Масонская ложечка

СОЛНЕЧНАЯ ДОЧКА Это были третьи роды его любимой жены Ивонны. Годами ранее появились на свет по очереди двое чудесных ребятишек: сначала Филипп, а потом Элизабет. Но почему именно сейчас ему так тревожно? Новогодняя ночь. Два часа назад жители Трира встретили 1928 год, и ещё доносятся звуки праздника, словно кусающие и без того натянутые нервы. Шарль сидит в сумрачном коридоре больницы Братьев милосердия и ждёт, как ему кажется, целую вечность. Тишину нарушает скрип половиц, врачи выносят малышку, на лицах растерянность, в воздухе гробовое молчание. Девочка родилась с синдромом Дауна. 1 января 1928 года жизнь Шарля де Голля разделилась на до и после. 🔹Что было до? А была в его жизни Первая мировая война, три ранения и бойня под Верденом. Там его сочли убитым и бросили среди трупов, но нашли немцы и взяли в плен. Пять раз пытался бежать, но всегда неудачно, освободился лишь после подписания мира в 1918 году. Участвовал в советско-польской войне, по окончании которой встретил свою единственную любовь — Ивонну. Закончил Высшую военную школу в Париже, получил распределение в штаб французской армии в Рейнской области. И до этой минуты его жизнь была проста и понятна. 🔹А что теперь? А теперь он держит на руках тёплый родной комочек, который никогда не примет консервативное общество. От особенных детей привыкли избавляться и определять таких малышей в интернаты больничного типа. В этих приютах крохам даже не давали имён, маркировали по номерам. Ухода практически не было, и младенцы умирали в этих приютах очень быстро. Но Шарль де Голль не имел привычки бросать тех, кого любил. И он не бросил, не отказался, не предал свою девочку. Ей дали имя Анна. Его "после" будет наполнено заботой и нежностью, бесконечной трепетной любовью к своей дочурке. А она будет его радовать: первое слово, сказанное Анной, — "папа", и, к сожалению, единственное в лексиконе девочки. Яркий политик, лидер движения "Свободная Франция", глава правительства и железный генерал, который не капитулировал перед Гитлером, — он млел и таял, когда младшая дочка обнимала его ручонками, и бросал все дела, если она плакала. Шарль не прятал своего особенного ребёнка и не скрывал её диагноз. Благодаря ему французская нация, да и в целом Европа, изменили мнение о детях с синдромом Дауна. Их перестали стыдиться и научились любить. Шарль де Голль сделал всё, чтобы уберечь Анну от ужасов Второй мировой войны, но не смог спасти от банального гриппа. В двадцать один год девушка умерла от отёка лёгких на фоне болезни. «Теперь она стала такой, как все. Смерть ровняет», — сквозь слезы повторял отец над её могилой. ⏳Он найдёт в себе силы жить дальше: укрепит авторитет Франции на международной арене, станет основателем Пятой республики и её первым президентом. Но какой бы неоднозначной фигурой в политике ни была личность де Голля, неоспоримо одно: свой след в истории он оставил поступью любящего отца.

Кошелёк туго набит деньгами, завтра он вернётся домой с подарками. С этими мыслями Эдвард заходит во все открытые лавки. Лавочники натянуто улыбаются, начинают суетиться и закрывать торговлю. Кто-то извиняется и лебезит, кто-то брезгливо захлопывает перед носом дверь, даже не пытаясь быть вежливым. Эдвард привык и принимает брезгливость как должное. К чему обиды? В соседнем городе его не знают, и там он точно потратит свои золотые, купив всё, что душа пожелает. А здесь, в маленьком городке Дерби, он имел неосторожность работать без маски и костюма: тут его знают в лицо, и это уже не исправить. Ну что ж, тогда дорога в Шеффер – соседний город. Там он был предусмотрителен: работал в маске и капюшоне, а после казни, переодевшись, свободно гулял по улицам и обедал в тавернах. Именно в Шеффере Эдвард планирует закупиться. Да-да, наш герой – потомственный палач. И как-либо изменить свою судьбу шансов у него не было. Более ста лет семья Эдварда выполняла грязную работу: публичные порки, допросы с пристрастием и, наконец, казни. Его прадед служил рядовым мясником на местном рынке, но в 1605 году случился мор скота по всей Англии. Мясо исчезло с прилавков, а многодетное семейство надо кормить. Вот предок Эдварда и открыл "ящик Пандоры", согласившись казнить Томаса Уинтера – знаменитого участника Порохового заговора. Мгновенно всё изменилось. Из уважаемого гражданина рыночный мясник превратился в изгоя. Семья переехала и поселилась на отшибе. Увы, такова участь всех палачей и их родных. Карателей избегали, им запрещалось ходить в церковь, школы отказывались принимать их детей, а свадьбы приходилось справлять дома, подальше от людских глаз. Такое отношение ставило их в один ряд с падшими женщинами, прокажёнными и преступниками. Их называли «отверженными»; в торговых лавках этим людям запрещалось брать товары руками, указать на нужную вещь палач должен был палочкой. Была и другая сторона профессии. Отторжение в обществе компенсировалось большими гонорарами, ведь, согласившись однажды стать палачом, человек обрекал весь свой род на жизнь изгоев. Из-за того, что палачи всегда жили отдельно, они заключали браки только с себе подобными, а их дети продолжали семейное дело за неимением выбора. Так рождались династии, некоторые из которых вели свою родословную по несколько веков. В отличие от Европы, на Руси палачей набирали из преступников, приговорённых к самому жестокому наказанию. Поскольку выжить после истязаний было практически невозможно, то такая вербовка означала сохранение жизни. Отнимая чужую жизнь, палач спасал свою.Но и о большом жаловании русские исполнители казни даже мечтать не смели. Платили им мало, в отличие от западных коллег, а за свою работу палач на Руси получал одежду и имущество казнённого. А ещё он обладал «правом горсти» — мог зайти в любую городскую лавку и взять всё необходимое за счёт государственной казны. С Соборным Уложением 1649 года поменялся подход. Теперь вещи казнённого надлежало сжигать, а за их присвоение на палача накладывался штраф. Наступили тяжкие времена, выкручивались на взятках. "Клиенты" платили за всё: за быструю смерть сами преступники, чтобы не мучиться; за медленную — потерпевшие, чтобы возмездие было качественным; за выживание после порки и наоборот; за сувениры после казни и даже за исполнение последнего желания. О сувенирах стоит сказать отдельно. Коллекционеры покупали вещи знаменитых казнённых преступников. Стоило это дорого, ведь, продавая "вещицы на память", палач рисковал нарваться на штраф, и, как правило, в цену лота были заложены финансовые риски. Полностью штатной, регламентированной и анонимной должность палача в России станет после отмены публичных казней. Последняя прилюдная казнь состоялась 3 апреля 1881 года — были повешены пятеро народовольцев, виновных в убийстве императора Александра II. Последующие смертные приговоры приводились в исполнение без зрителей, палачами становились уже не преступники, а боевые офицеры царской армии, чьи личные досье украшала печать "разглашению не подлежит". Но это уже совсем другая история😉

Завтра смотрины у барина. Будут выбирать кормилицу для новорождённого наследника. Она в последний раз взвесила свои шансы: умеренная полнота, большая грудь; кожа чистая; зубы здоровые; мужа нет; младенца в подоле принесла и уже пристроила (спасибо тётушке, а то пришлось бы в сиротский дом везти, а денег на дорогу нет). На фоне остальных претенденток её, как минимум, допустят до пробного кормления, а дальше уж как Господь управит. С этими мыслями Ефросинья готовилась к смотринам и волновалась так, словно от них зависела вся её жизнь. Но так и было. Стать кормилицей в барском доме — билет в безбедное будущее, по крайней мере на ближайшие три года, а это большая удача. По праздникам хозяева дарили подарки, питание хорошее, работа не пыльная. Из обязанностей — здоровье, сохранение длительной лактации и чистоплотность. В большинстве случаев, когда ребёнок вырастал, кормилицу оставляли в доме ввиду особой привязанности к ней малыша. И девушка переходила в разряд няни, а ещё позднее — на лёгкий труд: следила за гардеробом, присматривала за слугами на кухне и т. д. Кровные дети крестьянки-кормилицы автоматически становились «молочными» братьями дворянскому ребёнку, чаще всего подобный статус гарантировал привилегии. К примеру, император Николай I фактически обеспечивал свою «молочную» родню, помогал деньгами и пристроил всех на хорошо оплачиваемые должности. Подопечные дворянских кровей тоже в долгу не оставались и, как правило, содержали кормилицу до старости, а её детям даровали вольную. Воспитанные в приютах или чужих семьях дети крепостной женщины получали свободу, которую для них заработала мать, отдавая тепло и ласку чужому ребёнку. Нашей героине улыбнётся удача, и она станет молочной мамушкой, ведь Ефросинья — блондинка, кроткого нрава, добрая и красотой не блещет. Красавиц "браковали" хозяйки благородных домов, чтобы супруг не засматривался. Брюнеток тоже не жаловали за резкий запах тела, который отталкивал младенца. А вот рыжеволосых не брали вообще — их молоко считалось токсичным, к тому же суеверия не оставляли шансов обладательницам жгучих волос: сглазят, красоту младенцу сожгут и т. д. Почему же кормилицы были так востребованы? Причин множество: во-первых, самостоятельное вскармливание тормозило зачатие ещё одного ребёнка, и если родилась девочка, то мужья торопились скорее родить наследника; во-вторых, аристократки берегли фигуру. К тому же кормление ребёнка лишало возможности вести светскую жизнь, выпадать из ритма которой барышням не хотелось. Всё изменится на заре ХХ века. Императрица Александра Фёдоровна стала примером для российских аристократов. Она кормила детей сама, сама укладывала спать и читала им книжки, дарила максимум внимания и материнского тепла. Благодаря ей в моду войдёт материнская забота. А после революции кормилицы исчезнут как класс, наряду с лакеями, горничными и кухарками. Но это уже совсем другая история🙂.

БАЛ НА ВЫЖИВАНИЕ На третий день после бала Катенька захворала. Врачи говорят, что спасти её может только чудо и неустанная молитва. Я молюсь ежедневно, ведь не может трёхгодовалый Петя остаться без маменьки, – эту запись в своём дневнике оставила зимой 1845 года Елизавета Голицына. Ни молитвы, ни чудо не помогли. Изнурительный бал, данный в честь помолвки Елизаветы, станет последним для юной Екатерины Кропоткиной. Приглашённых было много, в зале моментально стало душно, последний кислород сжигали огромные свечи в хрустальных люстрах. Почувствовав приближающийся обморок, молодая княгиня на минутку вышла на морозный воздух подышать и... простудилась. Ровно через месяц Екатерина скончалась от пневмонии. К сожалению, фатальный исход таких мероприятий не был уникальным явлением, ведь балы – это скорее испытание и обязанность, чем праздник и развлечение. Если в Европе на балах веселились с XIV века, то в России они появились благодаря Петру I и назывались ассамблеями – дворянскими собраниями с танцами, играми, угощениями и выпивкой. Единственное отличие ассамблей от европейских аналогов – отсутствие женщин. Женщины не допускались на мероприятие ни в какой роли, кроме прислуги. В правление Елизаветы Петровны появились настоящие балы, где дамы и кавалеры обязаны плясать до изнеможения на радость императрице. В моде той эпохи балы-маскарады: женщины переодевались в мужскую одежду, а мужчины – в женскую. Но смена костюмов усугубляла проблему и без того слабой гигиены: 🔹объёмные парики и причёски фиксировались воском и животным жиром, практически в каждой такой "конструкции" заводились паразиты, 🔹на кожу наносили пудру и белила, часто содержащие вредные ингредиенты, 🔹и обильно поливали себя духами, в основном для маскировки запаха пота. Танцевальные залы во время балов не проветривались, чтобы сквозняки не задували свечи, а тысячи свечей безжалостно сжигали кислород. В этих условиях танцевать требовалось непрерывно. Один пропущенный танец мог обидеть хозяина вечера, а если это императорский бал, то и вовсе за "прогул" танца могли лишить должности при дворе. Но и это ещё не всё... Туалетные комнаты дворцов находились исключительно в личных покоях, в общих залах и гостиных они отсутствовали. За шторками ставили отхожие вазы, в которые гости могли справить нужду. Никакой интимности процесса, никакой гигиены (из подручных средств – сама шторка), и во время бала эти импровизированные туалеты не выносились. Стоит ли говорить о том, что уже к середине вечера из-за шторок всё растекалось по натёртым мастикой полам? В таких условиях посещение бала было скорее подвигом, героически совершить который доводилось не каждому. Обмороки и отравления — частые спутники таких мероприятий. Под утро, после бала, пропотевшие от непрерывных танцев гости, с багровыми от нехватки кислорода лицами и затуманенным сознанием, садились в ледяные кареты и разъезжались по домам. Добрая половина из них сваливалась с простудой. Но были и такие, как Катенька Кропоткина, для которых очередной бал стал последним. ⏳Всё изменится в 70-х годах XIX века, когда появится электрическое освещение, система канализации и водопровод; изменится мода, и балы станут ярмаркой невест и местом для светской беседы. Но это совсем другая история.😊

Опять на обед «мертвый француз» Быть может, сегодня подадут к нему пару-тройку сухарей? Тогда на них можно будет приманить крысу и зажарить! С этими мыслями Рикки отжал последние овечьи шкуры и осмотрел добычу: в лучшем случае один винный галлон пресной воды (меньше 4 литров) на экипаж. Маловато... Рикки - обычный матрос английского парусного судна, и вряд ли найдется завистник его судьбе. Хлеб и вода – основной рацион, и если хлеб становился сухарями, то с водой всё было очень плохо. Даже в обожженных бочках вода за месяц плавания превращалась в зловонную жижу, а сама бочка кишила грибком. Матросам XVI века можно лишь посочувствовать. Рикки собирает воду античным способом: развешивает овечьи шкуры по бортам судна, а потом отжимает с них собравшуюся влагу. Кроме сухарей, моряки питаются солониной. Это мясные обрезки, чаще всего с "душком", утрамбованные в бочку и засоленные до состояния твёрдого камня. Солонину мелко строгали, смешивали со свежепойманной рыбой и распаривали в тухлой воде с добавлением рома. На английском флоте это называлось «мертвый француз» по причине того, что запах от этого блюда был, как от покойника. Бывало, что моряки употребляли в пищу крыс, живущих в большом количестве на парусных кораблях. Чаще всего грызунов приманивали на сухари, а затем зажаривали на вертеле до состояния хрустящих мясных чипсов. Но делали это в тайне от капитана, ведь крысы – переносчики заразы. Эпидемия на корабле - катастрофа и, с высокой вероятностью, гибель всего экипажа. Наш Рикки исполнит свою мечту: поймает крысу и тихонечко её съест. На этот раз ему повезёт, никто не заметит, и он не будет наказан. А это уже счастье, ведь Рикки – «лэндсмен» (сухопутный человек). Его стаж службы меньше года, он выполняет самую грязную работу и терпит побои за любую провинность. ⏳Всё изменится в XIX веке: появятся консервы, централизованный камбуз, оцинкованные баки для воды, индивидуальная посуда и, главное, - корабельный устав, где чётко пропишут права и обязанности каждого члена экипажа. Но это уже совсем другая история 😉

ВОСКРЕСИТЕЛИ Только что "бегунок" из Бирмингема принёс Джону две новости: в городе бунтуют квакеры, а в районе рыбного рынка от загадочной болезни умерла Элизабет Бакер. Мальчишка-бегунок за вознаграждение в два шиллинга красочно расписывал предсмертные симптомы: язвы во рту Элизабет, серовато-бурая сыпь, лихорадка, всё тело раздуло как шар, удушающий кашель, мутные глаза, правая нога как у мертвеца... Настроение Джона улучшилось — случай редкий, а значит, он со своей командой неплохо заработает в этом месяце, если получится аккуратно выкрасть труп. Таких, как Джон, называют воскресителями, но, несмотря на столь кричащее название, они банальные расхитители могил. Только их цель не богатства и не личные вещи, а сами покойники. Да, они воруют трупы и снабжают чёрный рынок анатомическим материалом. 🔱С XVIII века медицина окончательно сориентировалась, и стало очевидно, что на свиньях и кроликах рывок в науке не сделать. Поэтому студентам-медикам приходилось похищать мёртвые тела с эшафотов, выкапывать из могил и приносить профессорам, готовым провести урок. Воришек ловили, наказывали, штрафовали и отчисляли из учебных заведений. В такой ситуации просто не мог не возникнуть рынок могильных "копателей". В Англии они получили ироническое прозвище «воскресители». Их услуги пользовались большим спросом. Организуясь в группы по 6-8 человек, «воскресители» приходили на кладбище после похорон, разрывали могилу и забирали труп. Особо профессиональные умудрялись выкрасть тело прямо из дома ещё до погребения. Безусловно, похищение трупа было наказуемо, но это не останавливало ни исполнителей, ни заказчиков. Стоили тела недешево, но расходы полностью окупались за счёт студентов, которые не жалели денег на практику по хирургии. И учебные заведения всё чаще прибегали к услугам «похитителей тел». Воришки слаженно работали в команде. Все действия были выверены до мелочей: 🔹прокапывали лаз к торцевой части гроба, 🔹выламывали её, 🔹крюками вытягивали тело, 🔹 раздевали, 🔹всё снятое с трупа возвращали обратно в гроб, 🔹заколачивали, 🔹а лаз аккуратно закапывали. 🔹«Клиента» грузили на телегу и уезжали. К чему такие сложности? В Англии до середины XIX века тело после смерти считалось «бесхозным», в отличие от погребальной одежды, украшений и прочих вещей — это уже собственность родственников покойного. В случае ареста банда «воскресителей» наказывалась мизерным штрафом, а за кражу личных вещей из гроба их бы судили как воров и приговорили к огромным тюремным срокам. Такой педантичностью копатели сводили к минимуму риски. Прибыли же были колоссальными. Средняя цена мертвеца «базовой комплектации» — от 2 до 15 фунтов, а это от 3 до 20 средних зарплат рабочего. Трупы умерших от необычной болезни или с врождёнными уродствами торговались до нескольких сотен фунтов. ⏳Пройдёт время, и в 1832 году парламент примет закон, по которому врачи получат право на тела неопознанных нищих, заключённых и бедняков из работных домов. А в 1872 году болезнь Элизабет Бакер перестанет быть «загадочной»: венский врач Мориц Капоши назовёт её «красная волчанка». Но это уже совсем другая история 😉

Жена в аренду Сегодня у Александра важная встреча. Он идёт к Протогену — уважаемому старому человеку — договариваться о заимствовании его молодой жены для рождения "хороших детей". На местном рынке куплены подарки хозяйке дома. Александр не скупился: потратил 5 золотых пеланор на шёлк и столько же на блюда из слоновой кости. Протоген уступит жену достойному гражданину, сомнений нет, а подарки должны определить лояльность самой юной девы. Каждый гражданин Спарты обязан принести государству потомство. Сделать это было непросто. С 7 до 20 лет мальчиков обучали военному делу, а в 20 наступал брачный возраст. У юноши был ровно год, чтобы жениться и оставить потомство, прежде чем он уйдёт воевать на 10 лет. Надо ли говорить, что в столь короткий срок мало кто успевал выполнить гражданский долг перед государством. При возвращении из армии спартанскому мужчине сложно устроить свою судьбу. Женщины предпочитали брак с юнцами, чтобы благополучно выпроводить его через год на службу и жить в своё удовольствие лет десять, а если погибнет, то и вовсе припеваючи, получив всё жалование мужа за годы службы. Наш Александр — тот самый "хороший человек", который должен и обязан родить "хороших детей" государству. И он идёт к Протогену арендовать жену. Главное — получить согласие самой женщины, а это непросто. Женщина Спарты свободна и искушена правами, в отличие от афинских прелестниц. 🔹она владеет собственностью, 🔹не выполняет работу по дому (для этого есть рабы — илоты), 🔹умеет драться и владеет оружием. Навыки боя — её обязанность, как, впрочем, и рождение детей. Рожать и драться — вот нехитрый перечень того, что должна спартанская женщина. Зато список её прав был почти бесконечен: 🔹выбирать мужа и отца своим детям, ведь Спарте нужны новые граждане; 🔹быть единственной хозяйкой в доме; 🔹наследовать имущество; 🔹голосовать на собраниях; 🔹получать образование; 🔹участвовать в состязаниях... Список можно продолжать до бесконечности, но главное — женщина могла выбирать. Александр хочет, чтобы его выбрали. После рождения ребёнка он, как минимум, не будет никому ничего должен. Долгие годы в боях и походах измучили тело: болят колени и спина, всё чаще хочется спать в тишине и в кровати... В его мечтах — свой виноградник, парочка илотов и покой. Ради этой мечты он сейчас идёт на свой последний подвиг — рождение ребёнка от чужой и нелюбимой женщины. ⏳И конечно, у нашего героя всё получится. Если родится девочка — он свободен, если мальчик — придётся снова арендовать женщину, таковы правила. Два мальчика — два будущих воина — приравнивались к одной девочке, которая станет матерью и родит Спарте много "хороших детей". 🙃

Он всё решил, и кажется, что нашёл самый лучший способ уйти от боли. Последний мучительный год Савелий ходил по самым злачным местам Саратова, встревал во все конфликты, рассчитывая напороться на поножовщину, но каждый раз умереть не получалось. "Сам не могу, не по-христиански это, грех смертный, и отпевать откажутся", – с этими мыслями он и начал искать выход. Боли мучали всё сильнее, порой становилось совсем невмоготу, кричал, пил, курил опий. Работать уже не мог, весь нехитрый скарб продан тряпичникам, и больше денег на опий нет. Они – единственное его спасение, и Савелий отправляется в Хвалынский уезд родной Саратовской губернии, в секту тюкальщиков (душителей). Эта секта возникла на рубеже XVIII–XIX веков. Её адепты считали, что в Царство Божие попадут только мученики – погибшие от насильственной смерти. Эта концепция родилась с опорой на распятие и воскрешение Иисуса. Убийства тюкальщики совершали исключительно из "благих побуждений". В основном они лишали жизни членов секты и своих близких, хотя среди жертв встречались и пришлые. Обычно таких убивали из сострадания или по собственному волеизъявлению жертвы. Собирался совет, выслушивали просящего смерти, и если приходили к выводу, что человек заслуживает оказаться в раю, убивали. Чаще всего просители были тяжело больны, как наш Савелий. Сектанты не посещали церковь, не признавали священников, не почитали икон и священных книг. Они утверждали, что церковная реформа патриарха Никона ознаменовала победу сил зла и теперь миром правит антихрист, а на каждом живом лежит печать дьявола. Как ни странно, но неизлечимо больные люди пользовались услугами сектантов как эвтаназией, ведь самоубийц не отпевали в церкви и не хоронили на общем кладбище. А вот убиенный – совсем другое дело, он жертва, и даже расходы на погребение компенсировались из государственной казны. P. S. Каждый решает для себя, кем были эти люди – члены секты тюкальщиков (душителей): безжалостными убийцами, фанатиками кровавого культа или "санитарами", приносящими облегчение страдающим больным.

"Чуть не опоздала! Нужно быть внимательнее." Заглянув в табличку, Лукреция выдохнула, поняла, что успевает уйти из дома. Вот только дождётся всех соседей (ей нужны свидетели) и выполнит свой ежегодный ритуал. Каждый год Лукреция и ещё тысячи римских женщин уходят из дома на три ночи. Важно не пропустить график, чтобы проживание с мужем не перешло границу календарного года. Эта странная традиция — ни что иное, как возможность для женщины сохранить юридическую связь с родной семьёй, статус свободной гражданки и право распоряжаться имуществом, изящно нарушив один из законов "Двенадцати таблиц" (древнеримский семейный кодекс). По римскому праву, если женщина проживала с мужчиной непрерывно 12 месяцев, она автоматически становилась его собственностью, а мужчина получал власть над её жизнью, даже если свадьбы не было. И наступали тяжёлые времена... Женщина теряла связь со своими родными, имущественные и юридические права. Мужчина получал manus (брачную власть) — права на имущество жены, право на её жизнь и жизнь её детей от предыдущего брака, мог отдать жену с детьми в залог или временное рабство для покрытия своих долгов и т.д. Именно поэтому женщина уходила из дома своего сожителя на несколько ночей и совершала этот жест публично, демонстрируя окружающим: "Мы не семья. Он не имеет надо мной власти. Я свободна." P.S. Всё изменится с приходом императора Октавиана Августа (отца Юлия Цезаря). Он введёт понятие обязательного брака, уравняет права супругов и наделит льготами многодетные семьи. Но это уже совсем другая история. 😉

XIV век на все пристани Архангельской губернии причаливают плоты и лодки. Выстраиваются вдоль берега, а на лодках ходовой товар - девицы. У этих разряженных барышень с узелками приданого есть название — приплавухи. Девушки восседают на лодках, как на прилавках, а матери и мачехи суетятся на берегу зазывая покупателей. Матушки охотятся на холостых парней, которые неторопливо прохаживаются по берегу рассматривают «товар» и торгуются в надежде к приданому получить "входные" деньги - покрытие расходов на вход невесты в новый дом. Ведь ей и сундук нужен свой и ложка, и мало ли что ещё на жену придётся потратить. Женихи интересуются , хорошо ли девица рукодельничает и работает, каково приданое в тюках и нет ли на невесте обмоток. Оценивали кандидатку очень строго. Например, если руки холодные — значит, мерзлявая, работать не сможет. Если щурится и моргает — глаза дурны для рукоделия, не сможет вышивать, ткать и штопать. Имела значение внешность, широкая кость, толстая коса и здоровые зубы. И если зубы с косой подделывать не умели, то ширину кости придавали за счёт тряпичных обмоток. Наматывали тряпки на щиколотки и бёдра, чтобы визуально увеличить объём. Утончённость была признаком немощности и чтобы приплавухе не пришлось уплывать обратно в отчий дом тряпок не жалели.

**🔥 АНОНС ЛЕКЦИИ: «ОТ ПЛЕМЕНИ ДО ИМПЕРИИ НА ЖЕНСКИХ РУЧКАХ"** Вы точно знаете историю? Или только мужскую её версию? Приглашаем на интересную лекцию где мы разберём, как славянки, княгини и крестьянки на самом деле управляли ходом истории, пока мужчины воевали и писали летописи. ### ЧЕМУ ВАС НАУЧАТ 2 ЧАСА ЖИВОЙ ИСТОРИИ? ❤‍🔥 Почему красивая дочь в славянской общине это горе в семье ❤‍🔥 Быть женой князя: гламур или ежедневная борьба за власть? ❤‍🔥 Шокирующая жертва : какой орган жертвовали женщины, чтобы купить корову? ❤‍🔥 Дневник помещицы: вся жизнь в трех домовых книгах ❤‍🔥 «Развестись и овдоветь» — о чём мечтали московские мещанки ### ПОЧЕМУ ЭТО НЕ СКУЧНАЯ ЛЕКЦИЯ? ✔ Никаких сухих дат — только живые истории, которые перевернут ваш взгляд на прошлое ✔ Факты, которых нет в учебниках (потому что их «неудобно» печатать) ✔ Антропология + юмор — как в лучших подкастах, но с научной базой 🎤 КТО ВЕДЁТ? Анастасия Ключарёва — историк (ЛГУ), экс-преподаватель Первого Меда, корпоративный лектор, автор увлекательного тг канала “Масонская ложечка” . Уверяю, вам будет что рассказать друзьям и чем поделиться с близкими😉 📅 КОГДА? 5 июня 2025 г. в 19.30 📍 ГДЕ? Ресторан 8956 ЗИЛ 💰 СКОЛЬКО? 2000 руб. P.S. После этой лекции вы: — Начнёте смотреть на «женские» музейные экспонаты как на артефакты власти — Поймёте, почему наши прабабки были круче героинь «Игры престолов» — Перестанете верить в миф о «слабом поле» 🔗 [Забронировать место] / [Задать вопрос] можно написав организатору в ТГ @burrrtseva

Архип и Ксения обвенчаются осенью 1907 года. В недолгом, но счастливом браке родятся трое детишек: Ольга, Матвей и Иван. Их жизнь не сломает Первая Мировая, так как Архип избежит мобилизации, но придёт революция и всё уничтожит. Старшего брата Ксении большевики расстреляют на окраине Казани в сентябре 1918 года. Особняк Боратынских разграбят и отдадут под нужды военного комиссариата. Прибывая в ужасе от происходящего Архип Алексеев в 1918-м запишется добровольцем в Белую армию. Его боевой путь закончится в Сибири, где Архип умрёт от тифа в 1920 году в возрасте 42 лет. Ксения проживёт долгую жизнь, будет работать учительницей и больше не выйдет замуж, посвятив себя детям и внукам. Дочь Алексеевых, Ольга, станет пианисткой; сыновья пройдут фронт Великой Отечественной, а в послевоенное время уйдут с головой в науку. Когда писала эту историю, задумалась: каким же долгим был путь к счастью у Ксении и Архипа и насколько это счастье скоротечно.