Московский винегрет

Картина Репина «Приплыли!» У Репина нет и никогда не было картины с таким названием. Происхождением этого выражения мы, скорей всего, обязаны картине — «Монахи. Не туда заехали», написанной в 1870 году Соловьевым. В основе сюжета картины – сцена купания женщин в реке. Центральные фигуры картины – оторопевшие от неожиданной встречи монахи, лодку которых принесло к купальщицам коварное течение. В 30-х годах ХХ века эта картина Л.Г. Соловьева висела на музейной выставке рядом с работами Репина. Возможно, малограмотные посетители решили, что и это полотно принадлежит великому мастеру. Народная молва дала картине совсем другое название — «Приплыли», по аналогии с известной картиной Репина — «Не ждали».

Село Кунцево известно с 1454 года, когда оно входило в состав владений бояр Мстиславских. «Трудно даже перечислить всех, кто жил и творил в Кунцеве. Картины подмосковной природы, увиденные здесь, перешли на страницы романа «Накануне» И.С. Тургенева, «Детства» Л. Толстого, не забывшего своей поездки на кунцевскую дачу. Здесь П.И. Чайковский записал с голоса крестьянки песню «Соловушка» и отметил в одном из писем: «Прелестное место». В Кунцеве находилась дача основателя Третьяковской галереи П.М. Третьякова; гостями его были многие художники. Да и некоторые из них сами имели тут дачи. Не обошел Кунцево вниманием великий пейзажист А.К. Саврасов. На его картине «Вид Кунцева под Москвой» запечатлены перелески, изба и белеющая вдали колокольнями Москва» Л. Колодный

Выпускники. 1960-е.

Известный русский художник Илья Семенович Остроухов к концу жизни стал почти параноиком, поскольку Октябрьская революция и последовавшие за ней события приучили его опасаться абсолютно всего. Однажды к нему зашел его молодой знакомый и застал художника в мрачнейшем расположении духа, сидящем в прихожей на чемодане. — Илья Семенович, вы куда собрались? — удивился юноша. — Куда? В тюрьму! — со вздохом ответил Остроухов — Как? Что вы такое говорите? — Да все Репин подвел, мерзавец. Сейчас, наверное, за мной приедут из ЧК. — Да как же Илья Ефимович мог вас подвести? — Как? Смотрите! И Остроухов подал гостю открытку из Куоккалы — местечка на территории Финляндии, где жил Репин. С одной стороны на открытке было написано: «Его Превосходительству Илье Семеновичу Остроухову. Москва, в Трубниковском переулке, в собственном доме», а с другой: «Привет от белогвардейца! Илья Репин». Остроухов подождал так несколько дней, но за ним, к счастью, никто не пришел.

«У кремлевской стены стоят писцы, кричат: "Вот, напишу за копейку!" Попы стоят, дожидаются натощак - кого хоронить или венчать, и показывают калач, кричат: "Смотри, закушу". Кричат сбитенщики, калачники. Дудят на дудках слепцы. Между ног ползают безногие, безносые, за полы хватают. А в палатках понавешано товару, - так и горит. Из-за прилавков купчишки высовываются, кричат: "К нам, к нам, боярин у нас покупал!" Пойдешь к прилавку, - вцепится в тебя купец, в глаза прыгает, а захочешь уйти ни с чем, начинает ругать и бьет тебя куском полотна, чтобы купил. Подале, на Ильинке, на улице, сидят на лавках люди, на головах у них надеты глиняные горшки, и цыгане стригут им волосы, - Ильинка полна волос, как кошма» А.Н. Толстой. «Повесть смутного времени»

ВДНХ, 1978г.

«Красная Москва» Насыщенный, соблазнительный аромат, отдающий гвоздикой — незабываемая и неизгладимая память родом из советского детства. «Красная Москва» — это адаптация известного аромата «Любимый букет императрицы» производства российского парфюмерного кооператива «Брокар и К°». Автором обоих продуктов считается Огюст Мишель — мастер фабрики Генриха Брокара. Он создал аромат, который посвятил российской императрице Александре Федоровне в честь 300-летия династии Романовых.

Пашков дом. Здание построили по заказу офицера из дворянского рода Пашкевичей Петра Пашкова в 1784–1786 годах. Его отец стал генерал-майором, выполнив секретное поручение Петра I, выкрав секретные бумаги генерал-губернатора Сибири о готовящемся выходе из состава Российской Империи. Архитектор этого дома был настолько дерзок, что поставил здание тыльной стороной к Кремлю: главный вход в дом Пашкова располагается вовсе не на Моховой, а в Староваганьковском переулке. Дом Пашкова описан в романе «Мастер и Маргарита» как место встречи Воланда, Азазелло и Левия Матвея. Считается, что отправной точкой этого эпизода стал один из визитов Гоголя в это здание. Поднявшись на бельведер, он воскликнул: «Как это зрелище напоминает мне вечный город!».

Панорама Москвы с Сухаревой башни. 1914 год.

Ни радости цветистого Каира, Где по ночам напевен муэззин, Ни Ява, где живет среди руин, В Боро-Будур, Светильник Белый мира, Ни Бенарес, где грозового пира Желает Индра, мча огнистый клин Средь тучевых лазоревых долин, — Ни все места, где пела счастью лира, — Ни Рим, где слава дней еще жива, Ни имена, чей самый звук — услада, Тень Мекки, и Дамаска, и Багдада, — Мне не поют заветные слова, — И мне в Париже ничего не надо, Одно лишь слово нужно мне: Москва. К. Бальмонт. 1922 год.

Петровка, 10. Петровский пассаж. Это старший брат ЦУМа, ведь Петровский пассаж построили на 2 года раньше. А обилие товара удивляло даже искушенных покупателей. После революции Петровский пассаж помимо торговых начал выполнять и другие функции. Здесь работала промышленная выставка ВСНХ, размещалась фабрика для пошива белья Красной Армии, а в 1930-х на второй линии пассажа располагался Дирижабльстрой. Также здесь проходили аукционы, где распродавали отобранное у дворян имущество. Поэтому именно в Петровский пассаж за стульями отправили Ильф и Петров Остапа Бендера и Кису Воробьянинова в романе «Двенадцать стульев». В годы Великой Отечественной войны на третий этаж Петровского пассажа поселили москвичей из разрушенных бомбежками домов. Так в здании появилась коммуналка. В таком виде Петровский пассаж стоял до начала 1960-х, когда он стал филиалом ЦУМа. После этого в магазине вновь закипела торговая жизнь.

В. Маковский. Фермерский рынок в Москве. 1880