Александр Гофман

​«Чужой: Ромул» – вероятно, именно тот перезапуск, о котором мечтали продюсеры, но, на мой взгляд, одно из самых неубедительных (персональных) выступлений ксеноморфа. Даже наиболее возмутительные жесты Ридли Скотта сохраняли ценность благодаря своему внутреннему содержанию – и не важно, был это богоборческий трактат или неторопливое рассуждение о парадоксах свободы воли в упаковке бестолкового и шумного сай фай-слэшера. У Альвареса, напротив, нет идей – лишь попытка сыграть на чужих: антагонист из первого фильма, экшен-сегмент и клаустрофобия – от Финчера с Кэмероном, весь финальный отрезок – хаотичный набор из образов и идей «Возрождения» и «Прометея». Проблема в том, что на уровне структуры концепт предсказуемо нанизан на самый успешный в кассовом плане альваресовский сюжет из «Не дыши» – поэтому провокационные вопросы и дискомфортная атмосфера старых и новых частей у уругвайца были редуцированы до кондиции пусть и ладно сбитого, но всё-таки одноразового аттракциона. При этом среди главных героев сопереживаешь только выстроенном на нескольких сентиментальных клише дуэту Кейли Спейни (нет, и близко не новая Сигурни Уивер) и Дэвида Джонссона Фрэя, сами Чужие впервые деградировали до покорных мишеней в тире, не говоря уже о том, что от хоррора здесь осталась разве что примитивная физиология – бестактно проломленная грудная клетка вместо тягостного ожидания. Раньше «Чужой» мог быть странно смонтированным, откровенно невнятным, тяжеловесным и претенциозным кино – но диалог с ним неизменно волновал, сбивал с толку, ошарашивал; у «Ромула» же, напротив, нет проблем с мелкой моторикой – но встреча с ним задевает не сильно больше, чем устаревшая директива из уст бракованного синтетика. #AlienRomulus#Ревью