Defensor

The Evolutionary Dominance of Ethnocentric Cooperation (2013) "From a random start, ethnocentric strategies dominate other possible strategies (selfish, traitorous, and humanitarian) based on cooperation or non-cooperation with in-group and out-group agents. Here we show that ethnocentrism eventually overcomes its closest competitor, humanitarianism, by exploiting humanitarian cooperation across group boundaries as world population saturates." "Selfish and traitorous strategies are self-limiting because such agents do not cooperate with agents sharing the same genes. Traitorous strategies fare even worse than selfish ones because traitors are exploited by ethnocentrics across group boundaries in the same manner as humanitarians are, via unreciprocated cooperation." The published paper is paywalled but the preprint is accessible here: https://escholarship.org/content/qt72z42376/qt72z42376_noSplash_4b566ab45881562861ca6d054eef8e9f.pdf

Еще подумалось в свете всех этих событий: ставка администрацией на силовые скилы этнических меньшинств и наделение их особыми полномочиями на насилие и самобытность в сфере экономики, политики, права и культуры - это следствие сложившегося недоверия между самой администрацией и силовыми группами из этнибов, которые идеологически практически всегда ставили общую этническую выгоду выше собственной групповой. Иными словами этнибы по отношению к распределению ресурсных ништяков верхами всегда относились негативно и требовали пересмотра - социальной справедливости для всех - в отличии от меньшинств, которых общая проектность в исторических границах мало как волнует, они лишены ресентимента великодержавности, поэтому вполне себе готовы на решение специфических нишевых задач без явной политической претензии к центру.

Парадокс русского националиста — ты симпатизируешь ненавидящему тебя государству, боясь вставить слово поперек, но при любой улыбке бежишь к нему с букетом, перевязанным имперской лентой. Очень странные отношения. У государства много дел и много партнеров:…

Парадокс русского националиста — ты симпатизируешь ненавидящему тебя государству, боясь вставить слово поперек, но при любой улыбке бежишь к нему с букетом, перевязанным имперской лентой. Очень странные отношения. У государства много дел и много партнеров: украинский истеблишмент, французские боевики, американские педофилы, слой родной бюрократии, бесконечные женщины, голосующие по зову менопаузы. А вот к тебе обращались лишь дважды — в нулевые, когда нужно было кого-нибудь убить, а такой опции как рандомный чеченец еще не существовало, и во время текущего конфликта, где ты выступаешь строкой экспорта. Чем все эти отношения кончаются расскажет Илья Горячев, пишите, колония «Полярная сова», Ямало-Ненецкий автономный округ, срок пожизненный.

Никита Журавель получил три с половиной года лишения свободы. Адам Кадыров получил почет и уважение. Логика доживающего: Ну и напоминаю: 1) Никита Журавель действовал по заданию спецслужб вражеского государства (в чем сам и признался буквально сразу же, ЕЩЕ ДО ПЕРЕВОДА В ЧЕЧНЮ) 2) Поступок Никиты Журавеля был продиктован не идеологическими убеждениями, а мелкой корыстью (в чем сам и признался буквально сразу же, ЕЩЕ ДО ПЕРЕВОДА В ЧЕЧНЮ). 3) Никита Журавель совершил преступление и должен понести за него наказание (ГУП ТГК «Под лед», https://t.me/podled/11274) Логика выживающего: Мне плевать, жёг там что-то Журавель или нет. Журавель – наш. А обиделись на него не наши, чужие. Может, они мимикрируют под «наших», но эти фокусы пройдут только с тем наблюдателем, чей мозг выело государственничество. Им (чужим) плевать, виновен их соплеменник в том, что ему приписывают, или нет. Они очень четко для себя понимают: «есть они, и есть мы, и нам плевать, что считают они». Им плевать – убил, побил, украл, солгал. Он свой – значит, невиновный. Вот и для меня обсуждения виновности Журавеля неуместно, потому что он свой, на которого набросились чужие. (Свободный европеец, пожелавший остаться неизвестным) Ну и от себя добавлю: дело Журавеля – показательная манифестация нового революционного правосознания. Показательный акт слома системы имитации правосудия. Окончательное утверждение государева суда. Государев человек, министр Чуйченко, задолго до приговора (которым человек и признается виновным, согласно УПК РФ), с высшей санкции определил и виновность, и наказание (лишение свободы), и даже место его отбывания. Это демонстрация нового ранга чеченского этносословия. Это сигнал к подчинению евразоидному патернализму (для основной русской массы) и исламизации (для остальных).

> https://t.me/podled/11276 > https://t.me/pgubarev/976 Такие тренды я поддерживаю

Популярная нынче у челобитников забава – мигрантов в военкоматы посылать. Выглядит как отчаянная попытка хоть как-то использовать институт призыва, окончательно превращенный в репрессивный, в условно свою пользу – и то паллиативного характера. Ну послужит таджикоузбек в армии в компании своих братков, прессанет пару попавшихся под руку русских. А те, кто его в армию сватал, этим признали за армией право на существование в её нынешнем репрессивно-призывном виде – и русских парней пройдет через неё явно больше, чем не русских.

Давеча видел такую картинку. Но больше всего на ней интересуют два персонажа – тот, что на коленях царю доказывает опасность текущего курса, и тот, что произносит коронную фразу служилого росгоспатриота: «Надеемся, выводы будут сделаны». Будем называть их…

Давеча видел такую картинку. Но больше всего на ней интересуют два персонажа – тот, что на коленях царю доказывает опасность текущего курса, и тот, что произносит коронную фразу служилого росгоспатриота: «Надеемся, выводы будут сделаны». Будем называть их «челобитник» и «служилый». Два типажа радящих за Великую Россию в «справедливых» границах, за «победу над фашизмом», победу над украинством и так далее. Ситуация универсальная, не связанная именно с кейсом гетмана. Просто вытекающая из непреходящего отношения условного царя к условному подданному. См. продолжение ⬇️

Человек же выросший на Украине таких вопросов не задавать не может, он хочет понимать смысл и личную пользу от любого действия. Потому что такого религиозного поклонения перед государством не имеет. Может виной тому отсутствие собственной государственной традиции и то, что Украина была периферией империй. А может и правда особый индивидуализм украинцев, но точно говорю вам, это покажет любой опрос - украинец не доверяет государству, власти, политикам, президентам и терпит их лишь по необходимости.

В течение некоторого времени после смерти Маргарет Тэтчер на улицах Лондона и других английских городов можно было увидеть танцующих, хохочущих и иным образом ликующих персонажей, воспринявших кончину известного своими прорыночными взглядами премьер-министра как свой личный праздник. Некоторые близкие мне люди указывали на эти случаи как на признак окончательной утраты человеческого облика жителями туманного Альбиона. Дескать, у нас такое невозможно. Нет, возражал я, вполне возможно. Смерть Навального подтвердила мою правоту — озверение не является привилегией англосаксов. Я, признаться, полагал, что сперва мы увидим макабрические танцы по поводу совсем другого персонажа. Но и они, уверен, впереди. Дикости партийность и программы безразличны. Конечно же, подобное скотство свидетельствует, прежде всего, о глубоком моральном разложении значительной части наших современников. Но есть и важные общесоциальные выводы. Во-первых, подобные пляски на костях — это поведение гиен не только в смысле личной, но и в смысле коллективной беспомощности. Иначе говоря, сегодня только событие, к наступлению которого граждане не имеют никакого отношения, позволяет им таким диким образом «поучаствовать» в политике. Толпа сегодня радуется не возвращению народу рычагов управления, а тому или иному (даже совершенно случайному) исходу абсолютно обособленного от неё процесса. Во-вторых, такое поведение, как и ожидание (подчеркну, простое ожидание) смерти того или иного государственного деятеля, отражает искреннюю веру в кукольное представление, которым является современная политика эпохи развитого капитализма. Вот умрёт имярек — и потекут права и свободы молочными реками. Вот умер Навальный — и теперь Россия расправит свои имперские крылья, никакой Запад нам теперь не страшен. В общем, всё это — очень специфическая битломания. Но лучше бы визжали, конечно, от ливерпульской четвёрки. В-третьих, любовь к начальственному сапогу у нас будто подпитывается специальными афродизиаками, разработанными в каком-нибудь закрытом наукограде. То есть можно ещё как-то понять радость по поводу смерти личного врага или тирана, угнетателя, причиняющего страдания. Тут личная боль и жажда отмщения. Но радоваться гибели политически предельно травоядного человека, считавшего необходимым создать условия для самого существования не то что даже оппозиции, а просто чего-то напоминающего публичную дискуссию? Это за пределами всякого разумения, это перверсия не в переносном, а в прямом смысле. Конечно, Боэси был прав — тирания возможна только потому, что люди готовы быть рабами. И дело не в страхе наказания, а в плохо скрываемом восторге по поводу даже гипотетической, даже реализованной кем-то другим возможности неограниченного господства над себе подобными. Да, президентом тебе не быть, но всегда можно найти способ прикоснуться к этой сладкой власти — избить жену, потушить сигарету о младенца, унизить подчинённого. Всё это прекрасно известно со времён Платона. Сократ, всерьёз утверждающий, что добродетель выше удовольствия, что существует истина, что участь несправедливого ужасна, вызывает шок у крепко стоящих на ногах Калликла или Фрасимаха. И судьба такой прямоты тоже хорошо известна: «справедливый человек подвергнется бичеванию, пытке на дыбе, на него наложат оковы, выжгут ему глаза, а в конце концов, после всяческих мучений, его посадят на кол и он узнает, что желательно не быть, а лишь казаться справедливым». Скотство ищет скотства, ждёт скотства от других. Потому что всякий человек, в конце концов, имеет совесть, всякому может быть стыдно. И только постоянная взаимная стимуляция скотства позволяет об этом на время забыть. Потому так неприятно знать, что кто-то не хочет в этой оргии участвовать. Ишь ты, чистюля, портишь нам настроение. Как хорошо, что ты умер.

Был только один сценарий – национальная власть. Честные выборы. Независимый суд. Эффективное управление. Ротация кадров. Репутация. Верховенство закона и права