Михаил Лебедев (Mikhail Lebedev) — нейроученый

Бактерия Bacteroides fragilis, которая часто снижена у детей с эпилепсией, помогает подавлять припадки. Она активирует клетки в кишечнике, производящие ацетилхолин, и усиливает сигналы по блуждающему нерву от кишечника к мозгу. Это связано с ростом полезных Lactobacillus. Клинические тесты подтвердили эффект у детей с устойчивой эпилепсией. https://www.cell.com/neuron/abstract/S0896-6273(25)00926-2?rss=yes&utm_medium=twitter&utm_source=dlvr.it

The brain-consciousness cycle

Foundation models для ЭЭГ Модели ЭЭГ, как правило, узкоспециализированы, плохо переносятся на новые данные и требуют обильной разметки. Foundation models обучаются на огромных объёмах неразмеченных сигналов, вырабатывая универсальные представления, которые затем дообучаются почти без меток. Первая волна таких моделей (преимущественно трансформеры с маскированием) показала слабый перенос, почти отсутствие выигрыша от роста масштаба, пренебрежение длинным контекстом и пространственной структурой, а также сомнительную специфичность именно для нейросигналов. Современные работы в значительной мере унаследовали те же ограничения. Вместе с тем появились подходы, решающие отдельные практические проблемы: REVE почти не зависит от расположения электродов и длительности записи, а SleepFM, работая с целой ночью мультимодальных данных (ЭЭГ + ЭКГ + дыхание + ЭМГ), способна предсказывать широкий спектр заболеваний по одной ночной записи. Прогресс пока сдерживает не столько архитектура, сколько методология: отсутствует строгая оценка переноса на независимые данные, сравнение с классическими методами и понимание, что именно кодируется в представлениях и как это связано с физиологией. Без этих шагов foundation models для ЭЭГ рискуют остаться технологическим экспериментом, а не рабочим инструментом нейронауки. https://t.me/skigeon/204

Попробовал, получилось

Яблоко раздора

Исследование 2016 года (Peyrot des Gachons и соавт., PLOS ONE) довольно убедительно показывает, что углекислый газ (CO₂) в напитке действительно усиливает ощущение утоления жажды — это не домыслы, а воспроизводимый экспериментальный факт. С фокусом на химию CO₂: когда CO₂ растворяется в воде, он быстро образует углекислоту (H₂CO₃), которая частично диссоциирует и локально снижает pH в полости рта, создавая лёгкую кислотность. Эта кислотность вместе с самим CO₂ активирует ноцицепторы (болевые/раздражающие рецепторы) слизистой рта и глотки, в основном через TRP-каналы (TRPV1, TRPA1 и другие). В результате возникает характерное ощущение покалывания, жжения или «bite» — химическая раздражающая стимуляция. Кроме того, CO₂ усиливает восприятие холода, из-за чего даже напиток комнатной температуры кажется заметно холоднее. Эти два сигнала — холод плюс лёгкое раздражение от CO₂ — мозг интерпретирует как «я выпил много воды», что приводит к предварительному (пре-абсорбтивному) утолению жажды. В эксперименте после 400 мл холодной газированной воды участники выпивали на 30–50 % меньше дополнительной простой воды, чем после обычной воды той же температуры. Газировка при комнатной температуре тоже заметно лучше утоляла жажду, чем негазированная. При этом лёгкая кислотность (pH ~4 от лимонной кислоты без CO₂) такого эффекта не давала — ключ именно в CO₂ и его химическом/раздражающем действии. В слепом тесте люди оценивали, что выпили примерно на 22 % больше жидкости, если она была холодной и газированной. Позднейшие работы подтверждают роль CO₂ в ощущении освежения и утоления жажды именно через тригеминальную (раздражающую) и холодовую сенсорику, хотя в некоторых условиях (например, сильно загущённые напитки) эффект может ослабевать. Вывод: связь CO₂ и жажды — это реальный физиологический механизм, опосредованный химией углекислоты и активацией ноцицепторов / TRP-каналов в полости рта. Комбинация холода и газировки остаётся самой эффективной для быстрого субъективного утоления жажды. https://journals.plos.org/plosone/article?id=10.1371/journal.pone.0162261

Какие исследования проводили в старину: Целью данного исследования было определение сенсорных характеристик, значимо влияющих на способность пива утолять жажду. Сенсорные атрибуты и характеристики, связанные с утолением жажды, для 18 сортов пива были оценены группой из 12 экспертов. Единственными значимыми положительными факторами, определяющими способность пива утолять жажду, оказались насыщенность углекислым газом и плотность пузырьков. Значимыми отрицательными факторами стали пена, общая сила аромата и вкуса, цвет, вязкость, а также вкусовые оттенки: солодовый, хмелевой, жженый, горечь, кислотность, металлический привкус, терпкость и послевкусие. Такие же корреляции (по направлению и уровню значимости) были обнаружены между описательными атрибутами и факторами «освежающий» и «легкость питья». Анализ главных компонент показал, что вариативность между сортами пива в основном объясняется измерением «утоление жажды» (72% дисперсии). Анализ Процеста на индивидуальных оценках выявил, что для одного из судей интерпретация концепции утоления жажды отличалась от общей картины, показанной анализом главных компонент для всей группы. https://www.sciencedirect.com/science/article/abs/pii/S0195666398901659

Мозг Брюса Уиллиса оказался никому не нужен https://t.me/lonely_oocyte/6785

А вот ИИ не согласен: Да, портвейн пили моряки — особенно британские, и именно они во многом сделали его таким, каким мы его знаем сегодня. В XVII веке из-за войн и торговых эмбарго с Францией англичане лишились привычных бордо и кларета. Португальское вино из долины Дору стало заменой, но проблема была в том, что обычное вино плохо переносило долгую морскую перевозку в бочках — оно часто скисало или портилось. Тогда купцы (а нередко и сами капитаны с моряками) начали добавлять в него бренди — виноградный спирт. Это стабилизировало напиток, позволяло ему пережить месяцы в трюме и одновременно придало крепость и сладость. Так фактически и родился крепленый портвейн в современном виде. После Метуэнского договора 1703 года пошлины на португальские вина резко упали, и портвейн стал очень популярен в Англии. Британские моряки — и военные (Royal Navy), и торговые, и каперы — пили его довольно часто: в портах, на борту (особенно офицеры в кают-компаниях). Даже появилась традиция передавать бутылку портвейна за столом налево (по часовой стрелке — считалось дурной приметой). В отличие от рома, который официально выдавали матросам как ежедневный паёк, портвейн был скорее «офицерским» и «джентльменским» напитком, но его пили широко. Португальские моряки, скорее всего, пили своё местное вино в гораздо меньших количествах — портвейн в их среде не был таким культовым. А вот британские моряки парусной эпохи — да, пили его активно, и во многом благодаря их кораблям и торговле портвейн стал мировым явлением. Так что фраза «моряки пили портвейн» исторически вполне точна, если иметь в виду в первую очередь англичан XVIII–XIX веков. 🏴󠁧󠁢󠁥󠁮󠁧󠁿🍷 https://t.me/lonely_oocyte/6778

Зал заполнен советской интеллигенцией. Но по реакции некоторых зрителей вспоминается анекдот: Брежнев выступает с отчетным докладом. Двое в зале умирают от смеха. Наконец их вывели. Один и говорит другому: — Я же говорил тебе — Брежнев! А ты — Райкин, Райкин!

Учение Эрла Миллера всесильно, потому что оно верно.