Тюркский Атлас 🐺

Почему разошлись пути узбеков и уйгуров Общие корни и разная историческая траектория: государственные проекты, исламизация и влияние соседних держав сформировали две отдельные идентичности. Вы знаете, кому это отправить @tabularasanomind

Стальной меч и вечный язык карлуков Военная сила карлуков и их ключевая роль в формировании тюркских языков Средней Азии. Наследие, пережившее каганаты и смену империй Вы знаете, кому это отправить @tabularasanomind

Войны начинаются, когда вы их начинаете, но они не останавливаются, когда вы этого захотите Интересная записка от Джокера 🃏 https://t.me/JokerBaku/10388 Интересные моменты из записки: - Системы ПРО остались только в Турции. И все. Все остальное вынесено - до Израиля стали долетать «шахеды» с реактивными двигателями - спасибо российским товарищам за креативный апгрейд - Надежда на наследного принца Пехлеви оказалась приблизительно такой же, как надежда России на Медведчука - Так бывает, когда ты идешь воевать, не имея стратегии. В России не дадут соврать. #Realpolitik Вы знаете, кому это отправить @tabularasanomind

Критические минералы вполне могут сделать Центральную Азию богаче. Но могут и по-другому. Могут просто сделать регион еще удобнее для чужих стратегий. Сейчас Центральной Азии снова предлагают большую историческую роль. Только уже не как буферной зоне, не…

Критические минералы вполне могут сделать Центральную Азию богаче. Но могут и по-другому. Могут просто сделать регион еще удобнее для чужих стратегий. Сейчас Центральной Азии снова предлагают большую историческую роль. Только уже не как буферной зоне, не как транзитному коридору и даже не просто как сырьевой периферии в старом нефтегазовом смысле. Теперь ставка на другое: медь, литий, никель, сурьму, редкоземельные металлы и вообще всю ту минеральную базу, без которой сегодня не работают ни зеленая энергетика, ни оборонная промышленность, ни большая современная индустрия. Причина понятна. Запад слишком глубоко завязан на Китай в вопросе критических минералов и особенно их переработки. А значит, любой регион, у которого есть такие ресурсы, автоматически получает новый политический вес. В этой логике Центральная Азия выглядит очень привлекательно. Прежде всего Казахстан, Узбекистан, Таджикистан и Кыргызстан. Но вот здесь и начинается главное. Для региона вопрос не в том, придут ли деньги. Они уже идут и еще будут идти. Вопрос в другом: что именно на этой волне построят. Новую экономику или новую зависимость. Потому что добыча сырья и развитие страны, это вообще не одно и то же. История знает слишком много примеров, когда государство сидит на богатых ресурсах, а на выходе получает слабую промышленность, грязную экологию и очень скромный реальный эффект. Если внешние игроки приходят только за тем, чтобы быстро вытащить минералы наружу, а самому региону оставляют ямы в земле, несколько рабочих мест и минимум переработки, то это не модернизация. Это просто новая версия старой сырьевой модели. Поэтому ключевой вопрос для Центральной Азии сегодня даже не геологический, а политико-экономический. Смогут ли государства региона навязать свою логику игры. Не просто открыть месторождения, а встроить добычу в длинную цепочку роста. Чтобы вместе с рудой появлялись геологоразведка нового уровня, цифровые карты, переработка внутри региона, подготовка кадров, совместные производства, нормальная налоговая политика и экологические стандарты, которые потом не взорвут все это развитие изнутри. Особенно важна региональная кооперация. У одной страны может быть месторождение. У другой мощности по переработке. У третьей транспортный выход. Если все будут играть поодиночке, внешние центры силы очень быстро разрежут регион на отдельные сырьевые участки и будут работать с каждым отдельно. Им так даже удобнее. А вот если появится хотя бы минимальная общая логика, тогда Центральная Азия сможет продавать не просто руду, а более сложный продукт. И главное, постепенно наращивать собственный промышленный вес. По сути, регион подходит к развилке. Первый сценарий простой и, к сожалению, привычный. Центральная Азия становится еще одним сырьевым придатком. Только теперь не нефтегазовым, а минеральным. Второй сценарий сложнее. Но и выигрыш там совсем другой. Минералы в таком случае становятся не товаром на вынос, а фундаментом новой индустриализации, технологического роста и более взрослой субъектности. Вот почему главная борьба вокруг критических минералов будет идти не только за сами месторождения. Настоящая борьба пойдет за правила игры. Кто контролирует переработку, технологии, стандарты, логистику и финансирование, тот в итоге и забирает главный выигрыш. Центральной Азии сейчас мало просто иметь ресурсы. Нужно научиться превращать геологию в стратегию. Иначе регион опять продаст миру свое будущее по цене сырья. #Realpolitik Вы знаете, кому это отправить @tabularasanomind

Китайские рудники в Центральной Азии становятся мишенью. Пока китайское присутствие в регионе сводилось к кредитам, стройкам, дорогам и добыче, все это выглядело более или менее привычно. Да, местных раздражали долги, мутные сделки, экологические проблемы и общее ощущение, что китайцы заходят слишком глубоко и забирают слишком много. Но это все же была стандартная история про недовольство большим внешним игроком. Теперь ситуация меняется. Когда начинают убивать китайских граждан, рудник перестает быть просто рудником. Он начинает стягивать на себя сразу все: ненависть к чужому присутствию, страхи вокруг Афганистана и вопрос о том, кто вообще здесь контролирует пространство. С одной стороны, в Таджикистане и Кыргызстане раздражение вокруг китайских проектов копится уже давно. Людей бесит, что сделки выглядят непрозрачно, рабочие места часто уходят не им, природа портится, а основная прибыль улетает куда-то вверх и наружу. С другой стороны, рядом Афганистан, где любая серьезная турбулентность очень быстро превращается в экспорт угрозы. Пока эти линии шли отдельно, это было неприятно, но терпимо. Когда они начали соединяться, китайское присутствие вошло в совсем другую фазу риска. Пекин здесь попадает в довольно неприятную ловушку. Он не может просто сделать вид, что ничего не случилось. Если китайских граждан убивают, значит надо усиливать охрану, давить на местные власти, требовать дополнительных гарантий, расширять координацию спецслужб, возможно, выстраивать новые схемы безопасности вокруг своих объектов. Но в этом и проблема. Чем заметнее Китай начинает защищать свои проекты, тем сильнее местные общества чувствуют, что вместе с инвестициями пришел и чужой контроль. А это уже та самая почва, на которой раздражение очень быстро перестает быть бытовым и становится политическим. Таджикистан в этой истории вообще в самой неудобной позиции. Душанбе слишком сильно зависит от Китая, чтобы позволить себе выглядеть слабым и беспомощным партнером. Если ты не можешь защитить китайские деньги и китайских людей, ты плохой союзник. Но и слишком демонстративная охрана китайских объектов для власти тоже опасна. Потому что тогда у местных складывается совсем мрачная картина: денег в стране мало, проблем много, а силовой аппарат все плотнее крутится вокруг интересов иностранного инвестора. В такой логике каждый новый рудник начинает восприниматься уже не как развитие, а как чужой анклав. Именно поэтому китайские горнодобывающие проекты в Центральной Азии становятся куда чувствительнее, чем просто фабрики, трассы или склады. Они бьют сразу по нескольким болевым точкам. Это и вопрос суверенитета, и вопрос рабочих мест, и вопрос экологии, и вопрос справедливости, и вопрос зависимости от одного внешнего центра. А теперь к этому добавился еще и вопрос крови. Как только вокруг проекта появляется насилие, он перестает быть нейтральным. Он начинает жить уже не по логике инвестиций, а по логике конфликта. И вот здесь у Китая по-настоящему плохой выбор. Либо он усиливает защиту своих объектов и тем самым усиливает ощущение чужого присутствия. Либо делает вид, что старых схем безопасности по-прежнему достаточно, и тогда рискует новыми ударами. То есть проблема уже давно не сводится к безопасности в узком смысле. Нельзя просто поставить больше камер, блокпостов и охраны и считать, что вопрос закрыт. Охрана может защитить периметр. Но она не может заставить местных считать этот проект своим. В этом и главный вывод. Угроза для китайских проектов в Центральной Азии растет не только потому, что рядом Афганистан и оттуда может прийти насилие. Она растет потому, что это насилие ложится на уже готовую почву недоверия. А когда внешний риск соединяется с внутренним раздражением, любой рудник, карьер или завод очень быстро превращается в точку будущего кризиса. И если Пекин вместе с центральноазиатскими режимами не начнет решать именно эту проблему, не только силовую, но и политическую, то китайские инвестиции будут приносить региону не стабильность, а все более тяжелую и дорогую форму зависимости. #Realpolitik @tabularasanomind

⬜️ [A0] Текст 10. Читаем на озьтюрке: «Защитник деревни Дракон» Burunğı zamanda bir ülkede Acdarha — ulu yılan yaşağan. (Давным-давно в одной стране жил Дракон (Айдахар) — огромная змея.) O şunday uzun we küçlü bolğan ki, hatta tağlar we özenlerden aşqan. (Он был настолько длинным и сильным, что даже превышал горы и реки.) Amma bu acdarhanıñ bir sıfatı bar edi: o adamlarnı yamanlıqtan qoruğan we olarğa tek yaxşılıq etken. (Однако у этого дракона была одна особенность: он защищал людей от зла и делал им только добро.) Bir kün awulğa dehşetli afat keldi. (Однажды в деревню пришло ужасное бедствие.) Kökten qara bulutlar toplandı, yamur yağdı we yamurdan soñ yaman dew maydanğa keldi. (С небес собрались черные облака, разразилась гроза, и после дождя появился злой великан.) Dew, adamlarnı qorqutup we olarnıñ mal-mülkini tartıp almaq istep, bütün awulnı iyeledi. (Великан захватил всю деревню, пугая людей и желая отобрать их имущество.) Awul batırları yaman dew bile cenkleşerge tırıştılar, amma olarnıñ küçü yetmedi. (Герои деревни пытались сразиться со злым великаном, но их сил не хватало.) Adamlar dertlenip, ne etesin bilmey, Tañrıdan yardım yalwardılar. (Люди печалились, не зная, что делать, и молили Бога о помощи.) Bu waqıtta, kök asmanda nurlayan güneş kibi, uzaqtan Acdarha beliredi. (В это время, словно сверкающее солнце на голубом небе, издалека появляется Дракон.) Onuñ közlerinden otlar uçqunlaydı, göwdesi ise parıldaydı. (Из его глаз искрятся огни, а тело сверкает.) O dewni köredi we darrow oña atıladı. (Он видит великана и сразу же нападает.) Dew, acdarhanıñ küçüni körüp, qorqıp başlaydı. (Великан, увидев силу дракона, начинает бояться.) Amma dew hiylebaz eken we acdarhanı aldarğa qarar etti. (Но великан оказался хитрым и решил обмануть дракона.) O acdarhağa deydi: "Men seniñ dostuñ bolmaq istermin, kel xalqqa birge baş bolayıq." (Он говорит дракону: "Я хочу быть твоим другом, давай вместе править народом.") Amma Acdarha dewniñ niyetin añlaydı. (Но Дракон понимает намерения великана.) O cawap qaytaradı: "Menim wäzifem — adamlarnı yamanlıqtan qorumaq, saña oxşaşlarğa qarşı turmaq." (Он отвечает: "Моя задача — защищать людей от зла, противостоять таким, как ты.") Bundan soñ olar cenkleşeler. (После этого они вступают в бой.) Acdarha bütün küçüni toplaydı, dewni öz otu bile köydüredi we yeñip çıqadı. (Дракон собирает всю свою силу, сжигет великана своим огнем и одерживает победу.) Awullılar Acdarhağa rahmat eteler, onu hörmetleyler we büyük bayram ötkerediler. (Жители деревни благодарят Дракона, уважают его и устраивают большой праздник.) Acdarha ise, olarnı qorup we qayğırtıp, awulğa kelüwini dawam etedi. (А Дракон, в свою очередь, продолжает приходить в деревню, защищая и заботясь о них.) O zamandan beri Acdarha tuğralı yomaq nesilden nesilge keçip, mengige xalq xatırasında qaladı. (С тех пор сказка о Драконе передается из поколения в поколение и навсегда остается в памяти народа.) #ÖztürkTili #ПрактикаЧтения @tabularasanomind

⬛️ [A0] Урок 10. Запуск во времени: Прошедшее категорическое Приветствую. Вчера мы научились отдавать приказы чистым корнем глагола. Сегодня мы переводим двигатель в рабочий режим и отправляемся в прошлое. В Озьтюрке есть несколько прошедших времен, но мы начнем с главного — Прошедшего категорического. Оно передает факт: действие точно совершилось в прошлом («я написал», «он ушел», «мы взяли»). Эта форма собирается с идеальной инженерной точностью и на 100% понятна всему тюркскому миру. Формула сборки: [Корень] + [Маячок времени] + [Личная деталь] 1. Маячок времени Показатель прошедшего времени — это жесткая деталь с согласной «d» или «t» (здесь строго работает закон гармонии согласных из нашего 3-го урока!): ➖ -dı / -di / -du / -dü (после гласных и звонких согласных). ➖ -tı / -ti / -tu / -tü (после глухих согласных: qayt-tı — вернулся). 2. Личные детали (Кто совершил действие?) В тюркской матрице для прошедшего времени используется специальный, укороченный набор личных окончаний. Давайте соберем матрицу на примере твердого корня al- (брать) и мягкого kel- (приходить): 👤 Men (Я): деталь -m. ➖ al-dı-m (я взял) ➖ kel-di-m (я пришел) 👤 Sen (Ты): деталь -ñ. ➖ al-dı-ñ (ты взял) ➖ kel-di-ñ (ты пришел) 👤 O (Он / Она / Оно): нулевая деталь! ➖ al-dı (он взял) ➖ kel-di (он пришел) 👥 Biz (Мы): деталь -q (для твердых) или -k (для мягких). ➖ al-dı-q (мы взяли) ➖ kel-di-k (мы пришли) 👥 Siz (Вы): деталь -ñız / -ñiz / -ñuz / -ñüz. ➖ al-dı-ñız (вы взяли) ➖ kel-di-ñiz (вы пришли) 👥 Olar (Они): знакомый нам вагон множественного числа -lar / -ler. ➖ al-dı-lar (они взяли) ➖ kel-di-ler (они пришли) 3. Интеграция отрицания (Как сказать «не сделал») Вспоминаем нашу «педаль тормоза» из 9-го урока — деталь -ma / -me. В механизме времени она ставится строго после корня, перед маячком времени! Поскольку деталь -ma / -me оканчивается на гласную, маячок времени после нее автоматически становится звонким и неогубленным. То есть выбор сужается всего до двух вариантов: -dı или -di. ➖ al-ma-dı-m (я не взял). ➖ kel-me-di-k (мы не пришли). ➖ yaz-ma-dı-ñız (вы не написали). Практический вывод: Теперь вы можете рассказывать о том, что сделали. Используем слова из прошлых уроков: ➖ Men bu kitäpni oqudım. — Я прочитал эту книгу. ➖ Siz qaydan keldiñiz? — Откуда вы пришли? ➖ Olar maña yardım etmediler. — Они мне не помогли (yardım etmek — помогать). Завтра мы переключим передачу и разберем Настояще-будущее время, чтобы научиться говорить о привычках, регулярных действиях и планах! #ÖztürkTili#Урок10#A0 @tabularasanomind

Контент для ужина подвезли. BBC я лично доверя. Они, при всех нюансах, стараются быть объективными в вопросах Ближнего Востока. https://www.youtube.com/watch?v=t-Zw3m_tZiw УПД: С СNN я погорячился) Вы знаете, кому это отправить @tabularasanomind

Азербайджан отправил гуманитарку в Иран 30 тонн продовольственных товаров, в том числе 10 тонн муки, 6 тонн риса, 2,4 тонны сахара, более 4 тонн питьевой воды, около 600 килограммов чая, а также около 2 тонн медикаментов и медицинских принадлежностей. По калориям это примерно 67 миллионов ккал. При гуманитарной норме около 2100 ккал в день такой объем еды дает примерно 32 тысячи человеко-дней питания. То есть это примерно: 1 000 человек на месяц 5 000 человек на шесть дней 10 000 человек примерно на три дня Фото с 1news az. Да и инфа оттуда, а расчеты наши #Realpolitik Вы знаете, кому это отправить @tabularasanomind