mi3ch

23 ноября 1932 года Лютер был приглашен выступить перед группой промышленников и бизнесменов в городе Дюссельдорф, в промышленном сердце страны, вместе с юристом и политическим философом Карлом Шмиттом. Шмитт уже был известен как самый красноречивый политический теоретик и сторонник авторитаризма в Германии. (Известный как «коронный юрист Третьего рейха», Шмитт позже предоставит юридическое обоснование гитлеровской «Ночи длинных ножей» в 1934 году и антисемитских Нюрнбергских законов 1935 года.) В тот день Лютер с тревогой слушал, как Шмитт излагал свои аргументы в пользу «гитлеровской системы» авторитарного правления, которая включала в себя прекращение представительного правительства и парламентского правления, а также искоренение политических партий, свобод прессы, надлежащей правовой процедуры и верховенства закона в пользу «тотальной диктатуры». Лютер был потрясен. Впервые и единственный раз за свою карьеру на посту президента Рейхсбанка Лютер занял публичную политическую позицию. Выступая после Шмитта, он утверждал, что для функционирующей экономики необходимы демократические структуры и процессы, и что промышленники и предприниматели обязаны поддерживать конституционную демократию. В том же месяце Лютер предостерег канцлера Франца фон Папена от «экспериментов» с восстанавливающейся немецкой экономикой. «Я сказал доктору Лютеру, что если он не готов принять связанные с этим риски, — вспоминал позже Папен, — правительство будет вынуждено проигнорировать его совет». В течение месяца Папен был уволен с поста канцлера. Преемник Папена, Курт фон Шлейхер, столкнулся с аналогичным сопротивлением. Когда Шлейхер сообщил своему кабинету министров, что его правительство будет добиваться кредитной линии в размере 2,7 миллиарда рейхсмарок, он получил жесткий ответ: «Рейхсминистр экономики, который также участвовал во встрече с президентом Рейхсбанка, заявил, что, исходя из всего опыта переговоров с Рейхсбанком, дальнейшие обязательства, вероятно, невозможны». Правительство Шлейхера пало в течение месяца. К тому времени, как Гитлер занял пост канцлера, Лютер уже пережил трёх канцлеров, и были основания полагать, что Гитлер может стать четвёртым. И как бы Гитлер ни хотел отстранить Лютера от должности, он не мог этого сделать. Но были и другие методы и Лютер прекрасно знал о них. Несколькими месяцами ранее, вечером 9 апреля 1932 года, Лютер был ранен двумя нападавшими на Потсдамском вокзале в центре Берлина. Согласно протоколу суда, нападавшие намеревались «слегка ранить» Лютера в знак протеста против валютной политики, которую они считали «неправильной и пагубной для немецкого народа». Суд тогда приговорил обоих нападавших всего к 10 месяцам тюремного заключения. После общенациональных выборов 5 марта 1933 года, когда национал-социалисты получили 44% голосов избирателей и мандат на реализацию масштабной программы перевооружения, Гитлер снова вызвал Лютера в канцелярию. Гитлер был вынужден встретиться с Лютером, поскольку, учитывая значительный бюджетный дефицит правительства, было бы «совершенно невозможно начать перевооружение» без значительных средств Рейхсбанка. Потратив два часа на объяснение Лютеру необходимости расширения военного потенциала, Гитлер спросил его, какой объём финансирования сможет предоставить Рейхсбанк. В ответ Лютер заверил Гитлера, что, как «человек с национальными интересами», он понимает намерения Гитлера и готов выделить 100 миллионов рейхсмарок. Это было меньше одной двадцатой от запрошенных Гитлером миллиардов. Гитлер был потрясен. Он подумал, что ослышался, и повторил свой вопрос. Лютер ответил то же самое. Позже он писал, что, помимо грубого нарушения международных долговых обязательств Германии, к которому призывал канцлер, приготовления Гитлера к «массово-убийственному яду войны» не входили в аптечку Лютера для немецкой экономики.

Из статьи историка Тимоти У. Райбака в журнале «The Atlantic»: «Что произошло, когда Гитлер бросил вызов главе Центрального банка Германии» https://www.theatlantic.com/ideas/archive/2025/07/hitler-attacked-central-banker/683545/ Первая неделя Адольфа Гитлера на посту канцлера была наполнена таким количеством эксцессов и преступлений — ущемлением прав земель, ограничением гражданских свобод, запугиванием оппонентов, переписыванием избирательного законодательства, повышением пошлин, — что было легко упустить из виду одну из его главных целей: Центральный банк Германии. Президентом Рейхсбанка был Ганс Лютер, консервативный фискальный политик, придерживавшийся «золотого правила» банковского дела, которое гласило, что задолженность страны никогда не должна превышать её обязательств. 30 января 1933 года, всего через несколько часов после назначения Гитлера рейхсканцлером, Лютер стоял в его кабинете с жалобой. Нацистские штурмовики ворвались в здание Рейхсбанка в центре Берлина, и несмотря на «решительные протесты» сотрудников банка, водрузили над зданием флаг со свастикой. «Я указал Гитлеру, что действия СА противозаконны, — вспоминал Лютер, — на что Гитлер немедленно ответил, что это революция». Лютер заявил Гитлеру, что Рейхсбанк не участвует в его революции. Он является независимым финансовым учреждением с международным советом директоров. Если над банком и будет развеваться флаг, то это будут цвета национального флага страны, а не флаг его политической партии. На следующее утро флаг со свастикой исчез. Поползли слухи, что Гитлер планирует сместить главу Рейхсбанка на фоне масштабной чистки госслужбы Веймарской республики. Высокопоставленные чиновники, занимавшие свои должности десятилетиями, были уволены. Всем государственным служащим был разослан меморандум с требованием слепой лояльности гитлеровскому правительству. Геринг добавил, что любой, кто не считает себя способным поддерживать Гитлера и его политику, должен совершить «достойный» поступок и уйти в отставку. Несмотря на жесткие нападки Гитлера на правительственную бюрократию, он не мог тронуть Ганса Лютера. Согласно закону 1924 года, Рейхсбанк был независим от избранного правительства: президент Рейхсбанка исполнял свои обязанности по усмотрению совета из 14 членов, в который входили семь международных банкиров и экономистов. Даже рейхспрезидент Пауль фон Гинденбург, высшая конституционная власть, обладал полномочиями лишь утверждать назначение президента Рейхсбанка, но не освобождать его от должности. Рейхспрезидент возглавлял государство и командовал армией, а рейхсканцлер управлял правительством, но Рейхсбанк контролировал валюту и экономику. Лютер ранее уже был министром финансов, а также некоторое время был канцлером. Он разбирался как в политике, так и в экономике. В 1923 году Лютер разработал план спасения, который спас Германию от инфляционного кризиса, когда немцы толкали по улицам тачки, полные денег, чтобы купить буханку хлеба. После мирового биржевого краха 1929 года Лютер вернул Германию к стабильности, занятости и росту производства. Великобритания вышла из кризиса с государственным долгом вдвое больше, чем Германия. У Франции долг был вчетверо больше. The New York Times писала, что Лютер «стоял как скала» среди мирового финансового хаоса.

4 декабря 1979 года, после почти ДВУХ НЕДЕЛЬ осады, последние очаги сопротивления в подземельях были подавлены. «Махди» аль-Кахтани был убит, а аль-Утайби — взят живым. Потери были ужасными. Только по официальным данным, погибли 255 паломников, военных и террористов, 560 человек было ранено. 68 террористов захватили живыми — они все были публично обезглавлены на площадях главных городов Саудовской Аравии. Места казни были тщательно выбраны не только для того, чтобы обеспечить максимальную видимость, но и чтобы охватить другие потенциальные очаги недовольства. Но последствия этой террористической атаки были еще страшнее. Королевская семья была напугана до смерти. Они поняли, что их главный враг — внутренний религиозный радикализм. И тогда саудиты сделали фатальный выбор. Они решили «перехватить знамя ислама» у радикалов и стать еще более консервативными. Началось задабривание духовенства. Были введены еще более строгие законы шариата. Усилена роль религиозной полиции. Ограничены права женщин. Кинотеатры были закрыты, музыка на публике запрещена. Были запрещены фотографии женщин в газетах. Школьная программа была изменена, чтобы значительно увеличить количество часов изучения религии, исключив такие предметы, как неисламская история. Чтобы направить энергию религиозных фанатиков наружу, а не внутрь страны, Саудовская Аравия начала тратить миллиарды нефтедолларов на распространение своей ультраконсервативной версии ислама (ваххабизма) по всему миру. Они строили мечети, медресе, финансировали проповедников от Пакистана и Афганистана до Боснии и Индонезии. Именно на этой почве, на деньгах саудовских спонсоров и в атмосфере борьбы с «безбожными Советами» в Афганистане, вырос и окреп Усама бен Ладен и его организация. Многие идеи бен Ладена были прямо заимствованы у Джухаймана аль-Утейби: свержение «коррумпированных» монархий, изгнание «неверных» со священной земли Аравии. Захват мечети в Мекке стал началом глобального джихадистского движения. В попытке спасти свою власть саудовская монархия выпустила из бутылки джинна радикального исламизма.

Полузабытая история про захват заложников в Мекке. Последствия которой мы разгребаем до сих пор. Подготовка к захвату велась несколько недель. Под видом похоронной процессии боевики заранее пронесли в мечеть гробы, набитые оружием и боеприпасами и спрятали их в подземных галереях. Утром 20 ноября 1979 года 50 000 паломников собрались на первую молитву исламского Нового Года. Неожиданно религиозные фанатики выхватили из-под одежды оружие, закрыли кованые ворота и застрелили двух попытавшихся оказать им сопротивление полицейских, вооружённых только деревянными дубинками. Так они захватили главную мусульманскую святыню — мечеть аль-Харам в Мекке. Их было около 500. Вдохновителем и организатором захвата был Джухайман аль-Утайби, бывший военнослужащий национальной гвардии Саудовской Аравии. Но первым по значимости был Мухаммед аль-Кахтани — духовный и религиозный символ восстания. Повстанцы верили, что в его лице на Землю пришел упомянутый в древнем пророчестве Махди — обновитель ислама в преддверии Страшного суда. Эти борцы за традиционные ценности видели повсюду разврат и примеры разложения общества: вольности в нравах и поведении, проникновение западных ценностей, женщин-дикторов на телевидении и прочие ужасы. Немедленно вся телефонная и телеграфная связь Саудовской Аравии с внешним миром была прервана. Известие о захвате мечети ни при каких обстоятельствах не должно было покинуть королевство — это же подрыв авторитета правящей саудовской монархии. Но на следующее утро весь мир знал о событиях в Мекке. Сначала подозрения пали на иранских шиитов, которые своими призывами к экспорту исламской революции прекрасно подходили на эту роль. Аятолла Хомейни наврал, что захват Большой мечети был организован Соединенными Штатами и Израилем. Американское посольство в Исламабаде было атаковано и подожжено, несколько человек погибло в пожаре. В Калькутте протестующие забросали камнями американское консульство и сожгли дипломатические лимузины. В Ливии сожгли американское посольство. Добавлю, что советские агенты также активно распространяли слухи о том, что за захватом Большой мечети стоят США. А в это время террористы, захватившие мечеть, выпустили большую часть заложников (оставив себе около 6000 заложников) и приготовились к штурму. Они заняли снайперские позиции на верхних этажах мечети и в ее минаретах. Саудовские власти оказались в шоке и абсолютной растерянности. Они столкнулись с двумя огромными проблемами. Во-первых любое насилие, а тем более использование оружия, на территории Заповедной мечети строжайше запрещено исламом. Нельзя было даже выдергивать сорняки из почвы. Королю Халиду пришлось в срочном порядке собирать совет из 32 высших богословов, чтобы получить разрешение на штурм. А во-вторых, саудовская армия и полиция оказались абсолютно не готовы к такой операции. Первые попытки штурма были отбиты с огромными потерями. Боевики, многие из которых были бывшими военными, отлично знали все ходы и подземные лабиринты мечети. Это стало катастрофой. Саудовские войска несли тяжелые потери, пытаясь прорваться внутрь. Боевики с минаретов расстреливали их, как в тире. На третий день противостояния на штурм мечети были брошены бронетранспортеры и тяжёлое вооружение. Понеся большие потери, правительственные войска смогли оттеснить повстанцев в лабиринт подземных сооружений под внутренней площадью мечети. После недели ожесточенных боев стало понятно, что без посторонней помощи властям не справиться с кризисом. Саудиты обратились за помощью к Франции. Им на помощь прибыли офицеры французского спецназа GIGN. Возникла деликатная проблема: немусульманам вход в Мекку запрещен. По легенде, французам пришлось формально обратить в ислам, чтобы они могли руководить операцией. С собой французы привезли бронежилеты, которых у саудовских солдат не было, а также 300 кг специального слезоточивого газа, подавляющего агрессию и затрудняющего дыхание.

В продолжение темы ИИ в кинематографе. Vogue начал использовать в рекламе в своем журнале моделей, сгенерированных нейросетями. Мелким шрифтом в углу объявления сообщается, что модель была создана с помощью искусственного интеллекта. Недовольны и супермодели, которых оставляют без работы, недовольны и простые женщины, которые чувствуют себя обязанными соответствовать недостижимому уровню (интересно, что сегодня уже популярны пластические операции, которые делают женщин похожими на результат работы фильтра в Инстаграме). Но все решат экономические факторы. Супермодели стоят очень дорого. Плюс аренда помещения, фотосессия, декорации, оборудование, работа стилиста, визажиста, костюмера и пр. p.s. Добавлю, что то же самое неизбежно произойдет в кинематографе. Например, при съемке серий "Гарри Поттера" была серьезная проблема — актеры взрослели быстрее, чем снимался фильм. В последней книге героям должно было быть по 17 лет, а на самом деле им было уже за 20, что довольно заметно в таком возрасте. AI-герои не стареют и не умирают. Они не пьянствуют, не употребляют наркотики и не попадают в сексуальные скандалы. Они не болеют, не устают и не требуют дублеров. Они могут "работать" 24/7. AI-актер не будет спорить с режиссером или требовать переписать сценарий. AI-актер может говорить на любом языке с идеальной артикуляцией и без акцента. Один и тот же фильм можно "снять" сразу для американского, китайского и индийского рынка, просто изменив язык аватара. Это радикально упрощает международный прокат. Студии больше не придется платить $20-30 миллионов за фильм одной звезде. Не нужно перевозить актера и его свиту по всему миру, оплачивать дорогие отели и все его капризы. Все съемки могут проходить в одном виртуальном павильоне. И что самое главное — студия, владеющая правами на популярного AI-актера, сможет "сдавать его в аренду" для съемок в рекламе, видеоиграх или даже в фильмах других студий. Это превращает актера из статьи расходов в источник постоянного дохода. Нравится вам это или нет, такой переход неизбежен. Хотя тоска по теплым ламповым актерам будет у всех.

Сегодня мы живем в эпоху переосмысления стереотипов. Старый идеал «молчаливого и сильного мужчины» все еще очень влиятелен, но он все чаще критикуется как «токсичная маскулинность», ведущая к депрессиям, суицидам и неспособности строить близкие отношения. Появляются новые, более гибкие модели мужественности: заботливый отец, эмоционально открытый партнер, мужчина, который не боится просить о помощи. История мужественности — это история постоянного изменения критериев. Сегодня норма опять меняется — в сторону более целостного и человечного идеала, где сила не исключает чувствительности. Не бойтесь плакать, мужики.

Одна из самых интересных для меня тем — наблюдать, как меняется норма. Становится очевидно, что все аргументы типа «Да так всегда было», «да это же от природы», «если это не так, то это извращение» и пр. являются даже не глупостью, а просто незнанием. И самая большая ошибка — воспринимать мир, как данность. Это не так, скорее мир — это постоянно меняющийся поток. Или, если хотите, маятник (хотя "поток" — более точная метафора). Поясню на примере одной из самых популярных установок: «Настоящие мужчины не плачут». А почему, собственно? Давайте отмотаем время назад. Античность (Греция и Рим). Идеальный житель полиса — гражданин, воин, атлет. Гармонично развитая личность. Главные добродетели — доблесть, разумность, физическая сила и гражданская ответственность. Думаю, что в мужественности древних греков не сомневается никто. И тем не менее, проявление эмоций не считается зазорным. Гомер в «Илиаде» описывает, как величайшие герои, Ахилл и Одиссей, открыто плачут и рыдают от горя, ярости или тоски по дому. Это не умаляет их мужественности, а, наоборот, подчеркивает глубину их чувств. Сдержанность ценится в суждениях, но не в выражении скорби или гнева. Средние века. Здесь две архетипические фигуры — рыцарь и монах. Рыцарь — верный вассал, защитник веры и прекрасной дамы. Сдержанность ценится, но сильные аффекты (гнев в бою, скорбь по погибшему другу) считаются нормой. Любовь к прекрасной даме должна быть возвышенной, платонической и полной страданий. Монах — аскет, победивший плотские желания. Главные добродетели — смирение, послушание, целомудрие и ученость. Хотя одна из основных целей — борьба со страстями, но слезы вполне уместны, если это слезы раскаяния и религиозного экстаза. Эпоха Возрождения. Идеал — «человек универсальный». Одновременно воин, поэт, придворный, ученый. Ценится не грубая сила, а изящество, остроумие, образованность и чувство стиля. В аристократической культуре способность к тонким и сильным чувствам является признаком благородной души. Мужчина, не способный прослезиться от прекрасных стихов, печальной музыки или из-за несчастной любви, считается бесчувственным мужланом. В книгах, письмах и мемуарах мужчина может упасть в обморок от волнения, плакать от радости встречи или горя разлуки. Слезы являются языком благородного сердца. Викторианская эпоха. Именно здесь происходит радикальный разрыв и рождается тот мужчина, который считается нормой сегодня. Идеал — сдержанный джентльмен, отец семейства, труженик, строитель империи. Влияние пуританской и протестантской этики огромно. Появляется знаменитое понятие «Жесткая верхняя губа» (Stiff upper lip). Во время битвы при Ватерлоо граф Аксбридж спокойно комментирует свою травму — ему оторвало ядром ногу. Когда тонет фрегат HMS Birkenhead, солдаты спокойно стоят шеренгой на борту, чтобы не мешать женщинам и детям сесть в шлюпки. Перечитайте стихотворение Редьярда Киплинга «Если/If». Кстати именно в этот момент происходит Великое мужское отречение — мужчины перестают одеваться ярко и красиво. Мужской костюм становится темным, строгим и функциональным. Мужчина должен выглядеть серьезно и солидно. Почему это происходит? Индустриальная революция и капитализм требуют нового типа мужчины: дисциплинированного, рационального, надежного, способного контролировать свои чувства ради дела. Эмоции начинают считаться неэффективными, иррациональными и «женскими». Слезы становятся табуированными. Мужчина, который плачет, — это мужчина, который потерял контроль. Это признак слабости и нестабильности. Эпоха контркультуры Начинается бунт против этого жесткого идеала. Длинные волосы у мужчин, яркая одежда, интерес к психологии и чувствам, феминизм — все это подтачивает старые устои.

Поговорили с Людмилой Немиря о "Нарвской народной республике" https://www.youtube.com/watch?v=mQX_jWtbWxU

1994 год был выдающимся годом для кинематографа. На экраны вышли: "Побег из Шоушенка", "Криминальное чтиво", "Форрест Гамп", "Леон", "Правдивая ложь", "Прирожденные убийцы", "Маска", "Мэверик", "Ворон", "Король Лев" и пр. Интересны причины этого феномена. Совпали сразу несколько факторов. Начало 1990-х — это расцвет американского независимого кинематографа. Появилось целое поколение молодых, дерзких и невероятно талантливых режиссеров, которые выросли не на студийной системе, а на видеокассетах и европейском артхаусе. Они принесли в кино нелинейное повествование, остроумные диалоги, постмодернистскую иронию и смешение жанров. Miramax и Sundance создали для них экосистему. Они находили таланты, давали им небольшие бюджеты и выводили их фильмы в мейнстрим. Тарантино сделал "артхаус" крутым и прибыльным. Начало 1990-х — это взлет компьютерной графики. Фильмы вроде "Терминатор 2" (1991) и "Парк Юрского периода" (1993) показали, что с ее помощью можно создать на экране все что угодно. Режиссеры получили новый инструмент для визуализации своих идей, что привело к творческому взрыву. Добавлю, что это был расцвет эпохи видеокассет. Домашнее видео давало фильмам не только "вторую жизнь", но и огромный дополнительный источник дохода. Фильмы, которые не собрали большую кассу в кинотеатрах (как "Побег из Шоушенка"), становились культовыми именно благодаря видеопрокату. Это позволяло студиям давать зеленый свет проектам, которые были не очевидными блокбастерами, а "медленными хитами". А теперь самое интересное — когда такой "урожайный год" может повториться в будущем? Мне кажется, что это произойдет примерно в 2030-2032 годах. Совпадут сразу несколько факторов, которые сломают всю систему киноиндустрии. Нейросети вроде Sora станут общедоступными и невероятно мощными. Любой человек сможет по текстовому промпту ("широкий план, киберпанк-Токио под дождем, неоновые вывески отражаются в лужах, камера медленно наезжает на одинокую фигуру в плаще, стиль — 'Бегущий по лезвию'") сгенерировать видеоряд кинематографического качества. Появятся гиперреалистичные цифровые актеры, чью внешность и игру можно будет создавать с нуля (и патентовать). Стоимость производства визуальной части фильма упадет на два-три порядка. Вся финансовая и техническая мощь больших студий (павильоны, декорации, реквизит, сложные съемки на натуре) перестанет быть решающим преимуществом. Визионер-одиночка в своей спальне сможет создать фильм, неотличимый от 200-миллионного блокбастера. Разница между "большим" и "независимым" кино в плане картинки исчезнет. Вырастет новое поколение с другим визуальным кинематографическим языком. Их мозг сформирован короткими видео, интерактивными видео- и компьютерными играми, стримами, японским манга и нелинейными нарративами. Они принесут в кино новые формы рассказа. Могут стать популярными (появились они уже давно) фильмы, где зритель может влиять на сюжет в реальном времени. Традиционные жанры с длинными повествованиями покажутся им устаревшими и скучными. Голливудская формула ("трехактная структура", "путь героя") перестанет быть единственно возможной. Нынешняя модель, где несколько студий-гигантов контролируют производство и прокат, рухнет. На смену Netflix и кинотеатрам придут децентрализованные платформы, где автор сможет напрямую выкладывать свой фильм и получать 90% дохода, а не копейки, как сегодня. Огромную роль сыграет Big Data. Нейросети будут не только помогать с написанием сценария (голливудские сценаристы напрасно бастовали), но также анализировать сценарии или готовые фильмы и предсказывать их потенциальную аудиторию и кассовые сборы. Они же будут заниматься таргетированным маркетингом, находя для каждого, даже самого нишевого фильма, свою аудиторию по всему миру. Исчезнут "посредники" — студийные боссы и продюсеры, которые решают, какому фильму быть, а какому нет. Право решать, что смотреть, окончательно перейдет от студий к алгоритмам рекомендаций и напрямую к зрителям. Это приведет к невероятному взрыву разнообразия — тем, жанров, голосов. И мы увидим на "Оскаре" фильмы, созданные одним человеком и его AI.

В начале Второй Мировой войны японцы взяли в плен множество солдат союзников: Сингапур (около 80 000 британских, австралийских и индийских солдат), Филиппины (76 000 американцев и филиппинцев), Гонконг (12 000 британцев), Ява (42 000 голландцев, британцев и австралийцев) 30 августа 1942 года из лагеря военнопленных в Сингапуре сбежали четыре солдата. Японцы их поймали, после чего решили заставить всех остальных военнопленных подписать «Клятву о не побеге»: «Я, нижеподписавшийся, настоящим торжественно клянусь своей честью, что ни при каких обстоятельствах не буду пытаться бежать». Хотя согласно Женевской конвенции попытка к побегу является естественным правом военнопленного и его долгом перед собственной страной. Это не рассматривается как преступление против держащей в плену стороны. Более того, за неудачную попытку побега военнопленный может быть подвергнут только дисциплинарному наказанию, а не уголовному преследованию. Добавлю, что Женевская конвенция запрещает наказывать других военнопленных за побег их товарищей. Но японцы не подписали эту Конвенцию, хотя и подписали Гаагскую конвенцию 1907 года, которая предусматривала гуманное обращение с военнопленными. Все военнопленные союзников отказались подписать эту «Клятву». Тогда взбешенный японский генерал Фукуйе приказал выгнать всех военнопленных на небольшой плац под палящее солнце. 17 000 солдат провели несколько дней без еды — на всех был только один кран с водой. Не больше литра воды в сутки на человека. И одна выгребная яма на всех. Никто не подписал «Клятву». Фукуйе приказал расстрелять на глазах у всех четырех беглецов. Никто не подписал «Клятву». Через пять дней в таких условиях в лагере вспыхнула дизентерия и пленные начали умирать. Тогда офицеры союзников приказали своим солдатам прекратить сопротивления объяснив, что клятва, данная в таких условиях, не будет стоить ничего. И только тогда пленные начали подписывать текст «Клятвы». Кто-то подписывался вымышленным именем, но большинство называли себя именем легендарного австралийского грабителя банков и «благородного разбойника» Неда Келли. А в 1946 году в Сингапуре прошел процесс по военным преступлениям японцев. И генерала Фукуйе расстреляли на том самом месте, где по его приказу были расстреляны четверо военнопленных.

В копилку к «традиционным ценностям». Интересно, что деление детской одежды на мужскую и женскую произошло относительно недавно. На протяжении почти всей истории, от античности до примерно начала XIX века, одежда для маленьких детей в Европе была универсальной и гендерно-нейтральной. Все младенцы и дети примерно до 6-7 лет (иногда и дольше) — и мальчики, и девочки — носили платья или длинные рубашки. Если вы посмотрите на старинные портреты, вы часто не сможете отличить маленького мальчика от девочки. Платья было гораздо проще надевать и снимать с младенца, чем штаны. Что еще важнее, они значительно облегчали уход за ребенком и приучение его к горшку. Платья не сковывали движений и могли «расти» вместе с ребенком дольше, чем штаны, из которых он быстро вырастал. Их было легко шить и перешивать, что было немаловажно, учитывая дороговизну одежды. Да и само понятие детства было изобретено позднее. Дети рассматривались скорее как «маленькие взрослые в процессе становления». Четкое гендерное разделение начиналось позже, когда мальчик начинал помогать отцу, а девочка — матери. Примерно в конце XVIII — начале XIX века мальчики в возрасте 5-7 лет стали проходить через важный ритуал, называемый "breeching". В этот день им торжественно впервые в жизни надевали штаны (breeches). Это символизировало, что они перестали быть «младенцами» и вступили в мужской мир. Девочки же продолжали носить платья. Про путаницу с цветами детской одежды вы, наверное, знаете. Но напишу пару слов о ней. Розовый, как более сильный, решительный и яркий цвет (производный от красного), считался более подходящим для мальчиков. Голубой же, как более нежный, изящный и спокойный (цвет Девы Марии), — для девочек. Главным же выгодоприобретателем от деления одежды по гендерному признаку были производители одежды и игрушек. Они быстро поняли, что это — золотая жила. Если убедить родителей, что мальчикам и девочкам нужны совершенно разные вещи, то можно продать в два раза больше товаров. Вы не сможете передать розовую коляску от старшей дочки младшему сыну — придется покупать новую, голубую. Появление УЗИ в 1980-х годах, позволяющего узнать пол ребенка до рождения, нанесло окончательный удар по кошельку родителей. Они начали заранее скупать одежду, игрушки и мебель «правильного» цвета. Так что наши представления о гендере — это не биологическая данность, а социальный конструкт, который менялся со временем под влиянием практичности, идеологии и, в конечном счете — могущественной силы маркетинга. На протяжении большей части истории человечества идея о том, что цвет платья определяет пол и будущее ребенка, показалась бы нашим предкам полной бессмыслицей. Как и надевание на маленького мальчика штанов. p.s. На фламандской картине 1625 года изображен мальчик. И на фотографии тоже мальчик — это портрет будущего президента США Франклина Делано Рузвельта в возрасте двух с половиной лет.

Первые видеоигры: Студенты из Клуба технического железнодорожного моделирования (Tech Model Railroad Club), штаб-квартира которого была в здании, в 1962 году создали одну из первых в мире компьютерных игр — Spacewar (на нее ушло примерно 200 рабочих человеко-часов). Это событие считается рождением видеоигровой индустрии. Развитие хакерской культуры: Атмосфера полной свободы и доступ к компьютерам породили то, что мы сегодня называем хакерской этикой. Это была культура одержимых программистов, которые верили, что информация должна быть свободной, а к компьютерам должен быть открытый доступ. Их работа легла в основу движения за открытое программное обеспечение (Open Source). Bose Corporation: Амар Боуз, будучи профессором MIT, был разочарован качеством звука тогдашних акустических систем. Он арендовал угол в Здании 20 и в свободное от преподавания время проводил там эксперименты по акустике. Эти исследования привели к созданию революционных динамиков и основанию Bose Corporation — одного из мировых лидеров в области аудиотехники. Фотография сверхбыстрых процессов: Гарольд «Док» Эджертон, пионер стробоскопической фотографии (знаменитые снимки короны от капли молока или пули, пробивающей яблоко), работал в Здании 20. p.s. Добавлю, что новый 19 Курс творческого мышления начинается 17 августа. Места еще есть. Пишите: [email protected]