Fire walks with me

Немного про мироощущение в ноябре. Бурые поля были частично затоплены; здесь и там блестели цепочки холодных серых луж и небольших озёр. Форма луж имела определенное значение. Все они были написаны на полях рукой дождя. Лужи - заклинание дождя, как кружение чёрных стай - заклинание неба, а движение жухлой травы - заклинание ветра. Все исполнено смысла. ... на него посмотрело небо. Земля вздрогнула, ощутив его на своей спине... Небо заговорило с ним. Оно говорило на языке, которого он раньше не слышал. Быть может, слов не было вовсе, и небо лишь теми чёрными надписями, что вычерчивали птицы. Он был маленьким, незащищенным и не видел пути к спасению. Небо и земля зажали его между собой, как две ладони, - захотят и раздавят. Небо снова обратилось к нему. - Не понимаю, - отвечал он. Это Сюзанна Кларк и её "Стрендж и Норрелл", если что.

Ноябрь #art by Alexey Egorov

Сегодня день поминовения мертвых Aladár Körösfői-Kriesch All Souls' Day, 1910 oil on canvas Hungarian National Gallery #art

Bronze serpent, Southern Germany or Northern Italy, late 16th-early 17th century. #просто_красивое

Детства моего чистые глазёнки съели вместо устриц

David Inshaw (British, b.1943) "The Raven," 1971 Oil on canvas 152.4 x 165 cm #art

И, как говорится, #вайбыпериода и #aesthetic Самайна

На картине “Ноябрь”, которую повесила выше, девушка рвет желтые ирисы. Я не просто так ее повесила: во-первых, это ноябрь - тот самый “месяц мертвых”, и картина хорошо передает странную ноябрьскую атмосферу - голые ветви, пылающее, но холодное солнце, желтые ирисы то ли на кладбище, то ли на болоте… Во-вторых, это такая живописная связка между предыдущим постом и нынешним. Предыстория “Разрушения дома Да Дерга” начинается с истории про Этайн - прекрасную женщину из сидов (про нее еще напишу, там - опять же - дофига интересного, копать не перекопать). Вот, например, интересное - о желтых ирисах. *** Волосы Этайн сравниваются с ярко–жёлтым цветком (ирл. ailestar ’гиацинт? ирис ?), и при этом говорится, что они сверкали на зелёном шелке плаща, подобно золоту, так что на них было трудно смотреть (букв. forderg — «сверх-красные», т.е. «сверх–яркие»). Всё вместе — зелёный плащ, ярко–жёлтые пряди волнистых волос и стояние у воды — создает образ цветка, а точнее — болотного ириса, который в поздней фольклорной традиции считался цветком смерти. В Ирландии вплоть до XVII в. практически не было распространено цветоводство, цветы не культивировали и, более того, они считались чем–то не только не нужным, но и опасным. Особенно это касалось цветов, растущих у воды, — лилий, кувшинок, ирисов и проч., поскольку своим видом эти цветы привлекали внимание детей, которые, пытаясь дотянуться до красивого яркого цветка, могли упасть и погибнуть в болоте или в омуте. Видимо, по этой причине детям было принято рассказывать страшные истории о цветах, которые, якобы, сажает водяной, сурово наказывающий того, кто решится сорвать его посадки. (с)

Ноябрь "Novembre" (1896-1898) by Eugène Grasset #art

Итак, сегодня канун Самайна - главной точки года для каждого оккультиста. Ночь на Самайн в ирландских сагах была самым напряженным и значимым временем в году, поскольку потусторонний мир был открыт и соприкасался с нашим, человеческим. Напомним, что древние ирландцы отмечали время не днями, а ночами, поскольку ночь была точкой пустоты, из которой все зарождается. А ночь Самайна - точкой изначальной пустоты, не принадлежащей ни уходящему году, ни еще зарождавшемуся. Она делила год на две половины, и год начинался с темной. Эта ночь была временем прямого контакта между сидом, с его протяженным временем, его вечностью, и нашим миром. Можно назвать ночь Самайна периодом хаотического времени. Выход за пределы человеческого времени был также выходом из космического порядка в область хаоса, в состояние “еще-неразделенности”. Таким образом, время на ночь Самайна было конфликтным временем между безмерным временем в сиде, которое обладало качеством вечности, и человеческим временем (с) В ночь на Самайн случались самые роковые события - нарушались гейсы, умирали герои, рушились миры, люди пропадали в сид и блуждали в переулках времени и пространств. Одной из самых интересных историй, случившихся в ночь на Самайн, считается “Разрушение дома Да Дерга”, что символически означает разрушение космологического старого миропорядка. Писала ранее об этом здесь и здесь. Другая жуткая история, происходящая в этой точке акаузальности, - это “Странствия Неры”. Эта сага посвященая приключениям воина Неры из Коннахта во время двух ночей Самайна с разницей в год. Как обычно накануне этого праздника, коннахты, забив скот, готовят пир. И король Айлиль вспоминает о двух пленниках, висящих где-то за пределами Круахана (королевского центра Коннахта) и ожидающих своего наказания. Король посылает Неру связать ноги одного из них, Нера выходит за пределы круга - а помним, что это Самайн, и выходить за очерченное и освещенное сакральное пространство в чистый хаос просто опасно - и оказывается в иномирье вместе с полутрупом пленника на спине. Пленник умирает, и Нера слоняется между мирами с трупом за плечами целый год до следующего Самайна. Спустя год он возвращается в человеческий мир и не находит там ничего приятного - лишь сожженную крепость и гору отрубленных человеческих голов. Радости мало, оно и понятно, поэтому Нера возвращается обратно в сид, находит там себе жену, потом еще долго слоняется туда-сюда между мирами. Заканчивается все грустно - воин остается пленником в сиде. Эта история хорошо иллюстрирует неоднородность времени и пространств в ночь на Самайн и опасность соприкосновения с хаотическим временем для обычного человека. *** Завтра же - Дмитровская суббота и день поминовения мертвых. Финны называют ноябрь marraskuu - месяцем смерти. Название месяца происходит от слов marras «смерть» + kuu «месяц». Обычно в финском смерть обозначается другим словом - kuolema; это окончательное и безысходное разложение. Marras же именно что смерть как хтонь, некий протяженный во времени кошмар, как англ слово Mare. (с) @chaoss_flame

#misc