Сквозь грани и гуарани

🇵🇪 Почему Перу стало самой нестабильной страной Латинской Америки в XXI веке Главный местный инфоповод последних дней — события в Перу: там очередная смена власти. Что вообще происходит? За последние 10 лет в стране поменялось 8 президентов — больше, чем тренеров у национальной сборной по футболу. На этой неделе временным главой государства стал 83-летний Хосе Мария Балькасар. В должности он пробудет до 28 июля, в апреле — выборы. Среди прочего новый временный известен защитой детских браков. «Ранние сексуальные отношения способствуют психологическому развитию женщин. В Гражданском кодексе нет никаких препятствий для половых отношений с 14 лет и старше. Все занимаются сексом». Его слова вызвали осуждение со стороны Министерства по делам женщин и уязвимых групп населения. На фоне разгоревшегося скандала Балькасар в итоге воздержался от голосования по этому закону. Тот факт, что в итоге он получил наибольшее количество голосов в Конгрессе, став временным президентом, удивил большинство аналитиков. Откуда взялась нестабильность Переломными считают выборы 2016 года: Педро Кучински обошел Кейко Фухимори с минимальным перевесом, но у фухимористов было большинство в конгрессе. Меньше чем через два года они сместили президента, опираясь на ст. 113 Конституции — «постоянная моральная или физическая неспособность», которую Конгресс объявляет сам. С тех пор эту норму используют часто: смещали Мартина Вискарру, Педро Кастильо, Дину Болуарте, а теперь и Хосе Хери. Эксперты называют это «законодательным авторитаризмом»: конгресс получил рычаг давления на исполнительную власть без полноценного импичмента и четких процедур. Что усугубляет кризис Ослаблены партии и доверие граждан. Президенты приходят с малой поддержкой в конгрессе. На предстоящих выборах 12 апреля — 36 кандидатов в президенты, но ни один прямо сейчас, судя по опросам, не набирает больше 15%, а 61% перуанцев не доверили бы ни одному из них «ключи от своего дома». Многие голосуют «против» — в первую очередь против Кейко Фухимори. Она идет на выборы уже в четвертый раз. Есть ли выход Реформы уже пробовали — ситуация не улучшилась. Вряд ли депутаты сами ограничат свои полномочия. Более того, после 33-летнего перерыва Конгресс решил вернуть сенат, и законодательная власть может стать еще сильнее. Будет интересно понаблюдать за ситуацией в преддверии выборов. Перу славится необычными, а иногда и радикальными политическими решениями. В апреле будет жарко.

🇵🇾 Как города и места Парагвая получили свои названия — и почему они кажутся странными Серия текстов о топонимике Парагвая Часть I Часть II Часть III Третью группу составляют города, названные в честь военных и политических деятелей. Коронель-Богадо увековечивает имя революционного полковника, сражавшегося вместе с Хосе де Сан-Мартином. Коронель-Овьедо назван в честь участника Войны Тройственного союза, а Марискаль-Эстигаррибия — в честь главнокомандующего и героя Чакской войны, позднее ставшего президентом страны. Педро-Хуан-Кабальеро носит имя одного из лидеров борьбы за независимость Парагвая, а Президенте-Франко — президента начала XX века Мануэля Франко. Особняком стоит Вилья-Айес, названный в честь президента США Резерфорда Берчерда Хейса. В конце XIX века он выступил международным арбитром в территориальном споре между Парагваем и Аргентиной и вынес решение в пользу Парагвая, что позволило стране сохранить значительную часть региона Чако. Важно отметить, что многие из этих городов ранее имели другие названия — религиозные или на гуарани. Переименование стало способом закрепить политическую и историческую память.

🇵🇾🌞 Hakueterei! Как парагвайский испанский описывает жару, наделяя солнце личностью Испанский в Парагвае — это не просто акцент. Местные постоянно смешивают его с гуарани в одном предложении. Такой микс называется jopara. В гуарани одно слово может означать целую мысль, и благодаря этому jopara звучит особенно емко и универсально. Жара в Парагвае — отдельный персонаж повседневной жизни. О ней говорят часто, образно и даже с определенным уважением. Неудивительно, что для зноя существует целый набор слов и выражений. Hakueterei! — как же жарко! Будь то ваш первый или сотый раз в Парагвае, вы наверняка будете часто использовать это выражение. «Haku» означает «жарко» на гуарани, а добавление «-eterei» усиливает значение. Когда от солнца не скрыться, а жара становится невыносимой — «Hakueterei!» — именно то, что нужно сказать. Ja’u la terere — давайте пить терере Терере — традиционный освежающий напиток Парагвая и главный выбор местных в жаркие дни. Его обычно передают по кругу, превращая процесс в ритуал общения и единения. В терере добавляют освежающие травы: мяту, болдо или лимонную вербену. Kaigue — лень / упадок сил Парагвайское солнце нельзя недооценивать. Волны горячего воздуха могут полностью лишить сил. «Kaigue» описывает глубокое чувство усталости. Вы можете услышать, как местные говорят: «Masiao kaigue ya estoy», выражая сильную усталость и невозможность продолжать день. Tranquilopa — не волнуйся / все хорошо Это выражение происходит от испанского «tranquilo» — «расслабься» или «будь спокоен». Суффикс гуарани «-pa» добавляет оттенок завершенности. Местные часто используют эту фразу, чтобы показать, что все идет хорошо. Ответ «tranquilopa» на вопрос «как дела?» вызовет улыбку у местных, делая вас своим. Смысл тот же, что и у испанского слова, но оттенок чуть ярче. Ja’umina! — пойдем выпьем! После долгого летнего дня освежающий напиток — идеальный способ охладиться. Друзья часто приглашают друг друга выпить, говоря «ja’umina». Хорошим ответом на такое приглашение будет «jaha!» — «пойдем!». Pe kuarahy ojapi hína — солнце меня избивает Солнце у парагвайцев нередко наделяется чертами одушевленной сущности, и в jopara его часто описывают как нечто действующее намеренно: бьет, давит, жжет. Конкретная формулировка может меняться в зависимости от контекста. Ndikatúi che aguanta la haku — я не выношу эту жару Испанское aguantar (терпеть, мириться с чем-либо) переплетается с гуаранийской грамматикой, и, казалось бы, обычная фраза приобретает особое звучание. Контекст Подобные выражения — не просто способ пожаловаться на зной, а часть местной культуры и восприятия реальности. Через них слышно, как в повседневной речи переплетаются две языковые традиции, как язык подстраивается под климат, ритм жизни и характер страны.

🇵🇾🔥 Парагвай — самая горячая точка планеты Страна оказалась в центре глобальной температурной аномалии. По данным спутникового мониторинга, во вторник в Парагвае отмечены самые высокие температуры на Земле в этот день. В департаментах Ньеембуку, Сентраль, Парагуари, а также в столице — Асунсьоне — воздух прогрелся до 40–41 градуса, местами столбики термометров поднимались до 43. Схожая картина наблюдалась в отдельных районах Президенте-Айес и Бокерон. Также в некоторых районах страны ощущаемая температура достигала 47 градусов. Надежда на передышку связана с пятницей: синоптики ожидают дожди и постепенное снижение температуры. Уже на следующей неделе прогноз выглядит заметно мягче — несколько дней подряд максимальные значения могут опуститься ниже 30 градусов. This is fine.

🇵🇾📚 Vademecum: в Парагвае издали уникальную книгу личного врача диктатора Франсии Автор был забыт, но теперь о нем снова говорят. В истории Парагвая есть крайне интересные, но не самые громкие имена. Одно из них — Хуан Висенте Эстигаррибия, личный врач Гаспара Родригеса де Франсии. Он жил и работал в эпоху, когда наука в Парагвае только прокладывала свои тропы сквозь густую чащу народных знаний. Его кабинет был не только местом приема пациентов, но и лабораторией. В ней он предавался самым разным размышлениям и экспериментам. Доктор Эстигаррибия с редкой для своего времени тщательностью записывал и исследовал все: свойства растений, способы их применения, результаты опытов. Так постепенно рождалась рукопись, ставшая его главным трудом — Vademecum. Название, происходящее от латинского «иди со мной», звучит как тихий призыв к тайным знаниям. Сей труд стал спутником врача — карманная книга реальной практики, собранная из живого опыта и познания природы Парагвая. Vademecum — не просто медицинский справочник. Это важный след эпохи, свидетельство того, как в Парагвае соединялись наука и природа, европейская традиция и местная ботаническая мудрость. На днях книгу полноценно выпустили в ServiLibro — издательстве и книжном магазине в Асунсьоне. Для Парагвая это важное культурное событие — возвращение одной из забытых фигур его истории.

🇵🇾 Как города и места Парагвая получили свои названия — и почему они кажутся странными Серия текстов о топонимике Парагвая Часть II Названия на языке гуарани Наряду с испанскими и религиозными названиями, значительная часть парагвайских городов сохранила названия исключительно на языке гуарани. Это уникальная особенность, поскольку гуарани не был вытеснен в колониальный период и продолжал использоваться всеми слоями населения — от коренных народов до креолов и духовенства. Так, например, город Ламбаре назван в честь вождя гуарани, сопротивлявшегося испанскому завоеванию. Итаугуа переводится как «место камней». Ипакараи, расположенный у одноименного озера, чаще всего интерпретируется как «благословенное озеро». На юге страны есть город с названием Камбирета, что означает «земля молока». В свое время там были огромные коровьи пастбища. Каагуасу — «большой лес», а Каакупе — «за лесом йербы». Эти названия, напрямую связанные с природой и ландшафтом, демонстрируют устойчивость коренной языковой традиции. В чем смысл Сохранение гуарани в названиях городов — не просто лингвистический факт, а важный элемент национальной идентичности и исторической преемственности. Многие топонимы на гуарани сугубо описательные. Язык активно использует составные слова, где каждый элемент несет конкретное значение. Так, «ита» означает «камень», «каа» — «лес» или «растительность», «гуасу» — «большой», «куэ» или «купе» — «за», «позади». Поэтому значительная часть географических названий буквально описывает ландшафт.

🇵🇾Как города и места Парагвая получили свои названия — и почему они кажутся странными Серия текстов о топонимике Парагвая Часть I Парагвай — одна из немногих стран Латинской Америки, где на протяжении всей истории сосуществуют два языка: испанский и гуарани. Это двуязычие отражается не только в повседневной речи, но и в географии страны. Названия почти всех парагвайских городов служат прямым свидетельством культурного и языкового сосуществования, сложившегося за века. Здесь каждый топоним — не просто адрес, а слой языка, веры и коллективной памяти. Как их понимать Городские топонимы Парагвая условно можно разделить на три группы: ▫️ названия колониального и религиозного происхождения; ▫️ названия на языке гуарани; ▫️ названия в честь исторических личностей. Вместе они образуют своеобразную карту национальной памяти и почитания. В этой серии текстов я расскажу, как именно она сложилась и что за ней стоит. Колониальные и религиозные названия Столица страны — Асунсьон — носит имя, связанное с католической традицией. Полное название города — Нуэстра-Сеньора-де-ла-Асунсьон («Наша Госпожа Вознесения»). Та же логика прослеживается и в других названиях. Вильяррика, например, изначально называлась Вилья-Рика-дель-Эспириту-Санто («Богатый город Святого Духа») — это отражение как религиозного мировоззрения, так и экономических ожиданий колонизаторов. В период колонизации ключевую роль в освоении территории сыграли католические ордена: иезуиты и францисканцы. Основанные ими миссии со временем превращались в города и, как правило, получали имена святых или религиозных символов. Нередко эти названия сочетались с элементами языка гуарани. Так, иезуиты основали Сан-Игнасио-Гуасу («Святой Игнатий Великий»), а также город Энкарнасьон, первоначально носивший название Нуэстра-Сеньора-де-ла-Энкарнасьон-де-Итапуа — «Наша Госпожа Воплощения каменной вершины». Другой пример — Сан-Косме-и-Сан-Дамиан, названный в честь святых Косьмы и Дамиана и прославившийся своей астрономической обсерваторией. Францисканцы основали Сан-Лоренсо-де-лос-Альтос («Святой Лаврентий Высокогорный»), ныне известный просто как Альтос, в департаменте Кордильера. Им же основаны города Атира, чье полное название — Сан-Франсиско-де-Атира («Святой Франциск места встречи») и Ита — Сан-Блас-де-Ита («Святой Власий Каменный»). В чем смысл Колониальные названия городов Парагвая были не просто формальностью или данью религии. Они отражали способ мышления эпохи, в которой освоение территории понималось как духовная миссия, а основание города — актом веры. При этом даже в самых «испанских» названиях постепенно проступали местные элементы, что предвосхищало будущий синтез европейской и коренной традиций, ставший одной из ключевых черт парагвайской идентичности.

✊ Латинская Америка на заре независимости: как это выглядело Нашел интересную карту Южной Америки. 1833 год. Испанская империя только что рухнула. Войны за независимость закончились, но государства, которые появились на ее обломках, еще не стали полноценными странами. Эта карта — мостик между колониализмом и будущим. Она хорошо показывает, сколь зыбкими были границы в самом начале постколониального периода. Что тут есть? 🇧🇷Бразильская империя — главный визуальный якорь карты. Огромная территория, все еще сохранившая монархию. Пока соседи лихорадочно экспериментируют с республиками, Бразилия выглядит стабильной, но внутри — рабство, диктатура элит и колоссальное социальное неравенство. 🇦🇷Аргентинская конфедерация — формально единая страна, фактически — набор конфликтующих провинций. Буэнос-Айрес живет своей жизнью, остальные — своей. Впереди череда гражданских войн и споров о том, что вообще значит «Аргентина». 🇵🇾Парагвай— тихое и почти незаметное государство в самом центре континента. После обретения независимости страна сознательно ушла в изоляцию: закрытые границы, жесткий государственный контроль и минимум внешних связей. На фоне хаоса соседей Парагвай выглядит стабильным и собранным, но до череды катастроф остается недолго. 🇺🇾Уругвай — молодое буферное государство между Бразилией и Аргентиной. Его независимость — компромисс великих соседей. Выживет ли он как отдельная страна? В 1833 году это еще неочевидно. 🇧🇴Боливия — новое государство, появившееся всего несколько лет назад. Границы условны, политическая система хрупкая, экономика слабая. Название есть, государственность — только на бумаге. 🇨🇱Чили — длинная, узкая страна, которая кажется более собранной и легитимной, чем соседи. Но и здесь стабильность относительная: элиты только учатся управлять независимым государством. 🇵🇪Перу — бывшее сердце испанского владычества. После утраты колониального статуса страна переживает тяжёлый спад и серию военных переворотов. 🇨🇴🇻🇪🇪🇨Новая Гранада, Венесуэла и Эквадор — осколки Великой Колумбии, грандиозного проекта Симона Боливара. Его мечта о едином государстве уже провалилась. На карте это еще выглядит аккуратно, но на деле — политическая фрагментация и взаимное недоверие. 🇬🇧🇳🇱🇫🇷Гвианы— пока большая часть континента освободилась, здесь все по-старому: британская, нидерландская и французская колонии. Европа все еще тут и уходить не хочет.

⛪️🌎Религиозность в Латинской Америке: католичество под угрозой Разбор свежего исследования Pew Research Center Латинская Америка долго считалась одним из самых католических регионов мира. Однако свежие данные показывают: религиозный ландшафт быстро и заметно меняется — прежде всего за счет роста числа людей без четкой религиозной принадлежности. 📉Католицизм теряет доминирующее положение Главный тренд последнего десятилетия — сокращение доли католиков во всех крупных странах региона. Падение составляет 9 процентных пунктов и более почти везде, где проводилось исследование. И хотя католики по-прежнему остаются крупнейшей религиозной группой, сегодня они перестают быть абсолютным большинством: 🇲🇽 Мексика — около 67% 🇵🇪 Перу — около 67% 🇨🇴 Колумбия — около 60% 🇦🇷 Аргентина — около 58% 🇧🇷 Бразилия — около 46% 🇨🇱 Чили — около 46% Становится больше «ноунов» За последние 10 лет доля католиков снизилась минимум на 9 процентных пунктов в каждой из шести стран. Зато выросла доля тех, кто не относит себя ни к одной религии — социологи называют их «ноунами» (атеисты, агностики или «ничего конкретного»). В Аргентине, Бразилии и Чили их число примерно удвоилось, в Мексике и Перу — утроилось, в Колумбии — выросло почти в четыре раза. В четырех странах — Аргентине, Чили, Колумбии и Мексике — «ноунов» теперь даже больше, чем протестантов. Куда уходят бывшие католики Исследователи фиксируют «религиозное переключение»: кем человека воспитали в детстве и кем он считает себя сейчас. По этому критерию католицизм везде в минусе — из церкви выходит больше людей, чем приходит. Рекорд у Чили: 26% взрослых выросли католиками, но больше таковыми не считаются, а в католицизм пришли лишь 2%. Чистый отток — 24% взрослого населения. Куда же уходят люди? Либо становятся «ноумами», либо находят себя в протестантизме. Так, например, в Бразилии среди протестантов 13% бывших католиков. Молодые и образованные отходят от церкви Во всех шести странах молодые (18–34 года) реже называют себя католиками и чаще — «ноунами». В Мексике католиков 59% среди молодых против 77% среди тех, кому за 50. В Колумбии неаффилированных с какой-либо церковью 33% среди молодых против 10% среди старших. Более образованные (средняя школа и выше) в Аргентине, Чили и Перу реже протестанты и чаще — «ноуны». Загробная жизнь, духи и магия При явном отходе от институциональной религии Латинская Америка остается глубоко религиозной по убеждениям. Не менее девяти из десяти взрослых в каждой стране говорят, что верят в Бога (от 89% в Чили до 98% в Бразилии) — уровень десятилетней давности. Верит в него и большинство «ноунов»: в Чили 69%, в Мексике около 76%. Около двух третей верят в жизнь после смерти. Больше половины — в то, что заговоры, проклятия или магия могут влиять на жизнь (в Колумбии так считают 72%). Меньше половины верят в реинкарнацию, но эта доля выросла, особенно среди неаффилированных. Большинство согласно, что духи или духовная энергия могут быть у природы и животных. Интересно, что католики чаще протестантов обращаются к гадалкам и гороскопам, а также верят в духов. Молитвы и походы в церковь Протестанты почти везде молятся чаще католиков, а католики — чаще «ноунов». Не реже раза в неделю в храм ходят 43% бразильцев, 37% колумбийцев и мексиканцев, но лишь 19% аргентинцев и 13% чилийцев. Католики заметно чаще протестантов зажигают свечи и носят религиозные символы. Аргентина и Чили выглядят наименее «практикующими» среди шести стран. Женщины во всех странах чаще мужчин молятся и посещают службы. 📊Выводы За десять лет религиозная карта крупнейших стран Латинской Америки сдвинулась: католиков стало меньше, людей без религии — больше, протестантизм стабилен. Молодые и образованные чаще уходят из католицизма в «ноунов» (кроме Бразилии, где силен переход в протестантизм). При этом вера в Бога, загробную жизнь, духов и магию остается массовой, а латиноамериканские «ноуны» по уровню религиозности сопоставимы с европейскими христианами.

🇵🇾🇦🇪Железная дорога мечты: как ОАЭ помогают Парагваю запустить крупнейший инфраструктурный проект Карлос Антонио Лопес мечтал о железной дороге. Спустя больше 160 лет страна делает шаг к тому, чтобы воплотить мечту в жизнь: подписано стратегическое соглашение с Объединенными Арабскими Эмиратами о реализации самого масштабного проекта городской мобильности в новейшей истории Парагвая. Электричка и глобальное сотрудничество. Как все устроено и почему партнер — ОАЭ? ▫️ Кто строит и кто платит Создается специальная проектная компания: парагвайскаяFepasa и эмиратскаяEtihad Rail станут ее учредителями. У Etihad Rail за плечами более 900 км собственной сети и глобальные инвестиции свыше 11 млрд долларов. Президент Сантьяго Пенья уже заявил, что Парагвай получит благодаря этому проекту не только деньги, но последние технологии. ▫️ Маршрут и масштаб 44 км — от Асунсьона до Ипакараи; Первая стадия: 20 км до Луке, дальше — поэтапное расширение; 11 составов, 12 станций; Ориентир: 40 000 пассажиров в день и до 14 млн в год; Поезда — на электрической и возобновляемой энергии: меньше выхлопов и разгрузка дорог. ▫️Что это дает людям и экономике Годовая экономия для пассажиров — порядка 150 млн долларов; Эффект за 30 лет оценивают до 4,5 млрд долларов; На стройке — почти 20 000 рабочих мест, после запуска — около 500 постоянных. ▫️Сроки и правила Проект — 30-летняя концессия с Etihad Rail; контроль остается у государства через Fepasa. Сейчас идут исследования; цель — запуск в течение 36 месяцев. 🇦🇪 Почему именно ОАЭ Парагвай и ОАЭ почти 20 лет укрепляют отношения: инвестиции, институты, экология. Углеродные кредиты и «зеленая» повестка — общий фокус. Соглашение о защите инвестиций (2017), отмена виз (2018), обмен опытом в цифровизации и управлении аэропортами создали базу для следующего этапа сотрудничества. Торговля между странами также растет: Парагвай поставляет арабам сою, масло, халяльную говядину, свинину и молочные продукты. Импортирует же нефтепродукты, металлы и удобрения. В итоге старый парагвайский замысел о железной дороге получает конкретное воплощение — пригородный поезд для важных точек страны. Меньше пробок, тысячи рабочих мест и долгосрочное партнерство с ОАЭ. Следующие три года покажут, куда эти новые железные дороги заведут Парагвай.

🇵🇾От независимости до государства Томаса Мора: Парагвай на заре истории Парагвай традиционно считается оплотом правых и антисоциалистических сил в Латинской Америке. С середины XIXвека страна перманентно качается между правоцентризмом и консерватизмом. Но в самом начале своей независимости она была воплощением идей левых утопистов. Серия текстов о том, как так получилось и что это вообще было. Часть III Очень железный занавес После того как Франсия добился для Парагвая независимости, он почти полностью закрыл границы страны. Ни товары, ни люди больше не могли ни проникнуть внутрь, ни покинуть ее. Лишь редкие контакты с Буэнос-Айресом нарушали затворничество. Парагвай перестал быть частью мира и превратился в своеобразную лабораторию радикального социального эксперимента. Внутри был установлен жесткий контроль: земля, церковное имущество и внешняя торговля перешли под управление государства. Ремесла и производство поощрялись, но полностью контролировались властью. Крупная частная собственность и старая колониальная элита были сломлены, а центр тяжести общества сместился к государству и «народу» как единому целому. Нация «с нуля»: язык, земля и политика принудительного смешения Франсия понимал нацию не как данность, а как задачу. Данности, строго говоря, еще не было. Для решения этой задачи он использовал три ключевых инструмента. Язык. Гуарани был уравнен в правах с испанским, индейцы перестали быть «низшим» слоем по определению — они стали основой нового народа. Земля. Случилась массовая конфискация собственности у испанцев и церкви, а также раздача земельных участков населению. Это подорвало старую социальную иерархию, но полностью привязало людей к государству. Брак и кровь. Здесь Франсия действовал наиболее жестко. В 1814 году испанцам и другим европейцам под страхом наказания было запрещено вступать в отношениях друг с другом, а вот связи и браки с местным населением насаждались через принуждение. Расовое смешение стало основной целью проекта Франсии. Он понимал, что стране нужна элита: испанцам доверять было нельзя, гуарани же виделись ему плохо организованным народом. Изначальные элиты, конечно же, не были рады и сопротивлялись. Но это лишь усиливало подозрительность Хосе Гаспара к испанцам и репрессии против них. Сконструированная нация К концу правления Франсии Парагвай представлял собой изолированное и авторитарное государство, но при этом — социально устойчивое и необычайно однородное по меркам региона. Экономика была в значительной степени замкнутой и малотоварной, однако самодостаточной: страна обеспечивала себя продовольствием, ремесленным производством и базовой инфраструктурой, не зная массовой нищеты и сильного имущественного расслоения. Общий языковой фундамент (гуарани и испанский), единая земельная политика и жесткий контроль над элитой, а также сознательно навязанное смешение колониальных «верхов» с «низами» создали ту самую парагвайскую нацию, которой до Франсии не существовало. Это было общество без сильной олигархии, с доминирующей ролью государства и высоким уровнем внутренней интеграции. Последствия Современные историки по-разному интерпретируют эту политику, однако ее эффект был очевиден. Именно на этом фундаменте в последующие десятилетия стала возможна быстрая модернизация при Лопесах — индустриальные проекты, развитие инфраструктуры и армии. Франсия не просто удерживал власть в изолированной стране: он радикально перекроил общественную ткань Парагвая. Это была сознательная социальная инженерия — создание нации «с нуля» под одной волей, без парламентов и свободной прессы, но с долговременным историческим эффектом.

📙Одна из лучших книг про самое тревожное время Европы. Каким чувствовался мир за год до Первой мировой? Где-то полгода назад я посоветовал Александру«Лето целого века» Флориана Иллиеса, как один из самых интересных нон-фикшн-феноменов нашего времени, читая который, испытываешь чувство полного погружения в странный период. Период ожидания разрушения прежнего мира. Времена сейчас весьма схожие и, наверное, кто-нибудь уже пишет подобную книгу о них. И если кто-то еще не читал Иллиеса, то сильно рекомендую сделать это в ближайшее время. Вы получите массу удовольствия, узнаете много новых фактов о некоторых ваших кумирах и начнете лучше понимать контекст прошлого века. Возможно, вы даже полюбите этот удивительный 1913 год. И если вам стало интересно — забегайте на стрим к Александру, который сегодня будет подробно рассказывать про этот документ эпохи в 18:30 по Москве (в 12:30 по Асунсьону). Я же очень скоро вернусь с интересным контентом.