Московский винегрет

В 1762 году Екатерина II прибыла в Москву на коронацию. Ее сопровождал сын Павел, который внезапно тяжело заболел. Для лечения наследника призвали лучших медиков. Все обошлось, и в память об избавлении Павла Петровича от недуга было решено открыть в Москве больницу для бедных. Больница, получившая название "Павловской", разместилась в деревянных строениях в загородной усадьбе генерала Глебова, переданной в казну за долги. Первоначально там было 25 коек для больных, но уже в 1766 году был выстроен большой деревянный корпус с церковью и 2 флигеля для служащих. В 1784 году этот корпус сгорел, а другие строения сильно обветшали. После большого пожара решили, что целесообразнее возводить каменные сооружения, чем и занялся архитектор Матвей Казаков в 1802-1807 гг. Больница стала последней подтвержденной работой Казакова - в ходе строительства его обвинили в мошенничестве и лишили лицензии архитектора.

С Днем медицинского работника!

Сесть в галошу Это выражение появилось гораздо раньше резиновой обуви и идет от народной забавы – уличных боев. Тогда на сельских площадях мерились силами местные удальцы, а над теми, кто падал (часто в лужу) все смеялись. Но в те времена лужи назывались «калужами», а уж от этого слова и произошла «галоша» или «калоша».

Брюсов пер., 12 Здесь, через 24 дня после ареста в Ленинграде Всеволода Мейерхольда, в ночь на 15 июля 1939 г. «неустановленными лицами» была убита его жена – Зинаида Райх-Есенина. Бандиты, проникшие в квартиру через балкон, нанесли ей 8 ножевых ран. Убийцы знали: в квартире только она и 60-летняя домработница. Сын от Есенина, 19-летний Костя, накануне уехал к родне, а дочь, 21-летняя Татьяна, ушла буквально за три часа до трагедии. Громилы, как стало известно потом, шли наверняка, ибо за месяц до этого к жене Мейерхольда умело «подвели» юношу, который успел стать своим в доме. Он и забежал накануне, сразу, как ушла дочь. Проверял, нет ли кого лишних… Пишут, что Райх в момент нападения шла из ванной в спальню, что, получив первый удар, закричала: «Спасите, убивают!» Домработница, кинувшись к ней, заохала и получила чем-то по голове – мимо нее пронесся один из убийц и вывалился на лестницу. Домработница выбежала за ним, и дверь захлопнулась. А в квартире, пока искали дворника, пока тот отказывался ломать дверь до приезда милиции, истекала кровью Зинаида Райх. Убийц ждала за углом черная «эмка». Их не найдут. Исчезнет и «свой» юноша, и дворник. А Зинаида Николаевна, по слухам, умрет по пути в больницу… Квартиру ее сразу разделят и в одну половину вселится личный шофер Берии, а в другую – 18-летняя красавица из секретариата НКВД Вардо Максимилишвили. Она проживет здесь 53 года. Красавицу выселят отсюда, когда ей будет за 70, в 1991-м, по личному приказу председателя КГБ Крючкова.

В 1979 году приняли постановление «О консультативной помощи населению по вопросам семьи и брака». Тогда начали работать телефоны доверия и социально-психологическая служба. Супругам, столкнувшимся с проблемами в браке, помогали консультациями. Также для тех, кто искал спутника жизни, открылись клубы знакомств. Они делились по возрасту: «Кому за 30», «Кому за 40». Но москвичи относились к ним скептически, потому что в основном на встречи приходили женщины.

В Кунцево. У источника. 1900-е

«Белое солнце пустыни» 1970 год Исполнительница роли Катерины Матвеевны, Галина Лучай, не была профессиональной актрисой, женщина работала редактором в «Останкино». Но Галина обладала худенькими ножками. А Мотылю было необходимо показать ноги сочные, которыми только может грезить занесённый гражданской войной в азиатские пески крестьянин из российской глубинки. Режиссёр дал своему помощнику Конюшеву задание найти ноги для Катерины Матвеевны. Конюшев снял подвал на Кировском проспекте и смотрел на ноги проходящих женщин. После значительного количества оплеух и бранных слов от дородных советских женщин, Конюшеву все же удалось найти для съемок даму нужной фактуры. Имя женщины подарившей Катерине Матвеевне ноги неизвестно.

В мае 1898 года в Большом театре появился новый директор – Владимир Теляковский. Первые посещения Большого театра ошеломили нового директора: «Когда я, придя в первый раз на представление в Большой театр, захотел сесть на мое казенное кресло, то, к изумлению моему, заметил, что ручки кресла соединены медной палочкой, которую шедший за мной капельдинер стал удалять. На вопрос мой, зачем кресла запирают, полицмейстер театра объяснил, что такой порядок в Москве уже давно заведен для всех административных кресел, ибо часто москвичи не любят разбираться в номерах и садятся на казенные кресла, и если такой москвич хорошо выпил, то уж своего места никак не оставит иначе как со скандалом на весь театр. Бывали случаи, что даже и на запертые таким медным прутом кресла садились и старались прут согнуть ногами, чтобы не мешал сидеть. Таковы уж своевольные москвичи, и с такого рода озорством приходилось считаться». После назначения Теляковского больше замков на кресла не вешали…

Раскусить кого-то Выражение пришло к нам из тех времен, когда в ходу были монеты из драгоценных металлов. Подлинность монет проверяли на зуб, ведь драгоценные металлы без примесей были мягкими. Если на монете оставалась вмятинка, значит она настоящая, а если нет — фальшивая.

Москва 9 февраля 1918 года. «На Страстной толпа. Подошел, послушал. Дама с муфтой на руке, баба со вздернутым носом. Дама говорит поспешно, от волнения краснеет, путается. – Это для меня вовсе не камень, – поспешно говорит дама, – этот монастырь для меня священный храм, а вы стараетесь доказать… – Мне нечего стараться, – перебивает баба нагло, – для тебя он освящен, а для нас камень и камень! Знаем! Видали во Владимире! Взял маляр доску, намазал на ней, вот тебе и Бог. Ну, и молись ему сама. – После этого я с вами и говорить не желаю. – И не говори! Желтозубый старик с седой щетиной на щеках спорит с рабочим: – У вас, конечно, ничего теперь не осталось, ни Бога, ни совести, – говорит старик. – Да, не осталось. – Вы вон пятого мирных людей расстреливали. – Ишь ты! А как вы триста лет расстреливали? На Тверской бледный старик генерал в серебряных очках и в черной папахе что-то продает, стоит робко, скромно, как нищий… Как потрясающе быстро все сдались, пали духом!» И. Бунин «Окаянные дни» 9 февраля 1918 года.

(Продолжение) Этот визит, бурно обсуждался в офицерской среде, пока к гадалке не сходил Павел Пестель. Вернулся смеющимся: «Девица выжила из ума. Представляете, она предсказала мне веревку с перекладиной!» Все сбылось у них буквально. И тот, и другой были повешены. Причем у троих, в том числе у Муравьева-Апостола, оборвалась веревка и они живыми упали в ров под виселицей. Обычно сорвавшихся с петли миловали, но их повесили повторно.

Ст. Басманная ул., 23 здесь в 1810-х жил И.М. Муравьев-Апостол. Судьба сыновей его окажется ужасной. После восстания 1825 г. младший, Ипполит, не желая сдаваться властям, застрелится, средний, Сергей, будет повешен в числе пяти казненных декабристов, а старший, Матвей, получит 15 лет каторги. Когда еще 18-летний Сергей вошел с русскими войсками в Париж в 1814 г., то, посетил известную на всю Европу гадалку Ленорман. «Что же вы скажете мне, мадам?» – спросил он. Ленорман вздохнула: «Ничего, месье». Муравьев настаивал: «Хоть одну фразу!» И тогда гадалка сказала: «Хорошо. Скажу одну фразу: вас повесят!..» Муравьев опешил и, конечно, не поверил: «Вы ошибаетесь! Я – дворянин, а в России дворян не вешают!» – «Для вас император сделает исключение!» – грустно подвела итог Ленорман.