Камю зачем

Друзья, с Новым годом! 🎄 5 января, в воскресенье, в 17:00, немного отвлечемся от салатов и переключимся на какао с зефирками и Чарльза Диккенса. Это — встреча книжного клуба, но немного не в том формате, в котором они происходят обычно. Ребята из «Игры слов» любезно согласились объединиться разочек во имя новогодней атмосферы и после обсуждения книги мы посмотрим фильм о том, как Диккенс писал свои «Рождественские повести». Запись на мероприятие НЕ требуется Приходите! Будет уютно и тепло 🥛

Лучшая художественная книга 2024 — «Рассказ служанки» Маргарет Этвуд Она меня растоптала. Мне было плохо месяц, даже после продолжения и концовки, вселяющей надежду. Но дело в том, что хорошего финала там быть просто не могло. Все закончится, обязательно закончится, но ужас от того, что мы натворили, останется навсегда. Осмелюсь напомнить, что в этом главный посыл всех антиутопий — ужасаться, чтобы не повторить. «Рассказ служанки» — одна из самых сильных историй из всех, что я читала. Я ни у кого не встречала такого же слога, способного вызывать столь страшный и сильный эмоциональный резонанс. Это страшнейшая история. Но и в ней нашлось место чему-то светлому и хорошему, потому что так всегда и бывает. Потому что боль может съедать, но даже в самых страшных и тяжелых временах совершенно точно можно отыскать тепло и добро. С Наступающим! 🧡 Желаю, чтобы у нас всегда получалось найти эту тропинку и следовать ей.

До самого конца мы не знали, помогает ли Ник Джун или это все обман. До самого конца я не понимала, верить ему или нет. До самого конца я думала, что если сейчас он ее предаст, то следующие несколько месяцев я не смогу читать вообще ничего. Последняя глава. Последняя страница книги. Он говорит пароль — пароль, который открывает нам надежду на спасение. Как я кричала в тот момент — это то, ради чего я читаю книги. В этом году со мной случилось два таких момента: этот и еще один у Гюго, но о нем попозже, потому что за несколько месяцев я так и не придумала как бы описать свои чувства так, чтобы в точности передать, что испытала. Потому что там не буквы, там что-то другое.

Хотите загадку — читайте Маркеса. Повеселее — это к Моэму. Страдать и убиваться — Камю, Ремарк, Набоков и еще сто тысяч пятьдесят авторов. Если хотите, чтобы радостно и без переживаний — идите в детский мир, уверена, там найдется брошюрка, хотя и в детских…

Хотите загадку — читайте Маркеса. Повеселее — это к Моэму. Страдать и убиваться — Камю, Ремарк, Набоков и еще сто тысяч пятьдесят авторов. Если хотите, чтобы радостно и без переживаний — идите в детский мир, уверена, там найдется брошюрка, хотя и в детских книгах глубина сейчас такая, что мы потом всем магазином рыдаем неделю. Мой любимый тип посетителей. Им не нравится все. Слишком грустно, слишком весело, слишком дорого, слишком незнакомо. И вообще им не для себя — им на подарок. На подарок женщине. Больше информации не будет. Если женщине, могу посоветовать красивую кулинарную книгу, раз уж мы тут такими категориями мыслим. По большому счету я выхожу в зал только по собственной воле и разговариваю, когда хочу, но сегодня нет. Сегодня я отвечаю на запросы об уютном, милом, о красивой обложке, о том, что подойдет человеку, которого не знаешь, человеку, которого не любишь, чего бы такого ему подарить, чтобы говорить не пришлось, чтобы все понял через книгу. «Девушка, вы правда не можете подсказать интересную книгу?» А вы правда не можете мыслить шире? Возьмите своего Коэльо и отстаньте от меня. Настроения снобские. Может, так нельзя. Но я столько великого прочитала, что не понимаю, как теперь с серьезными лицом говорить, что Айн Рэнд — писательница. Нет, не писательница. А у нас полно хороших книг, способных вынести человека за границы собственного спектра эмоций, но кому это вообще надо. Нам надо Дэна Брауна и Пауло Коэльо. С Новым годом, блять.

Жду всех в пятницу! Последнее мероприятие в этом году — потом мощно лежать и есть салаты 🔔

Новый год совсем скоро, и мы спешим поделиться анонсом заключительного мероприятия в этом году! 27 декабря (пятница) в 18:30 в галерее «Арка», Анастасия Нестерова, куратор отдела художественной литературы «Игры слов», расскажет об истории зимних праздников. Широко отмечаемые Рождество и Новый год — зимние праздники, имеющие очень богатую историю, корнями уходящую в языческие традиции, религиозные обряды и астрономические явления. Однако, в эти праздники мы больше не почитаем бога Сатурна, не верим, что Ра сражается всю ночь напролет, а разлив Нила для нас утратил связь с наступлением Нового года. Или все-таки связь еще есть? На встрече мы поговорим о том, какие интересные и жуткие обряды проводились в Древнем Риме, почему день зимнего солнцестояния — самый страшный день в году по версии древних людей и почему кельтские традиции не такие жуткие, если разобраться в них подробнее. Вход свободный Регистрация на мероприятие по номеру телефона +7(994)108-78-00

Не так давно я написала рассказ. Он совсем небольшой, всего три страницы. Осознав, что процесс редактуры может длиться бесконечно, я подумала, что в какой-то момент пора остановиться и поставить точку — буквально и фигурально. Так что вот он) Без особого драматизма публикую свой маленький эксперимент. Очень прошу вас прочитать и дать мне обратную свзь и критику, так как очень хочется рационально понять, что из этого получилось. План такой: сначала я собираю отзывы, а потом рассказываю, в чем смысл здесь увидела я 🐾

Невероятная и совершенно особенна теплота в том, чтобы вот так собраться и поговорить про жизнь и творчество писателя, которого я люблю больше всех остальных. Скотт Фицджеральд для меня единственный, у кого понравились все книги. Мне все равно на сюжет, с ним важно то, как это написано. А написано бесподобно. Толпа людей, которые пришли послушать, почему он такой замечательный и великий. Это момент, когда можно говорить все что душе угодно. И про красоту слога, и про библейское, и про то, что любить так, как любил Фицджеральд, возможно, не так хорошо, как может показаться. Спасибо большое, что пришли и сделали этот вечер совершенно удивительным. Спасибо, что поделились своим мнением и оставили пищу для размышления на долгие зимние вечера. Спасибо, что интересуетесь. Мой маленький зеленый огонек — делать что-то, что будет интересно другим. И вы позволяете этому огоньку мерцать 💚

«Сто лет одиночества» я открыла случайно, не собираясь читать. Возможно, не собираясь даже однажды. Я столько слышала о том, как это долго, что в конце концов поверила. Маркес — это пробираться сквозь густой лес, сквозь темные непроходимые болота, сквозь пелену таинственного тумана и так и не узнать, был ли на самом деле из этого всего выход. Я открыла просто посмотреть. «Пройдет много лет, и полковник Аурелиано Буэндиа, стоя у стены в ожидании расстрела, вспомнит тот далекий вечер, когда отец взял его с собой посмотреть на лед» Ты ничего не понимаешь. Но что-то здесь есть. Что? Аурелиано, нежно хранящий в своей памяти теплое семейное воспоминание? Лёд, который обыденность и привычность, обманчиво кажущийся здесь чем-то магическим? Ожидание расстрела? Тот ли факт, что все это, должно быть, последнее, что отразится в памяти человека, о котором мы еще ничего не знаем, вспыхнет яркой вспышкой за секунды до того, как все померкнет? А могло ли все быть иначе? Первые фразы. Всегда все дело в них. Если две строчки смогли запустить во мне такое, что же будет, когда я прочту роман целиком? На удивление, ничего. Примерно сотню раз запутавшись в именах главных героев, изрядно похихикав над семнадцатью Аурелиано Буэнда и, повосхищавшись Урсулой — самой мудрой и прекрасной женщиной из всех когда-либо живущих, — я прочитала последнее предложение, закрыла книгу, ощутив, что прощаюсь со своими самыми близкими друзьями, и пошла заниматься своими делами. Но последняя строчка не выходила из головы месяцами. «…ибо тем родам человеческим, которые обречены на сто лет одиночества, не суждено появиться на земле дважды». Только спустя время я поняла, насколько таинственной оказалась каждая строчка, с какой неоспоримой точностью Маркес сотворил чудо — буквально чудо — он рассказал историю целого рода, рода человеческого. Своим даром он показал, что значит сто лет неприкаянности, сто лет холодного, зыбкого одиночества. Я не собиралась читать этот роман и не собиралась писать этот текст. Я взяла ее в руки, чтобы просто посмотреть, я начала писать сегодня об экранизации. Макондо был построен на болотах, в тот момент, когда последние силы найти море иссякли и путники потеряли надежду. Макондо появился из случайности, это был круговорот событий, огромное торнадо в те времена, когда мир был еще так молод. Это была случайность, запустившая собой еще большую воронку. Макондо был создан, чтобы поведать нам историю обо всех нас. Историю несокрушимого одиночества, такого, о котором печальные поэты слагают стихи, музыканты пишут песни, а писатели прибегают к самым невероятным метафорам для объяснения того, что объяснить нельзя. Да, нельзя. Но Маркес, пожалуй, первый из людей, кто справился с этим. Возможно, единственный. Вот что я чувствую к этой книге. Кажется, спустя полтора года, мне наконец удалось обречь в слова то, что недоступно для понимания.

Приехали мои новогодние подарки самой себе. История боли с точки зрения различных наук и Оксаночка Васякина, потому что боль должна быть не только теоретической, но и практической 😍

В четверг, 19 декабря, обсудим, в чем заключается величие самого известного романа Фрэнсиса Скотта Фицджеральда вместе с филологом Екатериной Гончарук и Анастасией Нестеровой, куратором отдела художественной литературы «Игры слов». Джей Гэтсби — главный герой романа «Великий Гэтсби» — человек, который пошел на все ради мечты. Он — представитель Потерянного поколения. Человек, олицетворяющий американскую мечту и показавший ее грубую реальность. Как автору удалось отразить целую эпоху в своих романах? Как Гэтсби связан с образом «слепого Бога», Адамом и причем здесь поэт Томас Эллиот? Встречаемся 19 декабря в 19:00. Вход свободный!