Военные Zаметки 🇷🇺 Евтушенко

Представьте себе лодку на воде. Лодка часто употребляется в нашей речи для более образного донесения некоторых смыслов: плыть в одной лодке, раскачивать лодку... Когда на воде штиль - лодка идёт ровно, - но очень естественно, когда лодку качает с борта на борт во время волнения. Она так устроена, чтобы выдерживать умеренную качку. Лодки с килем более устойчивы, лодки с плоским дном для волнения приспособлены плохо... Как бы вы описали текущий момент? Судя по выплеску резких критических публикаций - подштармливает. Силы, которые воздействуют на борта нашей лодки, заставляют её раскачиваться. Это нормально, если учесть, что времена сейчас точно не штилевые. Но крайности бескомпромиссны - они не любят взвешенность и объективность. Поэтому, когда вражеские дроны попадают по терминалу в Усть-Луге, например, - это не противник нас переиграл, и нужно принимать меры, чтобы закрыть выявленную брешь - это всякие козлы и предатели не предусмотрели, не подготовились, разворовали деньги, отчитались на бумаге и прочее.... Терминал горит, и вроде бы нет большого значения в том, какие выражения выбирать, - но это свидетельство времени и состояния нервов. И можно понять тех, кто испытывает горечь от наших поражений и не сдерживает эмоций и стрел в чей-либо адрес, - но следует помнить, что у остойчивости есть предел. Нужно больше упомянутых взвешенности и объективности, которые размещаются где-то в районе киля и страхуют лодку от опрокидывания. Не хочется занудствовать и наступать на горло чьей-либо лебединой песне, но (это подлое всегдашнее "Но") мы, вроде, все в одной лодке, - так, что ли? Кувыркнемся - всем мало не покажется. И нет, - это не призыв заткнуть рот, - это призыв "фильтровать базар".

Судьба Дениса Панкратова неразрывно связана с Донбассом. Уроженец Макеевки, он с юных лет точно знал, чему хочет посвятить жизнь – службе и спасению людей. После окончания вуза Денис устроился в МЧС. В 2015 году при выполнении служебного задания мужчина получил ранение, которое привело к ампутации ноги. Пройдя долгий и сложный курс реабилитации, Денис не просто нашёл в себе силы жить дальше – он вернулся в строй. За годы добросовестной и ответственной службы был неоднократно отмечен медалями Республики. Выйдя на пенсию, ветеран продолжил служить людям на гражданском поприще. О том, что в регионе открывается филиал фонда «Защитники Отечества», Денис узнал от своих товарищей по паралимпийской сборной по волейболу. Ребята посоветовали другу стать социальным координатором, чтобы помогать таким же, как он, ветеранам и семьям защитников. Сегодня Денис успешно совмещает работу с активной спортивной жизнью. В составе команды по волейболу сидя не раз становился участником соревнований «Кубок Защитников Отечества».

Есть простая формула эффективности человека в любой сфере деятельности: мотивация, компетенции и оснащённость. На первом месте всегда мотивация. Мотивация - она как топливо, без которого не поедет даже самый навороченный автомобиль. В бизнесе применяется куча методик, как поднять мотивацию, но главный критерий - повышение уровня дохода - всегда имеет свой потолок. Но бизнес живёт своими законами и пересекается с государством только в части, касающейся. Куда важнее мотивация тех, кто служит государству и обществу. Причём, служит не на своих маленьких олимпах, а на земле, - где живое дело, где живые люди... Особенно актуально это для силовой системы. К сожалению, не работает ни один механизм, который мог бы помочь понять, что носят в себе эти люди, которые на земле. А ведь именно от них, а не от бумаг зависит, есть ли у Родины щит. На бумагах всё и всегда получается красиво и звонко, - но так ли это на деле?.... Методика системного давления сверху вниз в попытках добиться соответствия состояния голов написанному в бумагах уже давно достигает обратного эффекта - это пора осознать.

Мой репортаж: день с саперами, разминирующими нашу землю за Авдеевкой. Судьба укропско-натовской батареи 155 мм, бившей по Донецку. "Мины-ловушки" и "стуканутые снаряды". Новое снаряжение и саперные приборы: "Прошлая модель, с которой я был хорошо знаком на практике, весила 11 кг, и напоминала клюшку, опутанную проводами. Через час отсыхали руки, а от звукового фона, постоянного звучащего в наушниках, начинались слуховые галлюцинации. Я, например, слышал, как мужской хор исполнял «Варяга»… Думаю, при разминировании такое недопустимо". Как выглядит "дуэль саперов"? Заминированный конь-огонь и многое другое. https://www.kp.ru/daily/27767.4/5226787/

Ситуация с "удмуртскими бабушками" плетущими сети для СВО. Бабушек попросили на улицу, самое главное, кто попросил - организация, которая с них должна пылинки сдувать. Но, как известно, государство наше не любит самоорганизовавшихся граждан, даже если они объединились ради святого дела, все равно - подозрительно. Всю неделю шли переговоры, решалы наяривали в редакцию, что они хотели - непонятно. Особенно при наличии бумаги, предписывающей освободить помещение. Было и совещалово с местным руководством. Пока бабушкам ничего не предоставили, лишь переписали на день вперед сроки выезда из помещения - "Успех!". Утром Татьяна написала мне: "нам предлагают, мы выбираем". И пусть будет так и поскорее. Обязательно напишем, когда новое помещение выделят. Любопытно, что причины изгнания бабушек за пару недель поменялись четыре раза. Был запущен конский антикриз в РИА Новости и местных СМИ. В каждом антикризе осторожно писалось "не соответствует действительности", "преувеличено", "скандал раздут" - и прочая стандартная параша, случающаяся когда чиновничество опросталось в шаровары или не рассчитало степень противодействия свои отжигам. Продолжаем наблюдение, и если кто-то надеется, что мы забудем про эту историю - даже не мечтайте. https://dzen.ru/a/acApyzPjpAvprvir

Телеграмм работает в штатном режиме. Неужели богопротивная организация опомнилась или это краткосрочная ремиссия перед окончательной блокировкой? Будем надеяться на первое.

Ночка однако веселая, давно такого грохота в небе Донецк не слушал. Как-то даже отвыкать стали. А война то вот она, никуда не ушла. И укропы никуда не делись пока. Сил и терпения гражданским и главное - успехов в работе нашим расчетам ПВО.

Иногда командование устаёт от выработанного стиля войны, когда наступление происходит дробными группами с предварительным выкуриванием противника с каждой занимаемой позиции в погоне за таким же дробным результатом. И тогда раздаётся команда, по сусекам нашкребают живую силу и технику, и предпринимается попытка совершить что-нибудь "масштабное". Собственно, под "масштабным" следует понимать не взятие Кёнигсберга - в текущих условиях просто показать какой-нибудь ресурс, наличие которого напомнит про былые времена, - это уже много. К сожалению, современные средства поражения как-будто именно под "ресурс" и заточились - ресурс быстро выводится из строя, и всё снова возвращается на круги своя. Тексты такого рода как бы оправдывают низкую результативность, списывая неуспех на объективные причины. На самом деле - нет. Война перешла на другой технологический уровень, и акценты сместились в плоскость технической конкуренции. Сегодня важнее, какие меры мы предпринимаем, чтобы обыграть противника в тылу, а не на передовой. Именно в тылу осуществляются разработки продукта, определяющего сегодня состояние дел на линии боевого соприкосновения. Если на фронт попадает продукт, не способный конкурировать с аналогичным продуктом противника, то на чьей стороне будет перевес - уже понятно. Нельзя сказать, что в прошлые войны дела на фронте не зависели от успехов тыла, - но сегодня это особенно выражено. Кто-то ещё помнит такие названия, как Энлав, Джавелин, Стугна...? А ведь в начале СВО они часто звучали.... Представляете, сколько всего вытеснила идея использования коптера в качестве барражирущего боеприпаса, воплощённая в жизнь? Чего же тогда удивляться, что именно это направление сегодня задаёт тональность боевым действиям? И в очередной раз нужно повторить: современная война требует кардинального переосмысления, без чего применять прежние классические решения - всё равно, что пытаться скользить на лыжах по асфальту.

"В продолжение вчерашнего текста... Сегодня штурмовик не бегает с автоматом наперевес и гранатами на поясе, как в фильмах про Великую Отечественную, ведя огонь в направлении противника. Конечно, автомат ему тоже нужен, и применять его приходится, - как и гранаты, к слову сказать. Но сперва позицию, которую требуется взять, будут чистить, в основном, дронами, от присутствия живой силы, пока позиция не перестанет подавать признаки жизни. Потом штурмовик пойдёт её занимать, вступит в бой, если будет, с кем вступать, - и сам тут же попадёт в положение предыдущих квартирантов: его тоже будут выкуривать теми же способами. Такая "философия" войны начала закладываться уже в самом начале в противовес практике кавалерийских наскоков. Много было жалоб на то, что артиллерия недорабатывает, и пехоте приходится идти в штыковую на неподавленные позиции. Одна Павловка чего стоила... Но тактика войны в городе и тактика войны в поле - не одно и то же. Да и артиллерия не одно и то же по сравнению с дронами: управлять траекторией полёта снаряда ещё не научились (у управляемых снарядов диапазон манёвренности тоже не особо...) Артиллерия чаще роет лунные кратеры, чем попадает (особенно снарядами из дружественных стран), а дрон в состоянии залететь в дверной проём блиндажа. И всё бы хорошо, если бы не понимать, что меч обоюдоострый: противник прибегает к точно таким же методам, а имея преимущество в малом небе - демонстрирует достаточную эффективность. Отсюда и топтание на месте. Но результат то показывать нужно?! И его показывают. Смотришь иной раз на карту и думаешь: скажите, ну кто вас надоумил отрастить этот член в направлении противника? Вас же отрежут! - и отрезают, как недавно одну из бригад, больше ста бойцов которой попало в окружение. Но почему так поступают? Из-за необходимости давать результат руководствуются не военной логикой, а продвигаются там, где встречают наименьшее сопротивление, даже если такое продвижение чревато последствиями... В целом, общего с предыдущими современная война имеет мало. Ощущается некоторая фрустрация от непонимания, какая стратегия или тактика, кроме измора, могли бы оказаться победоносными. Происходит судорожный поиск решения, но человеческий фактор, - единственное, что осталось неизменным с прошлых времён, - показывает чудеса несгибаемости: одним полушарием он решает проблему - другим мешает её решать. И все мы - участники происходящих событий, - переживаем сегодня непростое время, судорожно пытаясь выйти из тупика."

Когда в тексте стоит предложение "характер войны поменялся", то оно там стоит, чтобы сказать, что характер войны поменялся. Если подходить к оценке текущей войны с позиций военной науки, основанной на опыте Второй Мировой, и пытаться давать советы, как нужно воевать - это демонстрировать полное непонимание того, как и главное - почему - мы пришли к такому формату войны, как сейчас. Если применить грубое сравнение, то современная война в поле отличается от описанной и воспетой классики примерно, как электроплавильная печь отличается от доменной. В доменной печи всё - и руда, и кокс и флюс - загружаются сверху и переплавляются, образуя шлак и чугун. Это вроде как пехота, танки и штурмовая авиация в едином порыве в наступлении огромными массами - как на Курской дуге. В электроплавильной печи в массу, которую необходимо расплавить, погружается графитовый стержень в качестве электрода, подаётся ток, образуется дуга, которая плавит прилегающий объем. Вот сейчас штурмовики - как графитовый стержень: они воткнуты в войну и плавят её, постепенно сгорая сами. Сейчас воюющая армия - как перевёрнутая пирамида, вершиной направленная в сторону фронта. На вершине - штурмовики, - и чем дальше от ЛБС - тем больше расширяется "геометрическая фигура". И происходит это не потому, что есть герои, и есть все остальные: накачка фронта живой силой не поднимет процент эффективности, но стремительно увеличит число потерь. Когда показывают развалины городов, за которые идут (!) боевые действия, то, собственно, боевых действий в привычном понимании вы там не увидите. Вы увидите разрушенные дома и пустынные улицы, заваленные обломками - даже сожжённой техники не будет в большом количестве, потому что больше нет дураков загонять тяжёлую технику в городскую ловушку. Город будет казаться мёртвым, но в каждом уцелевшем подвале, в каждой пригодной щели будем сидеть либо мы, либо противник. Сидеть тихо, как мыши, порой толком не понимая, где свои, а где чужие. В Купянске противник идентифицировал десять аутентичных позывных - где-то сидят наши, а противник слышит их только в эфире, но не видит. Он не проводит классических зачисток - он вроде контролирует что-то, но высунуть нос на улицу тоже боится, потому что и наши дроны не дремлют. Раньше выйти на оперативный простор - открыть себе пространство для манёвра. Сейчас на открытой местности намного труднее, чем в развалинах. Там хоть от укрытия к укрытию можно попробовать добежать, а в чистом поле с редкими лесополосами бегают за БК или провизией люди, у которых уже нимб над головой светится... Они уже одной ногой Там. Если объявить мобилизацию и попробовать вернуть тактику масштабных действий - противник только порадуется. Результата не будет, но потери возрастут примерно в восемь раз: войска даже до передка доехать не смогут. Раньше сидит дядька в папахе со стереотрубой и командует: полк правой руки! полк левой руки! засадный полк! Сейчас стоит где-то показать уши командования - через пять минут в стереотрубу воткнется хаймарс... Всё, можно смело большинство книжек по военной науке отправлять в архив и садиться писать новые.

"Много времени утекло с четырнадцатого года, много случилось событий, открытий, очарований и разочарований... СВО превратилось в затяжную и тяжёлую историю с непонятными пока перспективами... И некоторые вопрошают: ну, - вы этого хотели, когда после майдана объявляли Киеву войну? И даже несмотря на все потери и страдания, - ответ может быть только один: считаться одним целым с теми, кто молится гитлеровским приспешникам, кто возвеличивает проклятых и делает их героями для будущих поколений - ни в этом и ни в каком ином измерении. Есть чёткие критерии того, что допустимо, а что нет. У нас страна до сих пор переживает страстный спор белых и красных, продолжающих сосуществование на человеческом уровне в трудовых коллективах, на фронте - во всех сферах жизнедеятельности. Но споры тут же прекращаются, когда нужно продемонстрировать отношение к воскресшей заразе родом из Украины. Ни одно нормальное сознание не может принять того факта, что кумиры сотворяются из такой инфернальной гнусности, под которую Данте прописал бы отдельный круг ада."

Два года назад, в мае 2022-го, был освобожден Мариуполь. Самый крупный город за все время Спецоперации. Те бои уже стали легендарными, о них сняты десятки фильмов и очерков, написаны километры текстов. Среди них есть ценные свидетельства очевидцев, есть и риторика "на злобу дня". Рассказ, который я публикую, интересен тем, что, во-первых - его автор, Олег Миронов, в то время сержант 9 полка НМ ДНР - непосредственный участник боев за город. Был ранен и был награждён. Во-вторых же - это попытка уже художественного осмысления и тех событий, и самого феномена нашей трагической войны. Скажу честно - мне ближе "симоновская", ну или даже "юнгерианская" оптика описания войны, а Миронов - скорее начинающий "русский Ремарк". Как бы то ни было, это подлинная оптика воевавшего человека, и человека талантливого. Рассказ для взрослых читателей, есть тяжёлые реалии и обсценная лексика.