Defensor

Алексис де Токвиль, «Демократия в Америке», 1835-1840 Предсказание об упадке гражданского сообщества: «Я вижу неисчислимые толпы равных и похожих друг на друга людей. Каждый из них, взятый в отдельности, безразличен к судьбе всех прочих: его дети и наиболее близкие из друзей и составляют для него весь род людской. Что же касается других сограждан, то он находится рядом с ними, но не видит их; он задевает их, но не ощущает; он существует лишь сам по себе и только для себя. Над всеми этими толпами возвышается гигантская охранительная власть, обеспечивающая всех удовольствиями и следящая за судьбой каждого в толпе. Власть эта абсолютна, дотошна, справедлива, предусмотрительна и ласкова. Ее можно было бы сравнить с родительским влиянием, если бы ее задачей, подобно родительской, была подготовка человека к взрослой жизни. Между тем власть эта, напротив, стремится к тому, чтобы сохранить людей в их младенческом состоянии. После того как все граждане поочередно пройдут через крепкие объятия правителя и оно вылепит из них то, что ему необходимо, оно простирает свои могучие длани на общество в целом. Оно покрывает его сетью мелких, витиеватых, единообразных законов, которые мешают наиболее оригинальным умам и крепким душам вознестись над толпой. Оно не сокрушает волю людей, но размягчает ее, сгибает и направляет; оно редко побуждает к действию, но постоянно сопротивляется тому, чтобы кто-то действовал по своей инициативе; оно ничего не разрушает, но препятствует рождению нового; оно не тиранит, но мешает, подавляет, нервирует, гасит, оглупляет и превращает в конце концов весь народ в стадо пугливых и трудолюбивых животных, пастырем которых выступает само правительство. Чем больше власть станет подменять собой ассоциации, тем больше частные лица, забывая о возможности объединенных действий, будут испытывать потребность в помощи со стороны этой власти… Нравственность и умственное развитие демократического народа подверглись бы не меньшей опасности, чем его торговля и промышленность, в случае, если бы правительство полностью заместило собой союзы и ассоциации». Труды Токвиля, как и много всего прочего интересного, можно найти на моей книжной полке: https://t.me/bookshelfus/28

Что такое право на оружие в целом? Это одно из базовых прав человека, обеспечивающее его естественное право на защиту от неблагоприятных условий среды, от произвола, от агрессивного насилия других людей. Что такое право на оружие в нормативно-ограничивающем смысле? Это предел допустимости вооруженности законопослушного человека. Поскольку при прочих равных преступник всегда в выигрыше в плане оснащенности, ведь его изначально не волнуют ограничения закона, вопрос лишь в том, насколько вооружен при встрече с преступником будет законопослушный гражданин. Что такое право на оружие в политическом смысле? Это фактор, уравновешивающий гражданское общество и государство в своих возможностях на применение насилия. Ведь в конце-концов всё сводится к насилию, когда речь идет о стремлении государства подчинить себе общество, вопреки мнению, настроению и интересам последнего. Поэтому право на оружие – это индикатор, который демонстрирует, насколько общество еще имеет возможностей уравновесить силу принуждения возомнившего о себе слишком много государственного аппарата. Много возомнивший о себе государственный аппарат – это вообще история последних ста с лишним лет. Хотя применительно к большей части планеты это не совсем справедливое высказывание, ведь правовая культура, а не потестарная культура (культура принуждения, опеки, патернализма) существовала лишь в определенной части света (в Европе и в её продолжении – США) на ограниченном отрезке времени (конец XVI – начало XX веков). Само понятие гражданского общества отличается по сути от того, что было общепринятым двести лет назад. Сегодня гражданское общество – это «клуб поздно опомнившихся». И если Гегель противопоставлял гражданское общество и государство онтологически, то теперь они противопоставлены фактически, юридически, технически – да как угодно, хуически. И в таких условиях право на оружие – маркер того, насколько это гражданское общество остается автономным от государственного принуждения, которое имеет последовательный, систематический характер. Как только человек отдает своё оружие государству со словами: «На, возьми, и опекай меня!» – он теряет свою свободу. Безоружное общество обречено. Что насчет воспользоваться своим законным правом на гладкоствольное охотничье оружие? Либо вы будете защищать себя сами, либо вас будет «защищать» батальон Шейха Мансура. Свобода – это определенная отвественность. Но разве может разумный взрослый человек отказаться от свободы?

Очень интересное интервью, рекомендую. https://www.youtube.com/watch?v=fywdxCqQu9Q

Крестов на тысячерублевой купюре не будет, зато появится полумесяц – и это хорошо Изменения в символах и образах лучше всего доносят до большинства какую-то информацию. В данном случае большинство должно приблизиться к пониманию того, в какой стране оно существует.…

Крестов на тысячерублевой купюре не будет, зато появится полумесяц – и это хорошо Изменения в символах и образах лучше всего доносят до большинства какую-то информацию. В данном случае большинство должно приблизиться к пониманию того, в какой стране оно существует. Из этого понимания выстраивается модель здоровых отношений между обществом (его частью) и государством. Нездоровые отношения строятся на иллюзии мистической связи. В нашем случае это византийская традиция. Пребывающие в иллюзии мистической связи общества и государства, руководства и руководимых, обращаются к началу служения. В нашей стране всегда непропорциональное количество служителей (тип «жрец», см. соотв. посты в закрепе: первый и второй), хотя само начало служения обществу обществу необходимо для поддержания порядка в широком смысле. Необходимости в служении чуждому государству нет. Чуждому – не значит чужому. Оно может быть для человека не чужим – в нем веками жили и умирали его предки. Но чуждым – покуда оно не является результатом организации его предков или его самого с окружающими, соответственно, оно существует для каких-то своих целей. Странно от механизма, который ты не создавал и который от тебя не зависит, ожидать работы на тебя, ожидать заинтересованности в защите именно твоих ценностей и интересов. Еще страннее – служить ему. Закреплю мысль: служить нужно своему роду. Род начинается с семьи и продолжается в общине. Государство появляется как результат организации людей – но не единиц, а коллективов: корпораций и общин. Государству, которое таким образом проистекает в сущности от твоего рода, служить можно, поскольку это в интересах рода. Но служить двум богам нельзя – если род и государство не связаны, приоритет однозначно отдается роду (в лице семьи или общины). Здоровые отношения между индивидом (и/или его общиной) и чуждым государством строятся на договоре: «ты – мне, я – тебе». И не более того. Отдавать столько, сколько получишь взамен, и всегда пытаться урвать для своей общины выгоду, пользуясь слабостью другой стороны (потому что она непременно воспользуется слабостью твоей). Я об этом уже писал ранее. Советую почитать: «Инициатива, которую не оценят» и «Львиное товарищество». Так вот, возвращаясь к изначальной теме. Никакого русского и христианского содержания в РФ нет. Она эксплуатирует русскую и христианскую эстетику, чтобы использовать начало служения, активно проявляющееся в русских людях. То есть чтобы заставить поддавшегося работать на Фирму бесплатно. Сама Фирма так или иначе живет по законам рынка, а русский труд (и русскую кровь) хочет брать задаром, рассказывая византийские сказки. Кто-то увидит несправедливость такого положения без чьей-либо подсказки, но большинству этого всё равно не донести. Поэтому радует, что лживая символика отваливается – ведь это может способствовать процессу осознания реальности остальными людьми, ориентирующимися прежде всего на эстетику. Когда такое осознание произойдет, начнет выстраиваться здоровая модель взаимоотношений власти и подвластных. Отрицать свой статус подвластности всё равно бессмысленно (и очень важно не скатиться в такое отрицалово, так как это навредит и человеку, и его общине), но торговаться нужно. К этому я и призываю – к торгу. Именно в процессе торгов образуется равновесная цена, и это справедливо.

И начать надо оттуда, откуда строилась классическая республика. С общины, которой предшествует семья. Причем не просто семья в обычном понимании, а pater familias. https://t.me/mrlibertarian/1896

Напоминаю, что ситуация с Журавелем – акт беспрецедентного беззакония. Это буквально издевательство над профессиональным сообществом и открытая дрессировка русского большинства – как единственного внутреннего бенефициара какой-то правовой определенности в РФ. Государство по большому счету и есть состояние правовой определенности, но теперь его окончательно не стало. Или государство просто стало другим – явно антирусским, исламским (что синонимично). И произошло всё это с высочайшей санкции. Так что в таком антирусском качестве существует вся вертикаль РФ, а потому больше не имеет смысла обсуждать какое-то её оздоровление и работать на это в формате телеграм-постинга, на что я указывал отдельно. Представьте, что вы – грек, и вчера вы жили в Византии, а теперь живете в Османской Империи. Формируется совершенно другой подход к организации собственного и коллективного выживания. Собственно, индивидуальное выживание очевидно становится невозможным вне коллектива. И это осознается. Почему это не осознается сейчас русскими? Из-за ряда факторов-иллюзий: свой флаг, без полумесяца, название страны тоже как бы близко (хотя Россия – для россиян, очевидно), живешь вроде бы не на улице Кадырова (хотя не все жители Южного Бутово могут с этим согласиться), и главное – официальным является русский язык. Но это всё меняется и обязательно изменится со временем. Поэтому работать теперь нужно только на это осознание. Работать нужно на то, чтобы русские осознали, что в РФ хозяйничают диаспоры, и что борьба с ними невозможна. Возможна только организация своей диаспоры – что может быть осуществлено в разных форматах. Только в рамках общины могут быть какие-то права. Вне общины человек в диком (не организованном в государство) обществе – жертва. Атрибуты цивилизованности будут еще в ходу в РФ в силу необходимости обслуживания огромной инфраструктуры экспорта энергоресурсов, но ситуация с Журавелем доходчиво объясняет, что будет происходить за ширмой формального «порядка». Даже в условиях стойкой государственности гражданин без оружия – жертва, ведь никакие законы об оружии не защитят его от преступников, которые свое оружие приобретают вовсе не по закону. В условиях псевдогосударственности, когда т.н. государственные службы/ведомства становятся самостоятельными корпорациями (и даже обзаводятся частными армиями), безоружный – заведомо жертва. Воспользуйтесь своим законным правом на оружие, ведь скоро у вас его не будет.

Хотел поделиться некоторой интересной литературой, как с книгой по событиям 1993-го, но её оказалось слишком много даже для пары постов. В итоге решил создать отдельный канал — книжную полку, где можно было бы найти что-то стоящее. Не один же Телеграм читать, верно? Канал будет интересен тем, кому небезразличны вопросы общественного устройства, правового порядка. Я думаю, мой основной канал в основном состоит именно из таких людей. В особенности я бы хотел делиться полезнейшими работами со студентами-юристами, надеюсь они в каком-то количестве есть среди моих подписчиков. Вы важны и нужны, кто бы что не говорил. Студенческая (университетская) кооперация — важное направление работы ради нашего общего будущего. Читайте, думайте, делитесь: https://t.me/bookshelfus

Так это не архетип, а наиболее желаемая и выгодная модель поведения среди населения для администрации: чтобы сидели по печам и не качали, а когда сверху «царь-солнышко» скажет - тогда с печи геть и за землю помирай.

SPS озвучил очень правильные мысли, всем рекомендую ознакомиться: https://t.me/So_Pogrom_Spoke/733 Я бы на его месте, конечно, подумал еще раз, стоит ли вообще упоминать приснопамятное «РНГ». Никакие новые поколения русских, которых так боится Шульман (ко второй части поста SPS), никакое «РНГ» не построят. Может быть, нам когда-нибудь его кто-нибудь подарит – как грекам подарили Грецию, например. До тех пор самое лучшее, что с нами может случиться – это наша диаспора и наше гетто. Хоть что-то будет нашим, это уже будет большим достижением. Но генеральная линия совершенно правильная: сегрегация – благо, поддержание (и даже культивирование) различий – благо. Ассимиляция ценой качества русского генофонда – вред. Это безусловно снижает генетическое качество, от которого зависит в том числе и социальное устройство. Почему и я рекомендовал всем знакомится с работой Мэдисона Гранта.

«.. ведь мы, как бы, того-этого, в Русском государстве» – в том-то и проблема, что мы не в русском государстве. То, что русские составляют большинство населения государства, разве делает его автоматически русским по содержанию, по предназначению? РФ и не пытается казаться русским государством. Она подчеркивает, что является государством многонациональным, а о статусе русских в этом ансамбле я писал неоднократно (см. закреп). Если рассуждать в интересах общности, к которой принадлежишь (русские), то имеет смысл подходить к понимаю задач фактически существующих социальных/политических институтов инструментально и прагматически. Смотреть, в каком виде они полезны (или не приносят вред, или приносят наименьший вред) твоей общности на текущем этапе её развития. На каком этапе развития сейчас русская общность? Государственности у нас нет – это ни для кого не секрет, но почему-то многие продолжают отрицать этот факт. У нас нет какой-то национальной автономии. Организованного Сообщества у русских тоже нет – всё-таки наша численность огромна (если не разделять сознательных и несознательных), и мы населяем огромную территорию. Нет по большому счету даже отдельных родов, которые бы организовали вокруг себя какое-то прото-сообщество. Мы в состоянии полной атомизации. А большое государство видит в нас и в нашей организации основную угрозу для себя – чем и мотивированы 9 из 10-ти репрессий. Что же в таких условиях нужнее русским? Взять тот же репрессивный аппарат, ту же полицию, раз она упоминается. Полиция русским не принадлежит, на неё русские не влияют, но она русских репрессирует (упрощаю: ведь это не только и не столько дело полиции). Вывод? Усилить полицию, сдать на неё еще больше налогов? «Левацкий нарратив "defund police"» выглядит в такой ситуации достаточно разумным для продвижения среди русских, как основной массы спонсоров этой самой police. И в целом – адкекватным для русских смотрится стремление к ослаблению нависшего над ними (нами) дамокловым мечом государства, ведь чем оно слабее, тем проще и дешевее с ним договариваться, тем с меньшей долей вероятности оно помешает твоему делу или отправит в Чечню на перевоспитание. Именно на договорной основе и должны строиться отношения русской общности с нерусским государством, а договоренности, как известно, бывают только между равными. Чтобы сравняться – нужно самим становиться сильными и ослаблять того, кто сильнее. https://t.me/rezkierechi/476