Психотерапия и привязанность

Очень (!) Хорошая (!!) Книга с полноценным научным (!!!) изложением теории привязанности. Нашел сокровище, честное слово. Очень понравилась, очень. Наверное, лучшее отечественное издание по теме. Ну есть и другие, конечно, но такой широты теории и практического арсенала нет нигде. Лайк-лайк-лайк. ВНИМАНИЕ есть на Литрес >> ссылка

Как вы относитесь к детским лагерям? Сами ездили? Как опыт? Своих чад отдали бы? Как оцениваете это времяпрепровождение в целом? Норм или стрем?

Вышла новая симпатичная книжка про теорию привязанности. Видел ее на английском языке, а вот теперь наблюдаю и на русском. По оглавлению хорошая, но по содержанию ничего не могу сказать. Однако, приглашаю познакомиться. Читайте, пусть вам будет полезно.

А вы заметили, как пропали, — или даже не пропали, а не появляются, — гуманисты, пророки, биофилы и немногие те, кто указывает нам путь к более разумной/счастливой/нормальной/жизни? Словом все те, кто созидает тенета мифа, окутывающего наши жизни. Кто придает этой жизни каркас мыслей и пониманий. Кто размышляет не о вкусном завтраке или ассертивных отношениях, а о жизни в целом. Онтологически, а не технологически. Кажется, их и было немного, а сейчас что-то совсем не стало. Интригующе. Надеюсь, я ошибаюсь.

У нас тут неприличный, но актуальный опрос по событиям на ближнем Востоке. Рискнете проголосовать? >> https://t.me/trigger_poll/38

- Высокая тревога, навязчивые мысли об отношениях, страх отвержения, эмоциональная лабильность, сильная потребность в подтверждении любви, ощущение своей "недостаточности". - Страх Брошенности – главный двигатель. - Отказ от Потребностей: Это не истинный отказ, а искаженное выражение потребности в любви и безопасности. Человек чрезвычайно нуждается в близости, но верит, что прямо просить о ней нельзя или бесполезно. Вместо этого он использует жертвенность и угождение как косвенные, манипулятивные (часто бессознательно) способы добиться этой близости. Его глубинная потребность в любви и принятии гипертрофирована, а не подавлена. Он не отказывается от потребности в близости – он отказывается от здоровых способов ее удовлетворения и от защиты своих границ в отчаянной попытке эту близость получить. Избегающий: Отказывается от потребностей и угождает, чтобы НЕ НУЖДАТЬСЯ (в близости, помощи), защитить себя от боли зависимости и отвержения, "сохранить дистанцию". Преследующий: Отказывается от одних потребностей (в уважении, границах, самореализации) и угождает, чтобы ПОЛУЧИТЬ главную потребность (в любви, безопасности, связи), приблизиться, привязать партнера, уменьшить экзистенциальный страх брошенности. Фух.

Есть одна классическая точка путаницы в теории привязанности. Когда стратегию угождения партнёру и отказа от своих потоебностей автоматически связывают с отстраняющимся типом. Но это не так. Угождать и отказываться от своих желаний могут оба, но по разным причинам и с разной целью. Давайте разберем это детально, так как различие действительно ключевое и кроется в глубинной мотивации и эмоциональном состоянии человека, а не только во внешнем поведении. Постараюсь писать тезисно чтоб эта заметка не переросла в гремуар. 1. Избегающий (Отстраняющийся) Тип Привязанности: Отказ от Потребностей как Защита Детский опыт: Хроническое отвержение или игнорирование потребностей ребенка ("Не плачь", "Разберись сам", "Не мешай"). Главная Стратегия: Деактивация привязанности. Подавление потребности в близости и зависимости, чтобы избежать боли отвержения. Как проявляется "отказ от потребностей" и "угождение" Самостоятельность как Щит: Гипертрофированная независимость. "Мне никто не нужен, я сам(а) со всем справлюсь". Отказ просить о помощи даже когда очень нужно. Угождение как Дистанцирование: Помощь и угождение могут быть: - Способом избежать истинной близости и уязвимости:"Я сделаю для тебя все "материальное", но не подпущу к своим чувствам". Это форма контроля над дистанцией. - Превентивной мерой: "Если я буду идеальным/удобным, ты не отвергнешь меня (как это делали в детстве), и мне не придется переживать эту боль". Это попытка *заранее* предотвратить угрозу отвержения через безупречность. - Транзакция: "Я сделаю тебе что-то хорошее, чтобы ты оставил(а) меня в покое / чтобы мы были квиты / чтобы у меня не было обязательств перед тобой в ответ". Отсутствие ожидания истинной близости в ответ на угождение. - Эмоциональное Состояние: Отстраненность, рационализация ("отношения не так важны"), минимизация чувств, трудности с распознаванием и выражением собственных потребностей в близости (они глубоко подавлены). Страх Поглощения/Зависимости часто сильнее страха отвержения. - Отказ от Потребностей: Это истинное подавление. Человек глубоко верит, что его потребности в близости, поддержке, утешении неважны, обременительны для других и не могут/не должны быть удовлетворены. Он от них "отказывается" как от источника боли. 2. Преследующий Тип: "Отказ" от Потребностей как Искаженная Стратегия Достижения Близости Детский опыт: Непредсказуемая доступность опекуна (то тепло, то холодно). Любовь условна и дается только при выполнении требований или проявлении страдания. Главная Стратегия: Гиперактивация привязанности. Усиление сигналов о потребностях, чтобы гарантированно привлечь внимание и получить хоть какую-то заботу. Как проявляется "отказ от потребностей" и "угождение"? - Жертвенность как Валюта Любви: Отказ от своих потребностей, интересов, границ – это плата, которую человек приносит, чтобы "купить" или заслужить любовь, внимание, стабильность партнера. "Посмотри, как много я для тебя терплю/отказываюсь от себя! Теперь ты обязан(а) любить меня/остаться со мной/быть добрым(ой) ко мне". - Угождение как Привязывание: Постоянное предугадывание желаний партнера, чрезмерная услужливость – это попытка: - Контролировать непредсказуемость:"Если я буду идеальным и все сделаю для него/нее, он/она точно не уйдет/будет добрым(ой)/полюбит меня". - Вызвать чувство долга/вины у партнера:"Я столько для тебя сделал(а), как ты можешь меня отвергать/злиться на меня?". - Бессознательная провокация: Иногда чрезмерное угождение может быть неискренним и вызывать раздражение у партнера, что приводит к конфликту, который, как ни парадоксально, дает амбивалентному человеку интенсивное взаимодействие (пусть и негативное) и подтверждает его убеждение, что любовь = страдание. Эмоциональное Состояние:

Коллеги, как вы относитесь к «я-высказываниям»? Последнее время вновь думаю о них и мне кажется, что это какая-то странная штука. Снова убеждаюсь в этом, задумываясь об эмоциях и коммуникации. Мы легко и некритично приняли этот «шаблон», но кажется, что он не только не работает, но и вредит. И он далеко не всегда укрепляет отношения и далеко не всегда позволяет «проявляться» и всякое такое. Чуть более развернуто выскажусь позже, а пока хочу ваше мнение послушать.

«Людям с избегающим типом привязанности требуется время, чтобы адаптироваться к стрессу, который вызывает у них общение, а иначе может пойти всё наперекосяк». - Диана Пул Хеллер Товарищи, идентифицирующие себя как избегающих, скажите — похоже на правду?

А еще, кстати, я бы хотел инициировать пересмотр публичной истории Вячеслава Яковлева, нашего коллеги-психолога, которому были предъявлены очень серьезные обвинения. Более 60 женщин обвинили его в домогательствах и харассменте. Прошел год. Эмоции поулеглись, мыслей стало больше, история “успокоилась” — и вот что я думаю сейчас. Я помню ту бурю эмоций. Тогда казалось, что справедливость восторжествует, и виновный понесет заслуженное наказание. Сегодня, спустя год (или что-то около года), стоит честно признать: мы стали участниками суда толпы. Мы вынесли приговор человеку, не разобравшись в обстоятельствах. Мы разрушили карьеры и жизни на основе обвинений, которые даже не дошли до официального расследования. И это крайне горько видеть. Что мы, как большое-большое сообщество психологов всея телеграм и фейсбук сделали не так? Первое: мы заменили расследование эмоциональной реакцией. Вместо того чтобы дождаться проверки фактов, мы сразу поверили обвинениям, не разделили серьезность проблемы харассмента и необходимость доказательств конкретной вины, приняли количество обвинений за доказательство виновности. Второе: пустили круги по воде, применили коллективную ответственность. Пстрадали коллеги и партнеры Яковлева, не имевшие отношения к обвинениям. Мне до сих пор ужасом отзывается сердечный приступ АП, который случился на фоне этого события. Судом толпы мы разрушили профессиональные связи и ассоциацию, преждевременно утвердив виновность. Ну и, конечно, создали атмосферу страха и нетерпимости в профессиональном сообществе. Третье, критически важное: мы лишили Яковлева права на защиту и реабилитацию, равно как и не дали жертвам прав и возможностей отстоять себя, свои права и доказать, что они пострадали. Не дали возможности ответить на обвинения в равных условиях и создали ситуацию, где отрицание вины воспринимается как дополнительное обвинение. Фактически, это приговор без суда и следствия. Четвертое, гуманитарное: мы проигнорировали презумпцию невиновности и “слепоту Фемиды”, которая должна равно взвешивать слова и обвинения, и защиты. Это принципиально важный вопрос, если мы хотим сохранить адекватные и регулирующие сообщества: этика и этическая комиссия не только защищает клиентов, но и должна защищать терапевта, в чем-либо обвиняемого. Просто и понятно: в публичном пространстве действовали по принципу "виновен, пока не докажет обратное — и не учли, что доказать отсутствие события почти невозможно. Пятое: действительно ли мы были внимательны к представленным скриншотам, которые заявлены как доказательства? Как мы оцениваем их? Это ли достаточная доказательная база? Это ли весь кейс? Но кроме ошибок, которые заметны спустя время, хочется попробовать найти границы выводов на будушее. 1) нам стоит действительно серьезно относиться к жалобам на харрасмент и рассматривать их независимой этической комиссией, которая, по-хорошему, должна состоять из членов разных сообществ и ассоциаций; 2) важно поддерживать жертв в их стремлении к справедливости, а также сформировать регламент расследования и оценки для подобных ситуаций в будущем; 3) нужна нормальная здоровая этика здорового человека, общепринятая и под которой подпишутся ВСЕ сообщества, а не “каждому свое”; 4) необходимо помнить о справедливости — она исцеляет. P.S. Этот пост — не защита Яковлева и не обвинение его критиков (но обвинение культуры народных трибуналов). Это призыв к рефлексии над тем, как мы, сообщество, реагируем на подобные ситуации. И это только первый постик, самая безобидная попытка нащупать что-то в этой истории, что поможет сделать наше сообщество лучше. Простор для рефлексии огромен и кейс не стоит забывать. Дописано после: насколько мне известно, некая ассоциация получила кейс на рассмотрение около полугода назад. И до сих пор тишина. Почему система не работает? Что мешает вынести решение?

Скажу грустную вещь, но так, как в воздух, просто подумать. Меня искренне удивляет и завораживает одна особенность человека: он идет на казнь. Какой бы она ни была — пышной французской церемонией на потеху толпе народа или глухим расстрелом в лесу, — и как бы не проходила, — человек идет собственными ногам и часто выполняет то, что говорит палач, подчиняется. Кажется, почти всегда. Он не только позволяет, но и помогает убить себя. Улавливаете что-то не то? Что-то очень странное. Это невероятно, правда? Что-то нереальное, потустороннее.

Уилфред Бион, гениальный психоаналитик, который долгое время занимался изучением военных травм у солдат, разработал увлекательную теорию, согласно которой наша психика непрерывно контейнирует, переводит и трансформирует поступающие стимулы, вплоть до предела своей вместимости. Это своего рода желудок, который переваривает эмоции, повседневные события и превращает их в воспоминания, переживания и мысли. Когда возможности пищеварительного процесса превышаются, неперевариваемые элементы, те, которые «больше не помещаются», эвакуируются в виде психосоматических симптомов, импульсивного поведения или дисфункциональных отношений... Благодаря теории Биона становится легче понять, что такое травма. Это своего рода «несварение» (например, смерть близкого человека, насилие, тяжелое расставание), которое блокирует работу психики. Психика постоянно пытается переработать избыточный травматический материал: это повторяющиеся кошмары, навязчивые размышления, бесконечное воспроизведение и переживание случившегося. Некоторые люди даже невольно создают условия для повторного переживания травмы: жертвы насилия или жестокого обращения в детстве нередко оказываются в новых ситуациях насилия, как будто их психика пытается вернуться в исходную точку, чтобы найти способ снять «блокировку». Источник: Лука Николи. Искусство быть рядом: как пережить взросление подростка. Путь к восстановлению родительской самооценки / Перевод с итальянского Оксаны Гончаровой — М.: Издательство Beta 2 Alpha, 2025. — 192 с. #психоанализ #травма