Байки от Stalinoff

<ДОМОЙ в чужбину> #161 Если в караоке ищешь Реквием Моцарта, то антидепрессанты лучше больше не запивать коньяком. Если я молчу - это еще не значит, что вы правы. Кстати, вы тут посмеяться или подумать? Потому что это два разных Сталинова. Под разными ингредиентами. (Хотя вода, сахар и дрожжи присутствуют во всех ипостасях.) Эти товарищи даже не знакомы друг с другом. Но вернемся к абсурдному. У гостьи из страны для грустных появились новые морщинки на лице, потому что: "У вас мне приходится постоянно улыбаться". А нам что, нам сказали, что у нас самый вкусный плов - мы и улыбаемся. Кушать нечего, а плов - самый вкусный, вот и улыбаемся. Может мы так плачем? Надоевший "я" преследует меня повсюду: в зеркалах гостиниц, в китайских лужах, а теперь вот в мутных стёклах осиротевшего ташкентского аэропорта. Стоишь, задумавшись о непонятнопротивном, ждёшь свой багаж, а он уже одиноко делает десятый круг на ленте. Возвращаться домой всегда противоречиво. Потому что хочется жить в Европе, не покидая свою страну. Надо бы опять взяться за классиков, чувствую, перестаю отличать грусть от печали.

<ПЗ: Китай, Шоколад> #160 В нашем китайском офисе есть бесплатная машинка с горячим шоколадом. Это то же самое что и Сникерс, только горячий и бесплатный. Такой ингредиент как бесплатность придаёт напитку изысканный вкус. Если ещё недавно печень с опасением ждала пятницы, то сейчас она буквально в шоколаде. В принципе на этом можно бы и закончить свой рассказ, но я - зануда. В одном из кафе Шанхая с красным названием (язык их я не знаю, но различаю цвета) работает русскоговорящий китаец. Встречает он меня неизменным: "жрать?". Я киваю. Он даёт меню. Я тыкаю на картинку. Он приносит блюдо со словами: "жри". Пока он не спросил "сожрал?", я быстро ем и незаметно сбегаю с заведения. Может он и знает-то на русском всего лишь одно слово, но то как он его произносит - ёмко, нагло, беспечно - чувствуется большая школа. До Второй Мировой Спецоперации мой дед тоже говорил на русском с эскишахарскими окончаниями. Но его научили. Вот думаю, если из Фейсбука эмигрировать в Китай, как быстро я заговорю на феншуйском? В Ташкенте я всё же широко известен в узких кругах, а в Шанхае я, наверно, широко затеряюсь в узких глазах. И всёж трудно пишется под бесплатный китайский шоколад, почти не работается, да и вовсе не живётся.

<ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ: КИТАЙ, Испаряющаяся капля разума> #159 С 54-го этажа на китайцев льёт дождь. Тучи выше не поднимаются, потому что сделаны в Китае. Я живу на 71-м этаже, у меня - лето. На этажах выше ста, говорят, всё ещё зима. Стена душевой части моей ванной сделана из стекла. Непонятно, о чем думал архитектор, но страшно не упасть с 71-го этажа, а упасть голым. Ночной Шанхай в шампуне выглядит мультяшно. Три дня я мылся, любуясь ночным городом всей своей оголённой натурой, пока не обнаружил кнопку, закрывающую стеклянную стенку. Но кнопкой пользоваться уже не стал, так как привыкли все - я и трое девушек из соседнего небоскрёба. В лифте гостиницы один китаец чихнул, другой ему что-то наорал. Первый наорал ему в ответ. Каждый начал что-то кричать, перебивая друг-друга и размахивая руками. Я не стал их разнимать, приготовил камеру, ждал поножовщину. Но тут мой товарищ перевёл мне их диалог. Оказалось, что один сказал второму "будьте здоровы" и осведомился о его состоянии. Тот начал жаловаться на погоду и сумасшедшие кондиционеры в гостинице. Далее шли советы какие медикаменты помогут, а что лучше не принимать. Затем с тем товарищем мы пили газировку, типа Тархуна. На третьей бутылке он сказал, что вообще-то это их пиво. До сих пор не пойму, кто пошутил: товарищ или производитель напитка. А ещё, мне успели дать кличку на китайском, состоящей исключительно из шипящих, колющих и плюющих согласных букв. Видите ли "Тима" им трудно запомнить. Google переводчик покашлял через VPN и выдал перевод кликухи: "Испаряющаяся капля разума". Не погоняло, а хайку какой-то. Ну чтож, капля так капля, главное, что есть, я считаю. Как только испарится вся капля - вернусь домой.

<ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ: КИТАЙ 2> #158 Я выжил на ташкентских дорогах, чтобы в Шанхае меня сбила бабка на велосипеде. Представляете масштаб гевальта? Падая, я хватал её вываливающиеся продукты из корзинки спереди велосипеда, потому что грязного осьминого есть неприятно. - То есть, падая, ты спасал её яйца? - уточнял позже приятель, делая ударение на слове "её". - Осьминога, - поправлял я. Со словами благодарности и извинения - "жу шуа дебил шинма" - бабка поехала дальше, я же, умилённый и распластанный, остался лежать дальше. Улица, где расположен мой офис в Шанхае, называется "Кхуя". Мне кажется, вполне самодостаточное название. И не надо ничего дописывать. Каждое утро я сажусь в такси и говорю водителю куда ехать: - Кхуя 87, плиз. Пока мы к ним едем, я тихо мёрзну в машине и размышляю в правильном ли направлении я движусь по жизни. - Главное верно определить цель, - шепчет мотиватор Боди Шифер в мои наушники. Кстати, тут тоже живут чинары. Их тут целая диаспора. Если наши чинары уставшие, хмурые и с осуждающим взглядом, то китайские - более человечнее, с улыбкой и хитрым прищуром. Не скажу за весь Китай, но шанхайцы живут богато, но по-китайски. Трудно объснить. Вот например, в детстве я хорошо жил плохо, а тут в Шанхае люди плохо живут хорошо. (Перечитайте несколько раз, поймёте, объясните мне тоже, спасибо.) Не переключайтесь.

<ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ: Шанхай> #157 На балконе 54-го этажа небоскреба реют хозяйственные трусы. Шанхай - гордая страна, не то что Китай. - 33 миллиона людей! - удивляется мой китайский коллега. - Вы все наверно там друг друга в лицо знаете? - Знаем, - говорю, - каждую собаку. А по утрам ещё и перекличку в стране делаем. - Никакой приватности! - логически заключает господин Ху без логического завершения в имени. И правда, 33 миллиона людей - это две улицы и пол курилки моей компании в Шанхае. Я, как ответственный гражданин, вчера досрочно проголосовал за Расула Кушербаева и сбежал в Шанхай. По прилёту в Китаистан, как представитель демократической страны, сразу же осудил Компартию в блокировке таких благонадёжных сайтов как телеграм, вотсап, гуггл, порнхап, википедия и другие. Ну ладно, ладно, допустим, не смотрю я этот ваш развратный вотсап. Ну а другие сайты зачем же блокировать? Нам, узбекистанцам, этого не понять. А теперь что касается еды, я не гурман, но у меня принципы - я не ем блюдо, если оно ещё шевелится. Поэтому я сперва контрольно вонзаю в него нож. Вообще-то у нас это - статья, с отягощающими, а тут - обычный завтрак. Не переключайтесь.

<Предвыборное поздравление> Столько мыслей в его девятилетней голове. Порой, устав хранить в себе детство, он подолгу глядит как течёт вода, когда он отрешенно чистит свои молочные зубы. Примерно так же я зависаю за рулем, стоя под красным светом светофора. Мы подолгу беседуем с ним, не проронив ни слова. Я старше него по годам, а он меня по мыслям. Его тревожат первозданная идея Создателя и страх, что что-то пошло не так. Его всё больше интересуют животные и деревья. В людях он давно разочаровался. Его воображаемый Т-рекс ему дороже, чем люди вокруг. В следующем году, когда ему стукнет десять, он желает баллотироваться в президенты только для того, чтобы закрыть зоопарк, выпустив всех зверей на волю. Он не понимает, зачем президенту нужны десятки лет на посту, если все хорошие дела можно проделать за ночь, когда все спят. Я рассказал ему о коррупции и войне до того, как он выучил таблицу умножения. Но сейчас я давно уже не навязываю ему свои идеи, царапая его больное нутро. Он как-то сам всё осознаёт, интуитивно, болезненно. Он формулирует свои мысли не прочно, но тщательно. В его индиго-мире всё настолько однозначно и ясно, что многим из нас этого не понять. Мы настолько взрослые, что порой становится грешно. Когда-нибудь он станет президентом. И осуществит всё задуманное. Его странности будут смешить вас, настырность - пугать, а порядочность - обескураживать. Считайте это предвыборной агитацией. А пока с днем рождения тебя, сынок!

<S.Dovlatov Way> #156 Когда-то в Нью-Йорке я писал статьи в эмигранской газете про узбекскую классику на русском языке для еврейских читателей из Брайтона. Как бывший еврей, за качество текстов могу только сказать, что читался исключительно слог, не контент. Главный редактор, читая мои тексты, говорил: - Молодой человек, в вашем лице мало-таки меланхолии, плиз, не грозите литературе своими статьями. Я и сейчас не пойму оскорбил он меня тогда или похвалил. Каждый текст я шлифовал, сокращал, тем самым урезая себе гонорар, потому как оплата производилась за количество слов. Я называл это - "литературный налог". По вечерам в Куинсе, купив в супермаркете "Ташкент" две лепёшки с запахом Родины, я шёл в кошерную забегаловку с щемящим названием - "Надежда". Оттуда, сытый и пьяный и с надеждой в желудке, я перебегал 108-ю улицу и попадал на улицу Довлатова. Под табличкой "Sergei Dovlatov Way" я подолгу стоял и дожевывал свою резиновую лепёшку. Попасть домой по улице "Довлатова", оставив за спиной супермаркет "Ташкент" и кафе "Надежда", было далеко и трудно. Приходилось возвращаться обратно... 108-я, Надежда, Ташкент. - Не умеешь ты писать о веселом, - говорит мне вчера товарищ. - Пишешь вроде весело, а между строк веет зудящим чувством упущенной жизни.

<МАРАФОН-2023/1> #155 Ташкентский марафон чуть не испортил мне некролог. Мой товарищ, у которого гормонов уже не было, а ума еще не было, предложил: - 42 км даже мы с моим пузом пробежим. А слабо пробежать, например, в гипсе, на пьяную голову и под дождём, а? Я послал его в хокимият к чертям, но вызов принял (у меня-то гормоны ещё есть, хотя ума пока нет). Как и договаривались, товарищ пошёл купил коньяк. Я пошёл сломал руку. Всевышний устроил дождь. На старте вспомнил вчерашний тост - "Лучше сгореть, чем угаснуть". Выкрикнул его, как боевой клич, и рванул. Скажем, "рванул" тут, скорее, синекдоха или метонимия. Короче, литературный вымысел. Трёхкилограммовый гипс на правой руке постоянно заносил меня вправо, в арык, с аномальным притоком Амударьи в нем. Я в эти лужи вокруг себя смотрелся, как в зеркало. Вся Родина умещалась в них. А повылезавшие дождевые черви принимали там джакузи. Я же, во избежание червегеноцида, вилял меж ними как мог. Обошлось без жертв. Где-то на пятнадцатом километре моя нога почти по колено ушла в яму с водой. Шлёпать одной ногой было противно. Я вернулся и сунул туда вторую. Теперь бежать было комфортней, хотя противно было вдвойне. "Ноги промочил - надо и горло промочить", - вспомнил дедовский универсальный рецепт от простуды и взял на заметку. Говорят, прыгать с парашютом во второй раз страшнее, чем в первый: потому что знаешь что тебя ждёт. На марафонах с двумя кругами по 21 км такая же психология: пересекая финиш на 21-м км, мозг, зная что ждёт его впереди, требует сейчас же прекратить эту муку и скорее залить память пивом. Некоторые на финише так и поступили, разменяв 42 км на 21. Среди отчаянных в групп-поддержке не было человека, тревожащегося о моей душе, я и не стал останавливаться. Вылив из гипса воду, как из сапога, стуча от холода зубами, вытирая с лица слёзы, сопли и дождь, я пошёл на второй круг. Бежал я теперь совершенно один. Все профессионалы ушли далеко вперед, а дилетанты вроде меня разумно прекратили забег. Казалось, весь Ташкент был перекрыт ради меня. На улице не было ни души, как после аппокалипсиса. Я вдруг понял, что чувствует президент, проезжая пустые улицы города. Было страшно не добежать. Страшно сдаться. Страшно вручить сыну медаль на "21 км", когда он ждёт "42 км". А грязный дождь всё лил, как из помойного ведра.