта в виде имени Иисус. Название этого города, Киссимми, очень похоже на «кисс ми». Главным работодателем в Киссимми стал местный Дисней-ленд, и с 2012 года к названию мотеля «Ключ» прибавилось определение — «Волшебный». В 1998 город сильно пострадал от вспышки смерчей, самой разрушительной в истории штата: пятнадцать торнадо одновременно. Ищу: «смерч — это облако?». Википедия пишет: «Облачный рукав».

В «Снах вдоль Миссисипи» Алека Сота его героиня Бонни делится симпатичной фотографией облака, похожего на ангела. Её причёска, бабетта со струящейся сединой, сама напоминает облако. Фотография подписана «Порт Гибсон, Миссисипи». Во время гражданской войны этот город на тысячу человек пощадил генерал Грант: «слишком красивый, чтобы его сжигать». Доска с этой надписью теперь отмечает городскую черту.