Уроборос Юнгера

Вчера с переводчицей долго обсуждали переведённый дневник Банин, раздумывали, какие ещё отрывки из книг мы добавим к изданию. Не обошлось без упоминания местожительства Юнгера в Париже – гостинице "Рафаэль" (где, кстати, произошла та самая бургундская сцена). Банин жила в нескольких кварталах оттуда, и мы предположили, что наверняка в том доме остались жильцы, которые ещё помнят Банин и могли бы рассказать о ней. Вечером я решила включить кино, о котором давеча узнала – «Квартира». На его съемках познакомились Беллуччи и Кассель. 12 минута фильма: в руках главного героя ключи с надписью «Raphael Hotel», а еще через несколько секунд на экране появляется фасад того самого здания, перед которым я уже стояла не один раз. Да, это была та самая гостиница. Среди сотен тысяч фильмов и сотен гостиниц Парижа…

https://youtu.be/gaTXzzjr0XE

#болото_мистецтва У тебе погляд Юнгера на війну. В мене теж. Ми різні. @ozertce

​​Глубокоуважаемый герр Юнгер, Во время нашей последней встречи в Мюнхене — во время вашего доклада на чтениях «Искусство в техническую эпоху» — у меня возникло желание, чтобы вы, Гейзенберг и я могли бы насладиться часом беседы. О чём, спросите вы? О том, что никто из нас не имеет права обсуждать в одиночку. Час для такой беседы не может быть назначен заранее; беседы, в которых имя, произведения и личность говорящих исчезают, и где невыразимое выразило бы себя для них, возможно, являются только мечтой. Когда в последний раз мы обменялись приветствиями с разных сторон улицы посреди потока дорожного движения, мне показалось, что в те дни прошел благоприятный момент. Сколько таких моментов мы пропускаем незамеченными! Для того, чтобы поймать тот или иной из них, не нужно спешить, а лучше собрать их, рассмотреть в ретроспективе прошедшую возможность, пытаясь увидеть, не последует ли из нее другая возможность. (Martin Heidegger. Aus einem Brief an Ernst Jünger / 20 November 1953) Иллюстрация: Werner Heisenberg, Ernst Jünger et Martin Heidegger, Bayerische Akademie der Schönen Künste, München, 1953

Я уже не вспомню, где именно я прочитала о существовании этого фото, но это было давно. Я думала, что когда-то доберусь до архивов Марбаха и там-то его увижу: пятилетний Эрнст стоит рядом с игрушечной лошадкой. Кажется, теперь и я, и вы видели всё.

С лицами дело обстоит как с картинами: хотя они часто нравятся нам с первого взгляда, мы лишь позднее распознаем заложенные в них закономерности. Сегодня мне кажется: притягательная сила, свойственная этому человеку, основывалась на том, что в нем совершенно не чувствовалась склонность к подчинению. А такое встречается крайне редко — если, конечно, не учитывать детей, еще не научившихся говорить. Склонность к подчинению не имеет ничего общего с социальным положением; она есть не что иное, как утрата изначально присущей человеку стихийной силы — и, соответственно, его потребность любой ценой обрести зависимость от какой-то высшей инстанции. Человек капитулирует так же, как крепость: после того как стены ее проломлены, она вскоре становится общедоступной в каждой своей точке, и в ней уже не найдешь ни силы, ни тайны. Африканские игры

Начал письма Геббеля, чтение, которое наряду с его дневниками уже не один раз поддерживало меня в жизни и придавало силы. На нас всегда благотворное воздействие оказывает знание того, что кто-то до нас уже находился на этой галере и держал себя на ней достойно. Карлсруэ, 2 декабря 1939