Inner Text | Alina Sudislavleva

Как выглядят #синтаксическиесвязи? Они бывают похожи на дым. Ася написала пост. Не пост — благодарность миру. Благодарность себе. Получилось её блюдо на Ланч (как если бы Ланч был Пуджей):

Другое слово Я цепляюсь за торчащие наружу фразы, как пирсинг цепляется за нитку от чайного ярлычка. Ты сказала: все писатели хотят дохода от своих книг. Цитировать неприлично, я конвертирую цитаты в свой слог. Присваиваю тебя, как героиню своих книг. Я хочу, (чтобы ты сидел на моей пояснице и трогал мои лопатки и груди на третьем ярусе сеновала, сложенного из рулонов, куда я тебя позвала, куда я тебя не звала, где когда-то жили коровы, а теперь только голуби и мы), чтобы ты была моей музой. Ты красиво мыслишь. А ты говоришь: кто не хочет дохода, у того не призвание, а хобби. Как это понять? Увлечение? (Ты — моё увлечение. Дурная привычка. Ты — моя сцена и мой Арлекин. Твоя мать завидует мне и язвит: что, в невесты к нему набиваешься? Не хочу быть твоей Пьереттой. Мы плохо кончим). Муза. То, что меня вдохновляет. То, от чего я горю. Текст. Призвание — нельзя выбрать: то, к чему я призвана миром, силой больше меня. (Нам загоняют, что мир это общество и от нас что-то нужно ему. Ты ведёшься на мнение общества: мне от тебя что-то нужно, то, что не хочешь дать. Что хотела, взяла сама. От мира — не от тебя). Как в религиозном смысле. Я не могу выбрать — текст. Вернее — не выбрать. Ты мне сердце разбила, сказала: призвание это только работа за деньги. А, нет, показалось: там алмазное напыление, такое не разобьёшь. Когда за деньги я месила грязь бок о бок с рыжей лошадью, все знали, что моя работа — текст. Платили не за текст, но я — писала его в договоре, в методичке и в пресс-релизе, говорила в телефон, со сцены, на камеру. В свободное от лошади время. Или прямо с лошадью в правой руке. (Если бы я обхватила губами твой член, тебе было бы всё равно, с какой стороны моего рта титановая серьга. Мне было не всё равно: справа от меня всегда маячила лошадиная голова, потому проколола — слева). Ты сказала: нужно другое слово. В начале было слово, и слово было — текст. Сколько лет я таскала текст в терапию и на курсы блогинга, прежде чем отринуть чужие фантазии, что мой текст надо монетизировать. Хотя, черт, не удалось. Но я делаю вид, что это не текст. Процесс. (Я делаю вид, что мне хочется от тебя — тебя. Что меня задевает твоё нежелание. Что мне есть дело до твоей болтовни. Двадцать лет назад я хотела утопиться в твоём голосе. Теперь топлю тебя в своём тексте. Не узнаешь, как глубоко ты на этом дне). Не хочу, чтобы ты была моей музой. Ты прошептала мне на ухо — как прокляла: что-то с тобой не так, раз твой текст не для денег и не раскрыт для общества, а только! Для! Удовольствия! Если все сводить к удовольствию, то можно вместо всего на свете полежать в постели с хорошим вибратором. Почему что-то моё должно раскрываться для общества? Впрочем, (ты прекрасно осведомлён, при каких обстоятельствах я могла бы тебя захотеть, но раз тебе это неинтересно, то и разговаривать не о чем) к черту вибратор, мне нравится пальцами. И когда я кончаю, у меня снова получается текст. Пожалуй, (у нас с тобой просто не совпадает — невроз. Бывает), это слово — проклятие. #текст

Исполнение первого задания от Оли. И подводка о том, как ей было с заданием. Такая рефлексия важна для вашего процесса и ценна для меня как создателя заданий. #синтаксическиесвязи Жду исполнений от всех, кто захочет присоединиться! Дэдлайн близится, но это не значит, что после него наш ланч превратится тыкву.

Ася пишет «За дверью»*, и это один из самых удивительных текстов, которые я читала. Моя мама сокрушается: как жаль, что это нельзя издать как настоящую книгу. #синтаксическиесвязи *ссылка открывается с впн И оставляет отзыв: «Очень понравилось. Такая трогательная вещь, местами смешная, местами трагическая. И главное, что все поняли друг друга и себя. Очень воодушевляет». Потом Ася пишет сиквел, «Новые языки». Она учит новые языки литературы, а её герои — языки близости и бытия. Мама комментирует: «Понравилось. Очень психологично. Интересно, что предложение руки и сердца рассматривается здесь как жест высочайшего доверия. Долгий путь с множеством нюансов к этому самому доверию. Хотя мне кажется, постродовой синдром ещё хуже протекает. Но Иззи, конечно, закаленный боец». Теперь Ася пишет новую историю. Но первое задание Ланча будто по щелчку трости пальцев отвлекает её от текста — Иззи пришла, говори о ней, с ней:

Inner Text | Alina Sudislavleva pinned a photo

«Ланч из 5 блюд» текстовый марафон-практика самопредъявления и отказа от самокритики В комментариях лежат 5 метафорических карт и 5 заданий, выстроенных по порядку. Рекомендую выполнять по одному в день, а карты к ним выбирать наугад. ✨Если хочешь личные 5 карт и мою поддержку в работе над текстами в течение 5 дней, пиши @foamwind. Стоимость личного квеста 2500 рублей. Прави‌ла: 🔹прочитай задание, наметь/запиши идею 🔹открой любую карту, внимательно рассмотри её, лови ассоциации, образы, воспоминания, которые помогут развить идею 🔹напиши текст объёмом от 900 знаков 🔹дай ему вылежаться не менее часа 🔹перечитай и внеси правки, потратив не более получаса 🔹дай название, если не сделал_а этого раньше 🔹опубликуй на любой из своих страниц (необязательно все 5 на одной) 🔹принеси сюда ссылку или скриншоты, если страница закрытая Приносить тексты можно в любое время, пока существует этот пост 🍃Если тебе понравился марафон, буду рада благодарности на карту Сбера: 5336 6902 8963 1154 #внутри#правдаиливызов

Inner Text | Alina Sudislavleva pinned a photo

Игра в тарелку #текст Рассказ Тарелки разбиваются к счастью. Может, и не всегда. Но если тарелка бьётся - это что-то да значит. Если даже единственный смысл - отсутствие её. © Green_Asa о тексте #фидбэк

Одна из трилогий состоит из. 1. Сны о ведьмах и нелюбви Шесть сборников прозаических миниатюр, 2013-2017 гг. 2. Зажигалка в твоих зубах Три сборника миниатюр о музыкантах и невозможности любви, 2017-2019 гг. 3. Письма на другой конец верности Пять сборников…