Scriptorium

У президента США Д. Байдена нет и не было болезни Паркинсона – заявляет представитель Белого дома. Да и сам Байден постоянно говорит, что он здоров, хотя и уже находится в почтенном возрасте. Вероятно, так и есть, только физическое и политическое здоровье - вещи разные. А эффект Стрейзанд от таких высказываний усиливается. Все это последствия «бодрого дебатирования»: ярлык больного и старого Байдену налеплен достаточно прочно. Все публичные комментарии Байдена и его представителей только усиливают эффект Стрейзанд. А аудитория воспринимает эти «не было Паркинсона» и прочие опровергалки в соответствии со своими базовыми установками. Но, конечно же, возраст Байдена и его состояние оказывает деградирующее влияние на его ядро стронников и на нейтральных, хотя, конечно, больше всего на эти нарративы реагируют трамписты. Победа Байдена на выборах (если она все-таки произойдет, что весьма сомнительно) будет парадоксальным образом отменять значимость демократических процедур. Победить на выборах и проиграть на дебатах могут только автократы, или же нет? «Леонид Ильич» Байден завел демократов в тупик, дальше кампанию они будут строить не на том, что действующий президент эффективный, а на том, что Трамп «будет ужасен» и вообще разрушит все институциии и конфигурацию правящего класса в США. Других опций уже нет, ведь убедить отказаться упрямого Байдена от участия в выборах никто, похоже, не может. Хотя точку в этом вопросе все-таки рано ставить.

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук Призрачные надежды на мир в секьюритизированном формате Как и ожидалось, разгоняющаяся президентская гонка в США способствует формированию окна для переговорного трека по поводу урегулирования военного конфликта России с Украиной. Однако речь идет о мире или даже перемирии в секьюритизированном формате: выстроенная инфраструктура двухполюсного мироустройства будет и дальше усиливаться. Заметное поражение Д.Байдена в рамках первого тура дебатов и недавние заявления В.Зеленского имеют взаимосвязь. Зеленский говорит об условиях переговоров с Россией через посредников, а также много рассуждает о том, что Украина не хочет затягивать военный конфликт. Учитывая настроения в политическом истеблишменте США, у властей в Киеве, очевидно, сокращаются возможности для продолжения военного конфликта. В этой конфигурации Зеленский не может уже играть роль неистового «защитника демократии», готового воевать до последнего украинца. В ходе дебатов Трампа и Байдена было заметно: как только вставал вопрос о провалах внешней политики Байдена, тот тут же актуализировал тему о том, что договариваться с В. Путиным нельзя и применял риторику стигматизации. Однако в мире и даже в Европе вызревают альтернативные настроения: в русле реальной политики, а не крестовых походов «до последнего». Собственно, Трамп об этом говорил и ранее, и сейчас его приоритет над Байденом в вопросах внешней политики очевиден. Однако в этих условиях речь идет, скорее, не о стратегических договоренностях, а о перемирии и передышке. Выстраивание конфронтационной инфраструктры, в том числе и в плане милитаризации, выглядит как неминуемое и со стороны Запада, и со стороны России. Китай в этих условиях выступает за перемирие прежде всего потому, что режиму Си Цзиньпина нужно время для того, чтобы максимально безболезненно развязаться с взаимозависимостью с США. Этот процесс начался еще до ковида: уже тогда, когда США не дали китайцам развивать сети 5G, стал понятен потенциал конфронтации. Сейчас этот процесс продолжается, но до завершающей стадии – далеко. Инфраструктура секьюритизированного мирового устройства выстраивается. Она вряд ли может функционировать в холодном, абсолютно мирном, режиме. То одна военная операция, то другая (сектор Газа), то хуситы или иранцы. Это инвариантная реальность на долгие годы. В этом плане можно говорить об историческом поражении США, которые взяли на себя больше, чем смогли контролировать. Волна демократизации 1980-1990-х гг., которая поглотила страны соцлагеря и докатилась до балтийских республик, захлебнулась в 2000-е гг. в… Афганистане. В этом плане стремление поставить под контроль Украину, Грузию и Молдавию уже привело к необходимости тратить не только огромные ресурсы, но и нести имиджевый урон. Администрация Байдена своими мерами по конфискации российских активов (право собственности), попытками использовать доллар как оружие (удар по статусу надежной мировой валюты) и стремление навязать России тотальную экономическую войну (лишение прибыли незападных стран) явно открыла рот на кусок, который не сможет проглотить. В этом плане тактический маневр Трампа (в случае его избрания) в сторону России и взаимные движения Кремля напрашиваются, однако опция у России сыграть на балансировке интересов Китая и США вряд ли появится. Секьюритизированные международные отношения – это, скорее, про международные блоки, а не про многовекторность.

Несколько дней назад Д. Трамп назвал В. Зеленского «торгашом», а сейчас украинский президент говорит о том, что ему нужна «сатисфакция» и даже про границы 1991 г. не поминает. По версии Зеленского переговоры с Россией можно вести через третьи страны (по модели зерновой сделки). Условия для переговорного трека, таким образом, формулируются. Однако, скорее всего, говорит о быстрой институционализации переговорного трека не приходится. В этом плане следующие два месяца будут показательными. Возможно и силы, представлять которых пытается возрастной Д. Байден, захотят провернуть вариант «урегулирования по рецепту Трампа». Речь, конечно, идет о заморозке конфликта. И это может не устроить Кремль. Однако позитивно в этом всем то, что и демократы и, тем более, республиканцы понимают, что в этом конфронтационном треке они больше теряют нежели приобретают. В глобальном масштабе и в долгосрочной перспективе. Ни конфискация российских активов, ни попытки использовать доллар как оружие, ни постоянные угрозы всяким третьесортным кыргызстанским и казахстанским банкам. Все это и многое другое – очень серьезные репутационные издержки для США, президент которых в своем старческом маразме впадает в исступление и уже потерял всякое чувство меры. Ведь члены его команды лучше других понимают, что он не проходной, но дедушка заменить себя не даст. Трампу на радость. Но, все-таки, истеблишмент в США четко понимает, что они больше теряют нежели приобретают от всей этой внешнеполитической конфронтации. А это очень сильное лекарство от ястребиной болезни, которая на уровне риторики и политики секьюритизации в ближайшие годы никуда не уйдет. Но, есть некоторые надежды что хотя бы острые фазы конфликта будут заморожены/купированы.

Тезисно про дебаты Д. Байдена и Д. Трампа в Атланте: 0.Байдену дебаты даются тяжелее, и он хуже управляет тембром голоса. Оговорки у Байдена довольно часты, равно как и сложности с памятью. Все это не выглядит критичным, но в последующих дебатах это может сказаться. Зато Байден прекрасно, почти по-русски, научился говорить слово «Киев». Трампа же даже в нынешнем, достаточно жестком формате дебатов сдерживают. Хотя жесткий формат, в котором желание Трампа нарушить регламент проявляется менее заметно, ему на руку. Нейтральных избирателей отпугивает его «несистемность», но заметно, что в этом плане с его имиджем работают. В целом риторика и позиционирование достаточно значимый фактор этих выборов. 1.Трамп выбрал стилистику «Байден – ковидный президент», который победил на волне ковида, разрушившего существенный экономический рост США. Два ключевых преимущества Трампа в экономике и внешней политике он использовал сполна. 2.У Байден есть контраргументы в виде социальной политики и, главное, вопросах глобального изменения климата. А тут, со слов Байдена, Трамп «ни черта не сделал». Это говорится не первый раз, но это очень серьезный аргумент против Трампа: зеленая повестка – новая религия Запада. 3.Трамп ответил на вопрос ведущих о плане В. Путина по урегулированию ситуации в Украине так: «план неприемлем, НО…». Акцент был сделан явно на это «НО». Позиция Трампа проста: есть Атлантический океан и пусть европейцы сами занимаются разборками с Россией. В ответ Байден тут же включил стигматизацию в отношении Путина и транслирует привычные страшилки про угрозы со стороны России. Они имеют свой потенциал истощения для восприятия в массовом сознании США. 4.Байден давно уже разочаровался во В. Зеленском и этот фактор в ходе дебатов смог использовать сполна. Трамп назвал Зеленского «торгашом»: в контексте интонации и сказанного становится понятным тезис о том, что Запад весной 2025 г. уберет Зеленского. При Трампе – весьма вероятно. 5.Данные экспресс-опросов CNN: 67% считают, что выиграл Трамп, а 33% Байден. В этих условиях команда Трампа будет стараться отжевывать голоса нейтральных, которые выглядят экстрафактором выборов. А у команды Байдена рычаги управления и широкое поле возможностей. В последние два месяца его команда обеспечила рост его рейтингов за счет принятых решений, однако первый раунд дебатов для них неудачный. Однако это только первый этап.

За несколько дней до досрочных выборов в Национальное собрание Франции происходят интересные заявления политиков, которые говорят о том, что ни в какую военную конфронтацию французы вовлекаться, в реальности, не хотят. Однако, возможно, это мало на что повлияет в плане эскалации России и Запада. Сначала президент Франции Э. Макрон, рейтинги партии которого («Возрождения») падают заявил, что «его не совсем правильно поняли» и об отправке военных в Украину речь не идет. Хотя полтора месяца назад говорил о том, что «не исключает такой вариант развития событий». Это к тому что spin (в данном случае – крутящиеся, обманывающие) бывают не только dictatorts, но и демократично избранные президенты. А теперь и лидер правой партии «Национальное объединение» Ж. Барделла (ставленник М. Ле Пен) говорит, что готов оказывать военную поддержку Украине, если (NB!) это не ухудшит отношения Франции с Россией. То есть, фактически, посылает Киев куда подальше. Со всеми его границами 1991 г. У партии М. Ле Пен есть еще целая антииммигрантская программа и желание снизить платежи Парижа Евросоюзу. То есть те средства, которые отнимаются у французского среднего класса и отправляются на игры Макрона в «лидера обьединенной Европы» и развитие мягкой «империи» под названием Евросоюз. Им во Франции многие уже сыты по горло. В основе такой позиции ультраправых во Франции не слишком большая любовь к России, хотя осознание необходимости нормальных отношений есть. В основе этой позиции антиамериканизм и нежелание огромной Франции вовлекаться в не отвечающие ее национальным интересам проекты конфронтации России с Западом, которые сейчас активно разворачиваются. Фактически, Ле Пен и его сторонники говорят о суверенитете Франции и желании жить для себя. Однако у Макрона другие ставки и он, несмотря на падение своих рейтингов, уже дал понять, что будет руководить страной до 2027 г. То есть терпеть свои высокие антирейтинги, оппозицию в Национальном собрании, договариваться, но быть у власти и проводить свой курс. Выборы в Национальное собрание не сулят Макрону ничего хорошего, возможны уступки и коалиции, но смены власти во Франции в ближайшее время не будет. Тем не менее, в случае прихода к власти в США Д. Трампа происходящие во Франции процессы, наряду с позицией Германии, могут быть значимы с точки зрения мирного урегулирования.

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук О восприятии в России президентской гонки в США 27 июня в Атланте пройдет первый этап публичных дебатов президентских выборов в США с участием Д.Байдена и Д.Трампа: среди российского руководства особых ожиданий по этому поводу не демонстрируют, но это не значит, что их нет. А вот никакого «вмешательства» точно не будет: Кремль будет воспринимать президентскую гонку сквозь призму китайской мудрости. Социология в США демонстрирует неустойчивый паритет, однако динамика в последнее время в пользу Д.Байдена. Особенно важны в этом плане голоса неопределившихся, среди которых Байден более популярен. Тезис Байдена о спасении демократии (от Трампа) имеет перспективы стать экстра-фактором, однако у Трампа приоритет в экономических и внешнеполитических вопросах. Свой излишне маскулинный имидж Трамп может разбавить выдвижением в вице-президенты женщины или представителя этнических меньшинств. Есть еще масса нюансов, однако вывод ясен и сейчас: заранее спланировать и определить, кто выиграет президентские выборы, нельзя. И для Кремля это означает следующую конструкцию: перспективы мирного урегулирования неясны, нужно все равно активно готовиться к войне. Окно возможностей для переговорного трека может открываться и закрываться, однако реальный режим переговоров будет актуализирован только после подведения итогов выборов. Возможно, впрочем, этого и не произойдет. Особенно, если выборы выиграет-таки Байден. Если победит Д.Трамп, такие возможности будут точно, но мало кто понимает (даже его друг-бизнесмен, который живет в Москве и имеет азербайджанское происхождение), что в итоге выкатит экстравагантный Трамп. В ходе этих выборов фактор России не будет ключевым: скорее, будут говорить о политике и выбранных форматах помощи Украине. Однако, «путинского щенка» Трамп Байдену обязательно припомнит. Равно как и то, что Трамп предупреждал о том, что Байден провалит переговорный трек с В.Путиным. С точки зрения внешней политики, четырехлетний период руководства страной Байдена выглядит как провальный. На этих выборах Россия, действительно, демонстрирует свой суверенитет, и ничего более. В рамках предыдущих двух президентских выборов в Америке (2016 г. и 2020 г.) многие, в том числе и провластные эксперты, утверждали, что это важнейшее событие, которое будет определять конфигурацию управления в стране. Иными словами, говорили о зависимости от США. Сейчас так уже не скажешь. За годы СВО Россия избавляется от западного влияния и выходит из структур вестернизированной глобализации. Этот процесс необходим с точки зрения сохранения у власти правящего политического класса, а не как оценочное суждение. Времена «фабрик троллей», «топящих» за Трампа, прошли. Равно как и излишне ретивых и энергичных, не совсем системных трибунов (типа Е.Пригожина). Кремль в этом плане, можно сказать, набрался китайской мудрости и за президентскими выборами будет наблюдать в режиме увей (недеяния). А по их итогам смотреть – есть ли возможности для диалога с Вашингтоном или нет. Ну а политизированной общественности в стране дебаты и выборы президента США дают хорошую возможность окунуться в конкурентный политический процесс. Впрочем, и секьюритизированное управление в стране приносит много новостей и событий, хотя и довольно тревожных.

В Дагестане жуткий и, по сути, средневековый, рецидив религиозного экстремизма и ксенофобии: экстремисты сожгли синагогу, напали на Церковь и убили православного священника в Дербенте. В Махачкале, в результате перестрелки, погибли полицейские. В Дагестане и ряде других регионов Северного Кавказа есть не только антисемитизм, но и антируссизм. Аналогично и в Бурятии и Тыве. Тут «семитоцентричные» концепции не уместны, проблема комплексная: по мере ухудшения социально-экономической ситуации межнациональные и межрелигиозные проблемы усиливаются. Это не «проклятые 1990-е гг», это универсальный закон развития модернистской социальности. Чем хуже люди живут, тем больше они озлоблены, нетерпимы и ищут козлов отпущения. Манипуляторы и кукловоды «помогают» находить этих «виноватых». Равно как и отсутствие должного уровня Просвещения и архаика. Вспоминается поиск евреев в турбине самолета в аэропорту Махачкалы. Политический философ Х. Арендт в своей знаменитой книге «Истоки тоталитаризма» прослеживает корни антисемитизма в модернистских государствах Европы Нового времени. Одной из главных причин явления видит в следующем. Евреи были удобны для королевских дворов в XVI-XVIII вв., но по мере становления национальных государств они теряли свой функционал и место в новом обществе. Еврейский капитал и связи – это, говоря современным языком, глобальная структура на которую всегда наступали националисты и локалисты (архаики). Проявления были разные: от дела Дрейфуса во Франции до Освенцима и Бухенвальда. Где-то между ними и антисемитизм И. Сталина, но ведь не только антисемитизм, а комплексная репрессивная политика как стратегия политического действия. В современной России курс на отказ от западной глобализации, но не глобализации вообще. Негативные социально-экономические явления заметны на Северном Кавказе и, вкупе с внешнеполитической ситуацией, провоцирует такие ужасные вещи как то, что произошло в Дагестане. По сути, происходящее в Дагестане, отчасти, связано и с палестинизацией, которая есть по всему миру. Но если в США или Испании это выражается в акциях протеста и бунтах в университетах, то в Дагестане – в жестоком насилии. И про «западный след». Лояльные главе республики Дагестан С. Меликову деятели тут же зарядили тему про «след НАТО» и «западное влияние». Зарядили, на мой взгляд, как беспроигрышную тему. Однако с учетом того как далеко все заходит – эту версию не стоит отвергать и высмеивать. Новый этап экономической и прочей войны направлен в том числе и на то, что межнациональные конфликты в нацреспубликах усиливались. В нынешних условиях у российского руководства, объективно, много врагов, которые могут решится на всякое. Запад имени Д. Байдена уже сейчас готов запретить проникновение в Россию даже ширпотреба. Не удивлюсь, что и до запрета импорта лекарств дойдет. А всякие иноагентские СМИ напишут, что это «правильно» и «справедливо». Только это не главное: главное в том, что беспрецедентные вызовы нацбезопасности впереди.

В случае с массовым заболеванием ботулизма вновь фигурируют граждане Таджикистана: это не повод для ксенофобии, но мигрантов нужно готовить лучше и создавать им более человеческие условия труда. Граждане Таджикистана присутствуют во многих ЧП последнего времени. Кроме ужасной трагедии в «Крокусе» это еще и трагедия в Санкт-Петербурге, где утомленный водитель (выходец из Таджикистана) вынужден был работать, после короткой паузы, вторую смену подряд. В результате он не справился с управлением и автобус упал в реку в центре Питера: погибли люди. Сейчас, в связи с массовым отравлением ботулизмом задержан гражданин Таджикистана, который работал поваром компании. Это не значит, что нужно в стиле демагогии Жириновского орать: всех таджиков нужно выгнать! Это токсичное политиканство надоело. Однако и случайными эти эксцессы назвать нельзя. Дешевую рабочую силу из Таджикистана в России используют по полной, зачастую без нужной профессиональной подготовки. Очень часто без соответствующей эргономики и прочих условий. В этих условиях трудолюбивые (но часто неквалифицированные) выходцы из Таджикистана часто производят то, что производят. Кстати, выходцев из Таджикистана становится очень много в медицинских учреждениях, в том числе и в столице. Это, повторюсь, не повод усиливать ксенофобию и демагогию, однако нужно повышать требования к работодателям и создавать нормальную систему адаптации трудовых мигрантов в российское общество и экономику. Это означает повышение требований как к трудовым мигрантам, так и работодателям одновременно. Если, к примеру, выходец из Горно-Бадахшанской автономной области или Куляба не может внятно говорить на русском – он не соответствует требованиям. Если работодатель выжимает из выходцев из Узбекистана последние соки – это тоже очень серьезное нарушение и риск. Похоже, действительно, нужно создавать новое ведомство и переводить его под управление правительства, но не только это. Нужно создавать комплексные условия для того, чтобы предприятия соблюдали требования трудового кодекса и относились к трудовым мигрантам достойно. В нынешних условиях эту комплексную задачу решить очень сложно, но нужно.

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук О северокорейских перспективах трудовой миграции в Россию Перед своим визитом в Северную Корею В.Путин опубликовал статью о развитии отношений России с КНДР. Сейчас много говорится о военном сотрудничестве, но есть еще один вектор, который уже реализуется, – трудовая миграция. В этом плане уместно сопоставить потенциал трудовой миграции из Северной Кореи, в том числе и в плане замены центральноазиатским трудовым мигрантам. Есть еще огромный Вьетнам (около 100 млн. населения), но пока уместнее говорить про Северную Корею. Тут масса аспектов, выделю лишь важнейшие. Прежде всего, северные корейцы на российском рынке уже есть. Работают много (почти без выходных), живут организованно, получают на партсобраниях установки, имеют возможность отправлять деньги своим родным. Деньги по северокорейским меркам получают они очень большие, для некоторых - огромные. Северокорейцы организованы по партийно-государственному признаку. У них нет в голове радикальных религиозных течений и они доведены идеологической обработкой до такого состояния, что власть ругать они не могут. Иными словами, власть для них - авторитет, а вот для многих таджиков Э.Рахмон не является таковым. Это, собственно, основные преимущества, которые ведут к расширению присутствия северных корейцев на российском рынке труда. Контроль за северными корейцами будет более системным, нежели работа через диаспоры (практика феодального порядка). Подконтрольные правящей партии северные корейцы – это, безусловно, адепты тоталитарного общества, которое организовано на принципах модернистких фабрик (на более выгодных для работодателя условиях). Далее. Население Северной Кореи - 26 млн. чел. Население трех республик Центральной Азии (Узбекистана, Таджикистана, Кыргызстана) - около 54 млн. чел. Речь не идет о замене одного рынка мигрантов другим, но (и это важно) центральноазиатские страны будут терять монополию на экспорт рабочей силы. В этом плане переговорные позиции руководства этих республик ослабнут. Ведь есть еще и Вьетнам. С выходцами из этой страны договариваться сложнее и стоят они дороже, но, тем не менее, и это, скорее всего, нам предстоит. Теперь - о рисках. Фактически в страну через какое-то время могут поступать десятки, затем сотни, а в перспективе - и миллионы северных корейцев или вьетнамцев. Им, скорее всего, государство отведет роль наемных работников без перспектив интеграции в российский социум. Интегрироваться будут те, кто этого захочет, но опыт проживания в Советском Союзе вьетнамцев показывает, что таковых не очень много. Разный менталитет, разные культуры. При этом объективно вьетнамцы очень хорошо относятся к России. Есть основания предполагать, что описанная выше схема интеграции северокорейских мигрантов устроит российский социум, если рабочие люди будут «тише воды, ниже травы». То есть - будут вести себя смирно. При этом, в случае каких-либо эксцессов, нужно учитывать, что речь может идти об очень ожесточенных людях, которые будут очень сплоченными в незнакомой для себя среде. Общий вывод: решение об интеграции на российский рынок труда северных корейцев и, возможно, вьетнамцев уже принято и будет реализовано. Эмоциональные и моральные оценки происходящего стоит оставить диссидентам или провластным пропагандистам. Взвешенный анализ позволяет говорить: на российский рынок заходят способные к изнурительному труду люди, которые, на первых порах, будут рады этому. Собственно, такие рабочие люди и нужны власти и крупному бизнесу. И, пожалуй, в нынешних условиях - не только им, но и обществу. Например, жителям мегаполисов и столиц, которые привыкли, что самую грязную и трудную работу выполняет кто-то другой.

Во многом в продолжение к посту в Кремелевском безБашеннике:. Европейские и американские банки накладывают ограничения на SWIFT переводы россиян из, например, банков Кыргызстана. Больше всего страдают релоканты. Почти все банки Кыргызстана (в которых в последнее время часто открывали счета наши соотечественники) поставили «на стоп» SWIFT переводы россиян: формально «по техническим причинам». Неформально ссылаются на распоряжения банков корреспондентов в Европе, США и даже Китае. Ограничения идут по принципу «красного паспорта», то есть наличия российского гражданства. Плюс серьезная проблема создана в связи с попытками прекратить отправку денег в Россию. Это, учитывая тесную взаимосвязь экономик России и стран ЕАЭС, – достаточно серьезно. Тактика грозить финансовой дубинкой и вторичными санкциями небольшим банкам Казахстана или Кыргызстана работает, но, конечно же, подрывает доверие глобально-вестернизированной финансовой системе. Впрочем, про это сейчас уже мало кто думает. Характерно, что никто и не пытается из служб безопасности банков разбираться под санкциями тот или иной россиянин, пытающийся воспользоваться SWIFT. Легче заблокировать переводы всем. И тем же финансовым властям США или Евросоюза абсолютно все равно, что от этого страдают релоканты и те, кто уехал из России по политическим причинам несколько лет назад. Таким гражданам из Вашингтона передают «пламенный» привет. Далее страны G-7 собираются бороться с системой передачи финансовых сообщений (СПФС), однако сделать это будет сложнее чем запретить получать айтишнику с российским паспортом зарплату в Индии или Южной Корее.

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук Релоканты в условиях Сциллы конфронтации и Харибды эскалации: трудные времена горизонтальных людей Заметили как почти пропала из общественно-политической повестки тема релокантов? Возможно, это самое прагматичное, что мог сделать Кремль в этих условиях: перестать обращать внимание на эту категорию граждан. Стоило перестать их хейтить, и многие решили возвратиться. Рабочие руки стране нужны. Для экономики это плюс. Некоторые релоканты превращаются в полноценных эмигрантов, некоторые отказываются от российских паспортов. Однако ручейки эмиграции из России/СССР идут, по крайней мере, начиная с 1980-х гг. постоянно. После февраля 2022 года были не ручейки, а мощные волны, впрочем, многие не рассчитывали на долгую релокацию. Сейчас, соответственно, многие возвращаются: медленно, но верно. А вот для Запада и, прежде всего, США российские релоканты – это удобные мишени, по которым они бьют без сомнений. Не ради эффективности, а ради политических очков и демонстрации устрашающей силы финансовых гегемонов мира. Чего только стоит финансовая политика и запугивания банков Турции, Казахстана, Кыргызстана и далее по списку. «Ни в коем случае не открывайте счета россиянам». «Сворачивайте финансовую деятельность с участием россиян», даже тех, кто не попал под санкции. Кто их там, действительно, этих «лукавых россиян» разберет. Ведь ковбоев проблемы шерифов не интересует. Властям США достаточно того, что на тысячу релокантов может попасться один, который занимается параллельным импортом и обходом санкций. Поэтому банить, как считается, нужно всех. А что с практикой Turkish Airlines снимать с рейсов по надуманным предлогом в Аргентину или Мексику россиян? Российские диссиденты продвигали тезис о том, что чем больше капитала утечет из России – тем лучше (для Запада). Но к ним особо не прислушиваются ни в Брюсселе, ни в Вашингтоне. По крайней мере, при Д.Байдене. Сейчас на повестке другие вопросы. Вот, например, президент США договорился с президентом Франции использовать замороженные активы России (в том числе и физических лиц) на военные цели и помощь Украины. Только вот с такой политикой сам Макрон во Франции приближается к состоянию политического банкрота. Тем не менее, в отношении релокантов западники прагматичны, а разговоры про права человека и частную собственность – глубоко вторичны. Euroclear не даст соврать. Этот депозитарий очень хорошо поживился на заморозке активов российского upper middle class и других частных лиц. Релоканты не нужны ни Западу, ни российскому руководству. Их удел – выживать в условиях горизонтальной жизни и крайне сложных перспектив. И быть мальчиками для битья. А ведь это те люди, которые, в наибольшей степени, хотели бы завершения внешнеполитической конфронтации. Сам их образ жизни нацелен на мир и компромиссы. Но сейчас не их время, и их возможности очень ограничены: пожалуй, у них в качестве инструментов только гуманистические ценности, свободы и творчество. Запад хочет, чтобы Россия заплатила за продолжение военной конфронтации, и имеет для этого механизмы. В этой диспозиции уже просто не к чему апеллировать с точки зрения прав человека, частной собственности и прочих общечеловеческих свобод. Идет подготовка к очень масштабной эскалации, в которой не будет места для каких-то релокантов. Они в мировой конфигурации выглядят как жалкие кузнечики или стрекозы, про которых думают в последнюю очередь. Но этот зарубежный тип российской социальности выживет и сыграет заметную роль в постконфронтационной судьбе страны. Мир релокантов разнообразен: в нем много оппозиционно настроенных к российскому руководству, но очень много лоялистов и, тем более, нейтральных. И вот к этому зарубежному разнообразию будут апеллировать прежде всего те силы, которые заинтересованы в нормализации отношений России и Запада. С обеих сторон. Но пока это все тезисы на очень далекую перспективу.

Нынешний ПМЭФ, в отличие от форумов прошлых лет, воспринимается уже спокойнее и привычнее. Между тем в условиях дефицита публичной политики – это значимая площадка, которая много может сказать о происходящих процессах. В ковидные годы ПМЭФ воспринимался как «пир во время чумы», после февраля 2022 г. роскошное мероприятие не вызывало, мягко говоря, понимания у ультрапатриотов. Много было иронии о присутствии на прошлом ПМЭФ представителей «Талибана» (по-прежнему: признана террористической и запрещена в РФ). Сейчас весь этот негатив осел и даже новости о продажи «премиальной» воды (600 руб. за бутылку) на ПМЭФ не такая кликабельная. Правящий класс сам выбирает удобные и нужные ему форматы политической и бизнес презентации («тусовки») и реализует их. Почему? Потому что может и хочет. Более развернутые ответы тут не нужны. В плане, собственно, экономической политики на ПМЭФ были сделаны значимые заявления. Замрук АП М. Орешкин сформулировал подход, который, видимо, согласован на самом верху. Прямая цитата: «Цели и задачи определены президентом. Президент во главу угла ставит качество жизни людей. Цели обеспечения суверенитета на трех уровнях — государственном, культурно-ценностном и экономическом. Модернизация вооруженных сил с учетом опыта СВО, новых технологических решений, системы управления…Это очевидно, никакой успешной экономики без успешной армии тоже не бывает». Это означает, что влияние главы ЦБ Э. Набиуллиной, которая выступает за развитие рыночной экономики и главы Минфина А. Силуанова будет и дальше падать. В логике полного этатизма экономика будет выстраиваться по пути концентрации ресурсов у государства и их распределения в соответствии с приоритетными целями и задачами. Здесь структурам рыночной экономики отводится лишь роль амортизатора негативных социально-экономических трендов. Так было, например, в Чехословакии и Венгрии в 1970-80-х гг. В социальной сфере – эта политика ведет к формированию усредненного класса. Акцент будет сделан на формировании небогатого усредненного класса, а политика государства – на минимизацию бедности. В нынешней реальности наибольший уровень социального недовольства и готовности к протестам демонстрируют не богатые и образованные, а бедные, в основном, жители региональной периферии. Богатые и образованные, которые были не согласны – давно уже уехали, либо сидят тихо и молчат. Этот вектор на концентрацию огромных ресурсов в руках государства инвариантен. Он является значимым преимуществом Кремля в рамках противостояния с Западом. У Запада ресурсов кратно больше, но они рассредоточены и собрать их в единую волю – сложно. Выборы, дискуссии и прочие факторы конкурентного политического процесса мешают. Тем не менее, тот же ПМЭФ показал, что стратегически российское руководство ориентировано на деэскалацию и ищет тактические решения, которые помогут это реализовать. Даже В. Сурков их предлагает, в инициативном порядке (его не спрашивают). Пока же реализуется сценарий осторожной и управляемой эскалации. Острожной и мягкой, причем со всех сторон. И лишь В. Зеленский на этом фоне все больше походит на берсеркера, готового втянуть Планету в прямое военное столкновение России и Запада.