Дизайн-лекторий Ольги Косыревой

Как-то тихо и без ажиотажа прошел вчера второй аукцион “Art & Design” от Vladey. Закономерность все та же: покупатели оживлялись на лотах contemporary art и кисло встречали дизайн. Что-то продавалось, но вообще без торговли, даже не дотягивая до эстимейта. Что-то не продалось вообще: почему-то никого не заинтересовали работы Алексея Дрождина, очень красивые стулья Семена Лавданского (1), что обидно. За первоначальную цену (то есть сильно ниже ожидаемой) ушли кресло Supaform (2), предметы Ogingeniy (3), знаковые кресла Марко Дзанузо в шелке Jim Thompson (4), консоль Марины Бейзель (5). Войлочный светильник Данияра Удербекова (6) и скульптура Сергея Карташова (7) продолжают висеть на сайте, хотя вроде бы желающие купить были. Единственное, что порадовало, это Fresh.Glass – в этот раз их стеклянный стол (8) купили за 10 тыс. евро. И вполне себе хорошая борьба развернулась за кресла Ольги Энгель (9): вот они вышли на верхнюю границу эстимейта – 12 тыс. евро. Какой из всего этого вывод? Понадобится еще немало времени, сил и просветительской работы, прежде чем наш покупатель начнет ценить коллекционный дизайн.

К лучшим дизайнерам мы еще вернемся, а пока новый анонс: 22 ноября в 19:00 будет вторая лекция в Петербурге, на этот раз — на дизайн-саммите «Витрина». Регистрация обязательна! https://aquarius.timepad.ru/event/2634448/ Тема: «Русский» интерьер — это хохлома и гжель или…?

Неожиданное петербургское место, которое я фотографировала пару лет назад. Я жила в отеле на Гангутской улице и, гуляя вечером вдоль Фонтанки и Невы, от любопытства зашла в приоткрытые деревянные ворота. На следующий день я вернулась туда уже днём, чтобы получше все рассмотреть. Это мозаичный дворик Владимира Лубенко. Место совершенно не питерское, очень странное, какое-то прямо безумное, но безумство это сродни гаудианству и, безусловно, не варварское и не безвкусное. Просто быть/жить и даже гулять в тотальной инсталляции — очень непривычно. Про Лубенко много противоречивого написано в сети, можете почитать. История из серии “Тайны Петербурга”. Родом из Краснодара (отсюда яркие краски), художник в молодости пережил клиническую смерть, после чего ему открылась “стержневая истина”, как он это называл. У Лубенко была своя школа – Малая академия искусств, с 1984-го года, многие говорили, что это не школа, а секта. В любом случае, она работала по авторской методике. Художник умер в 2011-м. “Мозаичный дворик” сейчас открыт для всех желающих.

21 ноября в 19:00 буду выступать в Санкт-Петербурге в Интерьерном салоне "Архитектура Мебели" на тему: “Лучшие дизайнеры мира: на кого равняться, если стоит задача сделать дизайн, а не ремонт”. Вход по приглашениям, чтобы получить приглашение, нужно заполнить форму: https://archimeb.ru/forma21.11/ АПДЕЙТ: если у вас после заполнения формы появляется сообщение об ошибке — не волнуйтесь. Организаторы пишут, что все данные сохраняются, они всем отпишутся потом. И подтверждение исправят, это ошибка разработчиков. Но пасаран! 😊 И, кстати, как вы думаете, про кого буду рассказывать? Кого из мировых дизайнеров вы особенно любите и считаете лучшими? Пишите в комментариях! А я потом напишу про своих.

К слову о бельгийцах и бельгийском интерьере. Ссылка на обзоры альбомов Акселя Вервордта в нашем книжном канале вот: https://t.me/olga_kosyreva_books/1702 Там же можно оформить покупку, если хотите любоваться туманными бельгийскими шедеврами ежедневно и не на экране.

На самом деле бельгийский дизайн интерьеров – это сплав противоположностей. За пределами страны сложилось клише: интерьер в бельгийском стиле – сумеречная палитра, оттенки бежевого и серого, фактуры, полумрак, общая медитативность, два симметричных светильника на лаконичной консоли, стекло, диван в льняном чехле. Такие мудборды пачками конструировали эпигоны хорошей во всех смыслах школы “Детали”. Сами же бельгийцы считают, что нет нации с более эклектичными вкусами)) Тональность в бельгийском искусстве задают полярные моменты: с одной стороны это центр Европы, это старые деньги, сохранившиеся наследства. С другой – сильнейшая креативность, прежде всего в сфере моды, вспомним “антверпенскую шестерку”. Исторически, с одной стороны у бельгийцев роскошное французское барокко, с другой – протестантский аскетизм Северной Европы. Зажатые между двумя мощными культурами, бельгийцы соединяют несоединимое. Все вместе дает плодотворное творчество на хорошей основе. Главные имена бельгийского интерьера: Аксель Вервордт, Винсент ван Дуйсен, Глен Сестиг, Николас Шуйбрек, Герт Ворьянс. Немаловажно, что тут все друг друга знают: дизайнеры, антиквары, ландшафтники, фотографы, коллекционеры и представители аристократических фамилий, поэтому при всей противоречивости влияний интерьерное сообщество очень сплоченное. У нас, кстати, есть альбомы Акселя Вервордта и Винсента ван Дуйсена, обращайтесь!

Хочу познакомить вас с книгами бельгийского издательства Beta Plus. Это издательство специализируется на архитектуре и интерьерах, и главная их “фишка” – сборники, которые демонстрируют срез современных проектов и имен, за которыми надо следить. Да, Beta Plus пристрастны. Максимализма вы у них не найдете, они предпочитают публиковать лаконичные пространства в сдержанной палитре, где главный акцент приходится на архитектуру и свет. И это первое профессиональное издательство мирового уровня, которое целенаправленно интересовалось российскими интерьерами. В 2012-м году у них вышел альбом Contemporary Living in Russia, в которой напечатали работы Славы Валовня, Ирины Дымовой, Сергея Чобана, Лейлы Улуханли. В книге Understated Elegance: New Urban Living (она у нас есть) замечен интерьер Лены Соловьевой (бюро 1/1)! Ну в книге 2023-го года Designer’s Next: 22 architects and interior designers defining tomorrow наших уже нет, зато есть очень талантливый киевлянин Эмиль Дервиш, и он в этом сборнике совершенно заслуженно, наряду с Framework Studio и Николасом Шоебруком. В общем, это действительно достойный отбор и хороший вкус. Пишите @ekaterina_tiran для заказа.

По следам вчерашнего поста: а вы заметили, что большинство предметов, названных экспертами Architectural Digest чрезмерно растиражированными, – они из 70-х? В то время как основная масса населения ничего не слышала про моду на 70-е, продвинутые дизайнеры успешно используют эстетику 70-х в своих работах, а аналитики уже даже успели утомиться обилием образов той эпохи. Таково волнообразное движение тренда. Подробно про дизайн и интерьеры 70-х я рассказываю тут. А здесь можно послушать мои лекции о трендах.

Французский AD выкатил статью “10 тенденций в дизайне интерьера, от которых следовало отказаться в 2023-м году”. Интересно, что они ее перевели с английского, а оригинал статьи публиковался в конце 2022-го, с призывом отказаться от “вот этого всего” еще год назад. Что же мы тут видим: 🔺Наезд на плавные линии мебели и вообще на изобилие “слишком детских” форм в интерьере. Дизайнерский мир ждет переход к более строгой геометрии. 🔺Нет – слишком стерильным минималистским кухням. 🔺Постепенный отказ от openspace: пандемия проявила важность границ и необходимость уединиться. 🔺Бежевые и серые интерьеры всем наскучили. 🔺Нет – бесполезным предметам, сувенирам и слишком “инстаграмно” выстроенному декору. 🔺Боремся с зависимостью от экранов: организуйте гостиную для чтения и разговоров, а не вокруг телевизора. Экран – это не центр вашей Вселенной. 🔺Безбожно устарели английские кожаные диваны “честерфильд”. 🔺Дальше очень интересно: журналисты перечисляют иконы дизайна, павшие жертвой собственной популярности. Их копии заполонили дома и маркетплейсы, а цены на винтажные оригиналы взлетели до небес. Поэтому говорим “стоп” следующим позициям: Диван Camaleonda Марио Беллини кресла Chandigarh от Пьера Жаннере зеркало Lipstick Роже Лекаля диван DS-600 от De Sede Зеркало Ultrafragola Этторе Соттсасса Диван Togo Мишеля Дюкаруа 🔺Завершает этот обвинительный список ткань букле. Был ли услышан призыв редакции AD переключиться на другие материи? Что думаете?

Мне импонирует голландская исследовательская страсть, эксперименты с материалами, и японское умение сохранять традиции и ремесла несмотря ни на что. В будущем выиграет тот, кто умеет работать руками, и тот, кто умеет заниматься исследовательской работой. Вы же знакомы с техникой перегородчатой эмали (клуазоне)? Это искусство нанесения цветной эмали на металл – медь или бронзу. В отличие от керамики, результат клуазонне предсказуем, он контролируется в процессе. А что если добавить импровизацию, неожиданный элемент? Японский дуэт YOCHIYA (Yoichiro Hatanaka и Yachiyo Kawana) владеет традиционными техниками, но идет дальше, переводя клуазонне в contemporary art. Их вазы, кстати, Мия Карлова забрала в свою галерею в Амстердаме.