Inner Text | Alina Sudislavleva

Я пишу всю жизнь и всю жизнь делаю это хорошо (ну, в детстве это было в соответствии с возрастом, конечно, я не моцарт), но контролировать своё творчество и, соответственно, не зависеть от «вдохновения» научилась только в последние 10 лет благодаря психотерапии. Порой люди с сарказмом относятся к идее «писать в потоке». «Поток» это не плохо, это просто место, где действительно мало контроля. Когда контроля становится больше, творчество от этого выигрывает. Иронично, что за пределами творчества я всегда была бешеным контрол-фриком, и терапия расслабила меня в этом плане. Мой контроль несколько отпустился в остальной жизни и усилился в творчестве — получилось больше гармонии. Если я устала от работы над одним текстом, то переключаюсь на другие дела, темы и тп. Но текст всегда варится, под этой варкой я имею в виду именно процессы в бессознательном: когда текст отложен, думаешь год вообще о другом, а где-то в недрах мозга нейрончики без твоего ведома что-то себе плетут и в один прекрасный день просто выдают в сознание: вот так нам надо писать. И садишься, за день пишешь рассказ, за который целый год невозможно было сесть (у меня такое сплошь и рядом). Или дописываешь то, что 10 лет писалось. Мне не близко понятие гиперфиксации, хотя я действительно могу долго быть на чём-то сосредоточена или даже зациклена и черпать из этого море энергии. Но обычно все же у меня не один интерес, так что приставка гипер- кажется мне неподходящей в моем случае. В плане письма я очень продуктивна просто от природы, так что иной раз могу написать что-то длинное быстро (зато что-то короткое может вариться годами). Я очень люблю мягкие дедлайны, иногда сама себе их ставлю («закончить текст в этом месяце», «дописать за лето»), чтобы активизироваться, и чаще всего они срабатывают. Мне нравится публиковать свои старые тексты в одном сборнике с новыми, они очень гармонично рядом выглядят. По старым видно, что их писал тинейджер — чисто по остроте чувств и более простым метафорам, но они выглядят достойно рядом с современными. Но я понимаю, что это мне так повезло, а многие авторы проделывают действительно большую работу, чтобы достичь желаемого уровня письма. И меня всегда восхищает, что автор стремится искать способы расти, а не складывает лапки, типа и так покатит (или того хуже, бросает всё, вот это наблюдать прям боль...) Еще важно осознавать, где у меня граница серьёзного и несерьёзного отношения. Я, например, не отношусь серьёзно к рисованию и ни на что в нем не претендую — и фактически почти не расту, тк нет такой потребности. И хотя письмо это самое важное, чему посвящена моя жизнь, оно не должно быть гиперзначимым. Скорее оно должно быть как перекур. Например, если я хочу писать текст, но он идёт туго, я стараюсь выделять полчасика в день именно на сесть писать. Без сверхзначимости, сколько написала за это время, столько и хорошо, хоть три предложения. Чтобы что-то написать, надо просто сесть и написать. Или не сесть. На эскалаторе в метро можно (я так делаю, хотя в вагоне больше люблю). Первую страницу романа про кукушку я написала в феврале в метро по пути на христианский курс. Другое дело, что он потом до сентября варился, но страница-то в роман вошла целиком, хотя и не в самом начале. Я вообще очень долго не могла понять, с какой точки повествования начать текст. И часто почти до конца не знаю, чем именно текст закончится. #процесс

— Юлдуз (Гелишикли — Гуль), 1962 г.р., гнедой жеребец ахалтекинской породы Когда я только начала заниматься лошадьми (в 1998 г.) — и читать журнал «Коневодство и Конный спорт», — меня больше всего поразила ахалтекинская чистокровная порода, древнейшая из известных пород. Это были самые красивые и самые загадочные лошади. Эталоном красоты и загадочности стал Юлдуз, чье фото я увидела в статье, посвященной самому знаменитому коннозаводчику этой породы В.П. Шамборанту. Мне, честно, лень доставать свои архивы с верхней полки шкафа, так что цитирую то, что нагуглила (и показываю все нагугленные фотки Юлдуза): «Юлдуз» по-туркменски значит «Звезда», — рассказывал о нём Владимир Петрович, — он был отличного происхождения. Сын Гелишикли, чемпиона породы, красивейшего жеребца золотисто-гнедой масти, и Гуль, самой красивой нашей кобылы. Юлдуз имел самую длинную шею и самую сухую голову. Его шаг был в полтора раза длиннее, чем у других. У него была тонкая нежная шерсть, высокий выход шеи и необыкновенная длина ног, говорящая о прочности связок и сухожилий…» Я много лет собирала все, связанное с породой, и отлично ориентировалась в родословных. Когда 2006-м пришла на курсы инструкторов, меня потрясло, что в учебно-прокатной смене работает жеребец-производитель Гарсак (еле нагуглила его фотку, последняя в подборке). Он был для меня каким-то мифическим созданием, родившим чуть ли не половину текинцев Петербурга. И вдруг я сижу на нем, и ничего мифического в нем нет — это просто пожилая (ему было 19 лет) послушная лошадка, ничем не примечательная, хоть и симпатичная. Еще в смене был его сын Елангаш. В итоге все курсы я проездила на самом сложном из учебных коней — жеребце-иноходце американской рысистой породы по имени Кросс, которого никто особо не любил и не хотел брать на занятие. А мне с другими лошадьми было скучно. Показательно, что кроме текинцев, которые считаются очень сложными в обращении и вообще воспринимаются как экстравагантная крайность, я больше всего люблю мосластых деревенских лошадей, лишенных какого бы то ни было изящества. Отличная иллюстрация моего неизбывного максимализма. За конным миром я не слежу уже очень давно, но как адепт бритвы Оккама часто обращаюсь к своим истокам. В комиксах про майора Грома встречаются безымянные фоновые персонажи. Когда для романа про лошадок мне понадобилось как-то назвать мать Алтана (в каноне она погибла, а в романе вполне жива и сыграла небольшую, но важную роль), я назвала её Юлдус (с/з в транслитерации этого слова взаимозаменяемы). В Кукушке мне понадобился оригинальный персонаж из той же семьи, и вновь я назвала его Юлдусом. На этот раз пригодилось и буквальное значение слова — «звезда». #буква_за_буквой#процесс

Так волшебно красиво!!! 🤩 У тебя кстати проза очень поэтичная. Даже в моем восприятии так, что ты будто пишешь стихи, просто в свободной форме)

Завтра принесу сборник, который изначально, еще в 2023-м, планировался парным к Дао беспредельности, — «Дао лошади». Так в принципе и получилось. В него вошли миниатюры и рассказы, написанные в 2023-24, 2010 и 2005-2007 годах. На эти тексты меня вдохновляли:…

И как же можно оставить пост про детей без иллюстративного материала. Самый знакомый мне ребенок — это я, на меня и поглазеем. 1. 18.11.88, 26-й день рождения Елены Валентиновны Кузнецовой, рядом супруг Эдуард Валерьевич Кузнецов, за кадром куча гостей, а…

🔠— то, что делает тебя мягче и может поднять настроение. Мягче меня определенно делают булочки и прочий хлеб, поэтому я стараюсь их лишний раз не есть. Но вообще этот вопрос в первую очередь напомнил мне о чужих постах про детей. Я не люблю детей и плохо…

🔠— то, что делает тебя мягче и может поднять настроение. Мягче меня определенно делают булочки и прочий хлеб, поэтому я стараюсь их лишний раз не есть. Но вообще этот вопрос в первую очередь напомнил мне о чужих постах про детей. Я не люблю детей и плохо переношу их рядом с собой (за мной уже выехали, как вы понимаете, но в свою защиту скажу, что с дитями я отлично умею ладить, они у меня даже едят и не орут), но мне всегда очень интересно читать, как они рождаются и растут. И наблюдать их в дикой природе тоже люблю, но в блогах обычно про детей пишут как про людей, а в природе слишком часто вижу, как родители их угнетают, так что это как раз портит настроение. Скорее всего интерес к родительскому блогингу у меня зародился в то лето, когда я нашла в деревне и прочитала книгу Где ваш дом, дети? Мне было лет 12. Писать про детей мне не настолько интересно, как читать чужие блоги, так что эта тема в текстах у меня далеко не в центре повествования. Хотя беременных и младенцев за последние годы написала немало. А ещё у меня есть статьи про мою работу с детьми в иппотерапии, они прям классные. #буква_за_буквой#процесс#источники

Снусмумрик еще в сентябре просила рассказать, есть ли у меня зависть к чужим текстам, именно к мастерству. Она привела свой пример: У некоторых писателей (и у меня в том числе) есть такой прикол: когда читаешь чужое, параллельно с восторгами расстраиваешься. Не то чтобы хочется писать, как кто-то, но всё равно какое-то сравнение проводишь, и твои тексты проигрывают. У меня такого нет, но эпизодически было в юности. Не прям зависть, а просто «я так не напишу». Я любила Пелевина и Сорокина, но они в основном писали крупную форму, и я понимала, что мне никогда не достанет мастерства именно в том, что меня в их книгах восхищает. Вот это ведение длинного, сложного повествования, запутанного, но складного, безумного, загадочного и цепляющего за душу. Большая форма в основном работает за счет сюжета и характеров, а мне никогда не было интересно писать сюжеты и характеры. Я писала ситуации и срез отношений, реакций, чувств. Так что это не была зависть, которая меня волновала. Скорее это была галочка «а вот в другой жизни я бы хотела уметь так». Интересно, что Сорокин просто перестал быть мне интересен, но я никогда в нем не разочаровывалась, а вот Пелевин чудовищно разочаровал в 2007 книгой “t”. Впрочем, и любила я его куда сильнее. Сорокин прицепом к нему ехал как близкий по темам и стилистике. А Пелевин был тем, на кого я равнялась и какого уровня владения текстом даже не надеялась достичь. Желания заглядывать в его последующие книги у меня так больше никогда и не возникло. У Сорокина в одном романе (см. фото💋, я заморочилась и нашла цитату) посреди лирического описательного повествования, изрядно отстраненного, вдруг возник слом не то четвертой стены, не то контекста. И это был для меня эталон власти над текстом, когда ты плавишь текст так, что он позволяет делать с собой что угодно, гнется под твоими руками и остается верен себе. Это радикальный пример, который я, кстати, использую как опору при написании эссеистики. Написав «Сказки Дикого леса» в 2020, я поняла, что достигла того, что меня подкупало в творчестве романистов. Научилась всему, что казалось мне недостижимым. Еще меня восхищал Павич, но его крупные формы были по факту компиляциями малых. Когда в 2015-м я научилась собирать свои миниатюры в сборники, то следовала именно его примеру. Мой первый сборник «Ракетное топливо» по примеру его книг носит подзаголовок «роман-расклад». Определенная зависть у меня была к авторам фанфикшна. Вот эта свобода в обращении с чужим пространством, чужими героями — я не представляла, как такое возможно. Если и писала крайне редко фанфики, то это были миниатюры, зачастую абстрактные, в основном дженовые и больше похожие на ориджи по мотивам. А ориджи именно в фандомной среде я никогда не читала и не знала никого, кому они были бы интересны. Джен я не читала тем более и не читаю до сих пор (за редким исключением). Короче, всю жизнь я считала, что писать фанфики мне не дано. И просто жила с этим, читала чужие. А потом наступил 2022-й, и мир перевернулся. Иногда я читаю чей-то текст, вижу крутую метафору и думаю: ого, а я такое не придумала, эта метафора слишком хороша для этого сомнительного в целом текста. Но это не про зависть, а про высокомерие в адрес тех, кто хуже умеет обращаться с языком и находит крутые штуки скорее случайно, чем систематически. Концептуально нет никакой разницы между хорошими и плохими текстами. Плохой текст может рассказывать хорошую историю, и его плохость не будет иметь никакого значения. Подавляющее большинство фанфиков, которые я читаю — а я читаю их дикое количество на русском и немало на английском — плохи для меня как текст, но хороши как история. Подавляющее большинство хорошо написанной нефандомной художки в последние лет 10 вызывает у меня раздражение и брезгливость категории зачем я это прочитала? Но плохая история может цеплять за живое какими-то деталями, и ее несостоятельность забудется, а деталь останется в памяти и обогатит опыт. #процесс#источники Предложить тему для поста можно в этом посте ладно, я не буду исправлять эту тавтологию

🌟 — песня, которая на повторе последние дни Поскольку я почти не слушаю музыку дома, у меня редко бывает что-то включено именно вслух. В голове периодически звучит что-нибудь, но сейчас — ничего. Пока писала последний роман, Эффект кукушки*, в голове звучали соответствующие песни. Ну и слушала их кругами — один раз в сентябре, когда роман разгонялся, и один раз в октябре, когда заканчивала. #буква_за_буквой#процесс * если размышляете, что подарить мне на ДР 9 декабря, можно прочитать роман и подарить отзыв. Но это сложное чтение, ближе к Джойсу, чем к фанфикам для дрочки.

я всё ещё никому не показываю впроцессники (и ленюсь дописать пост о причинах такого подхода).

❤️— одно твердое убеждение Все люди добрые© Иешуа Га-Ноцри Любопытно, что это убеждение я приобрела лет в 14, читая МиМ, но при этом до 20 лет была лютым мизантропом. Да и сейчас, хотя я весьма человеколюбивая, доброй меня назвать сложно. Сама себя я всю жизнь описываю как очень злую. Люблю цитату из Пелевина: «Пикачу был маленькой тихой свинкой, — подумал Стёпа, — но злые люди разбили его сердце. И он стал волком! Он теперь волк! Волк! Волк!» Еще у меня есть менее твердое убеждение, не очень соответствующее гуманистическому дискурсу. Я изо всех сил стараюсь никого не расчеловечивать, но снова и снова упираюсь в идею, что некоторые люди из верхушки в какой-то момент перестали быть людьми и перешли в категорию воплощений Уицраора. (Я в свое время не осилила «Розу Мира» Даниила Андреева, но в ней явно есть здравое зерно, а если кому-то хочется оспорить мистический опыт, описанный в книге, есть смысл прочитать «Священный котёл» юнгианского психоаналитика Лайонелла Корбетта. Он довольно наукообразный, но зато очень внятный). Касательно отказа от расчеловечивания преступников, мне очень близка идея, что авторам насилия нужна помощь психотерапевта, а не тупо заточение в тюрячке, где они окончательно теряют человеческий облик. И ещё я против смертной казни, на меня в свое время большое впечатление произвёл фильм «Жизнь Дэвида Гейла», на него даже есть смутные аллюзии в моем новом романе. #буква_за_буквой#источники#МforW

🇯🇵— щира Україна Хоть мне и лень, но читателей уважить надо. Есть такая песня у Он Юн «Украина без тебя». Украина для меня — это телевизионные фандомы (писала о силе этой любви в эссе Покажи мне любовь) и концерты, это любовь размером с мир, это дружба с Анной, которая мне очень много дала. 1. 3 мая 2010, Київ, Мариинский парк, вид на Левый берег (про эту фандомную поездку рассказывала в посте про Убойку) 2. 10 сентября 2010, Одеса (поездка к Анне) 3. 11 сентября 2010, Бiлгород-Днiстровський, крепость XII-XV вв. и Днестровский лиман 4. 25 мая 2012, Львiв (с той же поездки в Одессу осталось видео с концерта Барто) 5. 4 июля 2012, Киев, с Анной на Парковом мосту (выходной между съемками отборов Икс-Фактора, которые в тот год проходили в Международном Выставочном Центре на Левом берегу) 6. 15 декабря 2012, Гостомель, съемки прямого эфира шоу Икс-фактор (реально прямой, не запись, прикиньте) 7. Начало июля 2013, я в украинском телевизоре (эфир был в сентябре) любуюсь самым красивым мужиком украинского телевизора тех времен — Сергеем Васильевичем Соседовым. Тогда в конце июня и начале июля я провела 2 недели (с несколькими выходными в процессе) на съемках Икс-Фактора на студии СтарМедиа на Троещине. Это были одни из самых значимых дней моей жизни, их отголоски можно найти в романе «Жена Гильгамеша» (там буквально есть глава «Прямой эфир») и в пока не опубликованной серии миниатюр про любовь на фоне вокального шоу. 8. 23 ноября 2013, Киев, студия на бульваре Лепсе, прямой эфир Икс-фактора, старательно делаю вид, что фанатею по кому-то из участников, а не по жюришкам. Сутки в поезде, около суток в Киеве, сутки обратно, но оно того стоило. 9. 27 декабря 2014, Киев, акустический концерт группы Lumiere (на фото я с фронтменом Ромой Веремейчиком) 10. 1 января 2015, Одесса, Черное море (вид из дома Анны). Тогда я поехала в Одессу на Новый год (и на 3 концерта в Киев вокруг Нового года). Мне пришлось соврать бабушке, что я еду в гости в Новосибирск, и Одессу замело снегом так сильно, что встал транспорт и даже поезда в какой-то момент не шли (но я успела доехать без проблем). #фото#буква_за_буквой#процесс#женагильгамеша Бонус: 🅰️— щиколотка (синоним лодыжки) (Эту повесть можно прочитать, если вы достаточно смелые и открытые трудным темам, и подарить мне отзыв на день рождения 9 декабря.)