Scriptorium

Критично настроенная к российскому политруководству интеллектуальная мысль пытается в текущей реальности сформулировать свои прогнозы относительно вероятности системного кризиса в стране. История с ценами на куриные яйца и отключение отопления в сотнях многоквартирных домов Подольска – наводят на эту мысль, но алгоритмы реагирования властей тут известны и их не стоит недооценивать. С февраля 2022 г. внимание социума переключилось на СВО и этот вектор сохраняется почти два года. Отвлечение внимание социума от локальных и социально-экономических проблем происходит и этот эффект социологически продолжает действовать хотя и выявляет свой потенциал истощения. При этом и стадия накопления проблем продолжается. Каскад постоянных социально-экономических сложностей и преобладание негативной повестки (от роста цен на продукты питания до уничтожения бродячих собак в регионах) может дать негативные мультипликативные эффекты, но у власти есть ряд значимых амортизаторов и ограничителей. Вот лишь некоторые из них: 1.Готовность общества терпеть ухудшения (т.н. стратегия понижающей адаптации). 2.Реально высокий уровень поддержки власти, который, конечно, не на уровне византийской социологии, но тем не менее. Эффект консолидации в условиях Внешнего врага усиливает лоялизм. 3.Готовность властей снижать стандарты социальной политики (в случае необходимости): происходящее в сфере здравоохранения в регионах тут очень показательно. 4.Информационное доминирование власти, которое позволяет сделать для общества невидимыми и неосознаваемыми некоторые системные проблемы социальной жизни. В этом плане такие информационные жвачки как «Голая вечеринка» можно производить столько сколько нужно, хоть каждый день: люди будут потреблять все, что угодно без особой пользы для себя. 5.Готовность власти жестко подавлять социальное несогласие и протест. Это особенно заметно по тому как, например, некоторые губернаторы (чаще всего в небогатых регионах) нейтрализуют (подавляют/бетонируют – глаголы можно варьировать) локальные протесты (например, экология, зоозащитники). Общий вывод: мультипликация негативной повестки, даже если она будет в ближайшие годы, не способна кардинально повлиять на доминирование правящего класса. Тем более, когда сохраняется рыночная экономика или, точнее, полурыночная, которая по своим очертаниям становится похожа на страны соцлагеря типа Венгрии или Чехословакии. Однако будущее не определено и неизвестных слишком много для точных прогнозов. Скорее, в этих условиях важно правильно составить матрицу для таких сценарных прогнозов и периодически их формулировать, корректировать и дополнять. Прежде всего для самих себя, чтобы оставаться думающими и самостоятельными людьми. P.S. Всех читателей канала с наступившим Новым годом и Рождеством. Развивайтесь и мыслите самостоятельно.

Извиняйзинг (обойдемся без латинских букв во фразеологизме) – может представлять собой очень грозный инструмент воздействия на любой сегмент общества, но массовым пока не станет. Тезис о том, что с помощью извинений участников «Голой вечеринки» происходит передел в сфере шоу-бизнеса отнюдь не лишен оснований. С помощью извиняйзинга толкают локтями тех, кто иноагентом не является и становится им не торопится. Плюс и несистемная оппозиция тут пытается добавить масла в огонь и «берет» Н. Ивлееву «в свои ряды». Извиняйзинг как инструмент, демонстрирующий околовластным группам их место в иерархии, может обширно применятся. По отношению к спортивным функционерам, деятелям шоу-бизнеса, бизнесменам, которые совершили «морально необдуманные поступки» и далее по списку. Востребованность извиняйзинга в том, что он может хорошо соотноситься с реальной социологией. Действительно хлебнувшего ресентимента и пребывающему в состоянии постоянных экономических сложностей глубинному народу не нравится роскошь (разврат) околовластных бенефициаров в столичных тусовках. Не нравится в принципе собчаковский образ жизни, тем более, в такое время. Все их (не только с помощью извиняйзинга) могут легко превратить в паразитов и далее врагов народа в массовом сознании. Губернаторы и мэры (вплоть до самых мелких городов и глав поселений) тоже бы рады поставить извиняйзинг на вооружение против своих врагов и критиков, но пока им это пока делать не дают. Извиняйзинг могут (потенциально) применять государственные акторы, обладающие концентрированным (а не ситуативным) силовым ресурсом. Концентрация сверхбогатств в руках верхушки делает не столь вероятным принуждение к извиняйзингу в отношении всех остальных. Например, тех, кто не одобряет курс развития государства. Но и выражать неодобрение становится крайне опасно. В этом плане тезис античного релоканта и философа Эпикура «живи незаметно» давно уже рассматривается в качестве экзистенциального многими думающими людьми.

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук О социально-философских обобщениях 2023 г. (окончание ч. 1,2, 3, 4, 5, 6): Региональные аспекты 29. Периферийная Россия как ориентир. На первый план в этом году ожидаемо вышла т.н. периферийная Россия, то есть жители сельской местности, малых и средних городов страны. Они несут наибольшие тяготы военного ремесла, в эти локации пришли столь ожидаемые деньги. Но, с точки зрения позиционирования власти, важно то, что именно к ним (а также пенсионерам) чаще всего апеллирует руководство страны. Жители периферийной России и пенсионеры – это скрепляющее большинство. Впрочем, важнейшим ориентиром, по крайней мере, стилистическим становятся новые территории. 30. Губернаторы: расширенные полномочия и повышение управляемости. Фактически с момента частичной мобилизации полномочия глав регионов увеличились. Это заметно и потому, что многие мэры попадают под каток антикоррупционных расследований, но не губернаторы. 31. Дистанция муниципальной и региональной власти от граждан. Дистанция сохраняется. Власти ожидаемо отказались от сокращения числа муниципалитетов, которое предполагали законы о публичной власти, так как на местах сейчас важно иметь своих представителей. Тем не менее, губернаторы дистанцируются от локальных проблем, а муниципалитеты не имеют для их решения значительного количества ресурсов. Это производит постоянное социальное недовольство, но его значение преувеличивать не стоит. Опять-таки существенной динамики в этом вопросе нет. 32. Прифронтовая безопасность & режим экономии. По итогам года понятие «прифронтовые регионы» сформировалось отчетливо. В уходящем году были и многочисленные атаки дронами на столицу, но с этим вызовом государство успешно справилось. 33. Дифференциация локаций. Дифференциация по линии столично-мегаполисная и периферийная Россия усилилась: это отчетливо показывает разная реакция на право регионов уничтожать бродячих собак. То, что неприемлемо для Москвы и мегаполисов, активно продвигается (и, к сожалению, реализуется) в Бурятии и, скорее всего, будет реализовываться в других регионах. 34. Общий вал бытовых проблем: рост цен, ЖКХ, здравоохранение, локальные проблемы - все это привычным грузом ложилось на плечи жителей регионов. Не лучше и не хуже: как обычно. Одна из особенностей – заметны проблемы в здравоохранении, которые связываются с уменьшением финансирования отрасли на фоне ковидных лет, когда финансирование было повышенным. 35. Лояльный центр, полулояльная периферия. Число лояльно настроенных к власти граждан в столицах выросло: это требует отдельного осмысления, но это очень важный фактор. Лояльны властям сейчас богатые и жители центра, а среди бедных и жителей периферии недовольных больше. Еще 10-15 лет назад протестный потенциал связывался с жителями столиц, но времена Болотных прошли.

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук О социально-философских обобщениях 2023 г. (продолжение ч. 1,2, 3, 4, 5): Экономика 24. Потребительское: долларо-инфляционное измерение. Весь год сохранялся высокий (местами очень высокий) уровень инфляции. Рост цен на продукты питания и товары первой необходимости – это то, что больше всего беспокоит большинство россиян. В 2023 г. не удалось избежать резкого ослабления рубля к мировым валютам, а также роста цен на бензин. Косвенным образом, за счет сокращения субсидий производителям бензина и авиаперевозчикам, государство перекладывает на граждан тяготы ситуации. Но все это в пределах допустимого: социум надеется, что резких ухудшений избежать получится. Тем не менее, потребительские ожидания далеки от благоприятных. 25. Импортозамещение и стимуляция потребления внутри страны. В своей логике власти делают то, что считают правильным и работающим. Насыщают деньгами часть граждан (участники СВО, получатели социальных пособий) и стимулируют импортозамещение. Это реально работает с точки зрения насыщения экономики кровью, то есть деньгами. Однако санкции имеют долгосрочные негативные эффекты, а дефицит рабочих рук выглядит как серьезная проблема в средне- и долгосрочной перспективе. За счет выходцев из солнечной Центральной Азии ее не решишь. 26. Экономика двух контуров. В стране создается новая экономика, состоящая из двух контуров. В одном находятся особые отрасли и предприятия, которым предоставляются льготные кредиты, госзаказы, создаются условия для подготовки кадров и прочие преференции. В другом – все прочие: малый бизнес, жилищно-коммунальные службы, для которых постоянно растут кредитные ставки, а кадры утекают в другой контур. В долгосрочной перспективе подобная система способствует деградации второго контура при отсутствии развития в первом. 27. Дисбалансы и запасы прочности. Растут и начинают прорываться в виде отдельных проблем дисбалансы в экономике. Механизмов устранения недостаточно, более того, дисбалансы усиливаются, поэтому проблемы решаются по мере их возникновения, в основном – путем перераспределения ограниченных ресурсов, что может устранять текущие, но создает предпосылки для возникновения новых. При этом запас прочности в экономике все равно большой или очень большой. 28. Этатизм VS Рыночная экономика. Формальное сохранение рыночных отношений сопровождается значительным усилением роли государства в экономике. В ход идут самые разнообразные механизмы – национализация активов, введение и оперативное взимание новых чрезвычайных налогов, управление отдельными операциями (установление контроля над валютными потоками экспортеров), рекомендации по добровольному ограничению цен на отдельные товары. (Продолжение следует)

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук О социально-философских обобщениях 2023 г. (продолжение ч. 1,2, 3, 4): Социум 19. Сертифицированные зрелища. Этот год усилил мнение кураторов о том, что общество будет потреблять то, что ему, так сказать, предложат (тут возможны другие глаголы). Речь - о музыке, спорте и т.д. Формирование вкусов и предпочтений граждан обволакивающим образом идет активно и, скорее, результативно. Вытеснения западной музыки или фильмов не происходит, но существенное потеснение есть. Как и нелояльных властям музыкантов и деятелей шоу-бизнеса. Shaman не вытеснит А.Пугачеву в историческом плане, но в среднесрочной (не долгосрочной) перспективе он будет громче. Аналогично - и по писателям и т.д. 20. Маргинализация протеста. С устранением несистемной оппозиции несистемными могут стать те, кто демонстрирует лояльность руководству страны, но выступает против региональных властей или отдельных несправедливых (как они считают) решений. К таковым в уходящем году могут быть отнесены экологи, зоозащитники, близкие мобилизованных, а также представители медицинского сообщества. В меньшей степени - обманутые дольщики и сироты, которым региональные власти вовремя не предоставляют жилье. Протест в стране маргинализируется. Установка: протестовать в условиях давления внешнего врага не следует. Тем не менее, по мере адаптации социума к реалиям, ситуация меняется. Уровень протестных настроений стабилен: не растет и не падает, хотя практически вся протестная инфраструктура демонтирована. 21. Русскость. Подчеркивание чувства национальной гордости за доминирующую в стране нацию становится определяющим с точки зрения общественных настроений. 22. Мода на доносы. Пока не сформирована, но определенными околовластными акторами стимулируется. Пока - околовластными, но создаются условия для более интенсивного распространения этих практик. М.Булгаков в свое время в «Мастере и Маргарите» писал, что квартирный вопрос испортил советских жителей. Практика горизонтальных доносов расцветала, в том числе, и из-за коммуналок и раздражения относительно соседей. В человейникизированной России с этим получше, хотя есть профили граждан в соцсетях, которые тоже могут стать объектом для доносов. 23. Демогрфический вызов. Биополитическое требование власти к гражданам рожать все больше уже постепенно выходит за рамки фоновых. Аборты не запрещены, но и не поощряются властями. Такая позиция соответствует традиционализму, но корень демографических проблем никто устранять, похоже, не намерен. (Продолжение следует)

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук О социально-философских обобщениях 2023 г. (продолжение ч. 1,2 и 3): Отдельные социальные страты 15. Подавляющее большинство общества остается аполитичным, но выражает поддержку или реально поддерживает (в силу различных причин) действующую власть. Конструкция выглядит достаточно забетонированной. 16. Внутренняя эмиграция. Значительный сегмент граждан уходит во внутреннюю эмиграцию, и диагностировать его настроения социлогически кратно сложнее. Тем не менее, идеологизированный внешне, но аполитичный по сути социум остается подвержен формированию общественного мнения в возрастающих значениях. Контуры одномерного социума прослеживаются. Инакомыслие все меньше поощряется, хотя любое оригинальное мышление – это выражение инаковости. 17. Релоканты: «отрицательный рост». Стоит согласиться с тем, что значительная часть релокантов возвращается назад. Государство точечно «подкрутило гайки», в том числе и за счет воздействия на работодателей, которые запрещают релокантам работать на «удаленке», хотя это практично и современно. Почти единственное достижение ковидных лет отправляется в полузаархивированное состояние в России. Плюс формируются и фоновые ограничители для релокации: ослабление рубля к мировым валютам, а также антизападные настроения. Однако отток квалифицированных специалистов, айтишников и талантливой молодежи продолжается. Государство будет бороться с этим, в том числе и за счет стимуляций, а не ограничений. В советское время сформировалась дилемма «физиков и лириков» в том смысле, что научные кадры технических и естественнонаучных специальностей ценились несоизмеримо выше, чем гуманитарии или творческая интеллигенция. Схожая диспозиция айтишников и гуманитариев есть и сейчас: первые очень нужны, вторые вредны (если, конечно, они не талантливые пропагандисты). Показательно, что в стране уменьшается количество ученых, а некоторые «ученые» публикуют в научных журналах махровую конспирологию. 18. Антимигрантские настроения. Год показателен с точки зрения роста антимигрантских настроений. И это на фоне очевидного дефицита рабочих рук в экономике. Значительный негатив части социума вызывает позиция безбилетников-мигрантов: российское гражданство получать многие из них хотят (пользоваться благами и привилегиями), а вот тяготы (военная служба) нести не желают. Показательны и решения властей ряда регионов запрещать мигрантам работать в сфере обслуживания или на транспорте. Иными словами, мигранты оформляются в российском социуме как сословие батраков, и они должны знать «свое место». Лишение гражданства за преступления тут тоже показательны. Хотя дальнейшее усиление присутствия выходцев из Центральной Азии в столично-мегаполисной части страны не вызывает сомнений. (Продолжение следует)

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук О социально-философских обобщениях 2023 г. (продолжение ч. 1 и 2): Власть 9. Секьюритизация политической жизни. При принятии значимых решений ключевым окончательно стал фактор безопасности, во многом в ущерб экономической эффективности и социальным ожиданиям. Тем не менее, секьюритизация, которую усиливает еще и silovikiзация, ключевых процессов и расширения присутствия этих акторов во власти абсолютно легитимна и, по большому счету, инвариантна в общественном сознании. Ограничения на выезд за границу для чиновников и ряда других категорий в этом плане показательны. 10. Усиливающийся этатизм. Государство продолжило усиливать свое влияние на все ключевые процессы в обществе: экономику, политику, культуру, спорт и т.д. Россия – крайне этатизированная страна, в которой тезис о государстве как сверхценности сформировать среди масс достаточно несложно. Эта, в целом социоцентрическая (или в данном случае государственноцентрическая) установка, обычно несвойственна индивидуализированным и атомизированным обществам развитого модерна, но в России иначе. Неудивительно, что чиновники, курирующие внутреннюю политику, уверены в том, что они способны формировать у общества вкусы и предпочтения относительно досуга. 11. Запрос на политическую конкуренцию и замена политики управлением. Даже считавшийся ангажированными византийскими политологами (которые, строго говоря, высказывают не свое мнение) самым слабым глава Хакасии В.Коновалов смог переизбраться на новый срок. Наряду с выборами главы Турции, это было, пожалуй, одним из тех событий, которое удовлетворяло запрос части социума на конкуренцию. 12. Пригожин & Вертикаль: с ним и без него. Возвышение Е.Пригожина достигло ожидаемого пика в начале года, и дальше было управляемое (не им) падение. Очевидно, что сегмент симпатизирующих ему в российском обществе есть, но меньше всего их среди представителей правящего класса. «Марш справедливости» (без кавычек называть его нужно иначе – бунт) привел к ожидаемой кульминации. А после событий в августе в Тверской области стало понятно, что время как бы системных, а на самом деле несистемных и военизированных акторов быстро прошло. Польза для власти от них ситуативна, а стратегический вред и даже опасность очевидны. Еще одна побочная реакция: снижение градуса Z-патриотизма, обуздание Гиркина и т.д. Фанатиков, отличающихся от курса власти самодеятельностью, быть не должно. Спокойней нужно быть и лояльнее: это стандарт политического поведения. 13. Минимизация публичных проявлений элитной конфронтации. Общая установка на минимизацию проявлений внутриэлитных конфликтов заметна. Уменьшение т.н. «мочилова» и сливов в телеграм-каналах, а также активные ответы т.н. вымогателям - тому свидетельство. В целом вертикаль принимает логику о необходимости минимизации публичных проявлений конфронтации отдельных представителей правящего класса. 14. Диссиденты и несистемщики: ожидаемая утрата влияния. Сделавшие ставку на распад России западные правительства явно проиграли, но зато накормили горстку маргиналов и откровенных политических туристов. Национальные окраины тесно интегрированы в российский социум, в том числе и экономически, сепаратистские настроения тут сведены до маргинальных позиций. А вот события на Ближнем Востоке и реакция на них в республиках Северного Кавказа показали, что риски палестинизации среди исламского населения страны есть. Впрочем, тут уместно говорить не об антисемитизме, а о любой ксенофобии. Но в целом российский социум пока резистентен к антисемитизму, но не к ксенофобии. (Продолжение следует)

Подведение социально-философских итогов года на «Кремлевском безБашеннике» будет идти всю рабочую неделю, но уже сейчас к ним можно добавить еще один итог, стилистический. Если коротко: всем богатым и статусным нужно вести себя скромно/скромнее. На прошлые новогодние празднества власти дали внушительный отпор региональным депутатам, решившим продемонстрировать свой роскошный стиль жизни в Мексике и ОАЭ. В этом году с помощью подсветки «голой» вечеринки «богемы» дается сигнал всем остальным: скромнее нужно быть всем, у кого есть деньги, статус и положение. Бюрократия это уже давно смекнула, в том числе и в плане выездов за границу, но чиновниками дело не ограничивается. Понятно, что кейс обеспечивает отвлечение внимание социума, однако тут и тренд просматривается. Для бедных и усредненных слоев населения – это такой если не бальзам на душу, то впрыск адекватности, ведь времена сложные. И никак нельзя жировать демонстративно в условиях СВО. Многим (не слишком дальновидным) кажется, что это «временно» и «не совсем всерьез», однако тренд явно пуританский, он показывает, что скромнее нужно быть. Роскошь демонстрировать не стоит, она переходит в келейный формат, формат закрытых тусовок. Лукавое двоемыслие тут значимый адаптивный механизм для околовластных деятелей с обширными финансовыми (но не политическими) возможностями. Вот такое вот (нео)пуританство евразийской реальности. https://t.me/kremlebezBashennik/36279

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук О социально-философских обобщениях 2023 г.: Тренды и стилистика 5. Единогласие. Социум подходит к постепенной утрате своей дифференциации. Он становится единогласным, но путь в эту сторону неблизкий, и не факт, что он будет пройден полностью. Власти умеют нащупывать нужный для них ситуативный баланс. Тоталитаризация социальности и утрата социумом разнообразия все же заметны: российская социальность в значительной степени дифференцирована по ценностям, стилям жизни, образу мышления и т.д. Однако в последние годы тенденция на унификацию (гомогенность) по принципу «мы такие как все» становится все более заметной. Речь как об уровне доходов, так и о паттернах мышления. Это - несоветская структурация социума, в рамках которой столичные агломерации отличались от всех остальных, а в целом социум был гомогенным, и лишь национальные и отчасти конфессиональные особенности вносили некоторую дифференциацию. До этого состояния (на уровне начала Перестройки) российский социум далек, но backward-вектор направлен в ту же сторону. 6. Социальный оптимизм. Никаких упаднических настроений в социуме нет. Есть депрессии и расстройства у части граждан: в марте 2022 г. был заметен запрос на психологов и транквилизаторы, но сейчас все стабилизировалось. Хотя обоснованно говорить об экономических улучшениях вряд ли возможно. Большинство надеется, что резких ухудшений ситуации получится избежать. Вполне себе рабочие и эффективные установки для того, чтобы пережить сложные времена. 7. Ожидания завершения СВО. В этих условиях воспринимаются как не слишком сбыточные. Обозначать запрос на мир можно, но упорствовать не стоит. В этом плане для социума и дальше будет фоновое положение этого запроса: условий для его концентрированного обращения нет. 8. Евразийская Россия. Антизападные настроения в России достигают очень высокого уровня, и это на уровне социального конструктивизма приводит к институционализации понятия «евразийская Россия», но с новыми коннотациями. Россия – не Запад и не Европа, а в лучшем случае - околоевропейская цивилизация, которая на уровне практик, стандартов и ценностей не просто отдаляется от Европы, но бросает ей цивилизационный вызов. Вместе с Китаем, Ираном и даже Африкой. Аналогии с Турцией в плане околоевропейскости уместны, но политическая конъюнктура - разная. (Продолжение следует)

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук О социально-философских обобщениях 2023 г.: Обобщения и стилистика В социально-философском плане говорить об обобщениях к концу календарного года можно, скорее, в аспекте социального конструктивизма: в обществе принято подводить итоги календарного года, хотя уходящий, с точки зрения ключевых процессов, является логическим продолжением событий 2022 г. И с точки зрения процессуальной логики выделять его в отдельный этап особого смысла нет. Тем не менее, с точки зрения формирующегося контура, год был показательным. Нумерация по постам - сквозная. 1. Темпорально и феноменологически: 2023 г. - не 2022 г., было меньше стресс-факторов и больше условной и шаткой, но все-таки стабилизации, которая как воздух необходима аполитичному российскому социуму. В то же время, уходящий год - никак и не 2021 г., довоенный. К реалиям довоенным страна не приближается и даже, скорее, наоборот. Это данность. Жизнь до СВО и после нее станет широко употребительным оборотом для наших современников: более широким, чем деление на доковидные и ковидные годы. 2. Адаптация. С точки зрения социальных настроений, год характеризовался стабилизацией и ментальной адаптацией. Социальные психологи любят говорить: то, что происходит с человеком – это 10% события и 90% - как он на них реагирует. Социум ментально адаптировался к реалиям СВО, хочет жить привычной жизнью с некоторой поправкой на происходящее. Поправку эту игнорировать нельзя, но сохранение устойчивого аполитизма наблюдается. Собственно, аполитизм и жизнеутверждающие установки большинства россиян обеспечили высокую адаптивность. 3. Запрещено все то, что не разрешено. Именно такая запретительно-охранительная стилистика уже стала российским мейнстримом. У социума нет ресурсов и возможностей высказать свое отношение к ней или несогласие. Это принимается в рамках стилистики осажденной крепости. Для нашей страны с ее советским опытом все это привычно, особенно для тех, кто старше 40. Остальные (более молодые) привыкают и привыкнут. Социокультурная матрица ведь единая, и она воздействует на всех. 4. Идеологизация социума. В то же время становится заметно, как государственная власть активно идеологизирует социум. Если быть точнее - не столько социум, сколько публичную сферу: социум же остается аполитичным, но подверженным лишь фоновой идеологизации. С годами она может стать более интенсивной. Двоемыслие позволяет большинству справиться с этой дилеммой. Единый учебник истории, традиционные ценности, антизападные настроения и прочие факторы работают не на формирование идеологии в классическом модернистском смысле этого слова, а, скорее, на формирование обвалакивающей парадигмы мышления, в рамках которой нельзя быть нелояльными властям.

Критично настроенная публика продолжает иронизировать: как так писатель, иноагент Б. Акунин включен в список экстремистов и террористов, а сериалы и фильмы, снятые по романам писателя, с участием лояльных властям актеров, не запрещены и будут дальше, так сказать, здравствовать? А вот так. Тут не надо искать системность, последовательность и формальную логику: есть воля правящего руководства, в соответствии с законами дисциплинарной власти, описанные философом М. Фуко. А воля такова, что против власти идти нельзя. Если захотят и упоминания автора из титров фильмов и сериалов уберут: сложностей особых не будет. И другие авторы, в случае чего, могут писать схожие книги. Еще есть ход «деаононимизировать литературных рабов» Акунина. Ну и т.д. Книги Акунина пока не запрещают, хотя, симптоматично, что выкладывание фотографий граждан с книгами писателя уже стало чуть ли не актом гражданского неповиновения. Какие времена – такие и формы «протеста». Тут иронизировать не стоит. Интеллектуальный мейнстрим, остающийся в стране, мыслит иначе, непротестно: «не соглашаться с Правлением - это все равно, что против ветра плевать» (слова одного из героев художественного фильма реж. Э. Рязанова «Гараж», 1980 г.). Актуализация советских паттернов послушания-двоемыслия в российской реальности идет повышенными темпами. Общество даже не ощущает насколько интенсивно и органично это происходит. В том числе и потому, что постсоветские россияне не успели их забыть. Ну а обсмеяние и ирония критиков остается форматом диссидентов, а также кухонных посиделок и внутренних размышлений в вариациях «Наедине с собой». Тысячелетиями апробированный формат интеллектуальных упражнений: еще древнеримский император Марк Аврелий его практиковал и писал в дневниках то, что не мог говорить публично, хотя был главным человеком в огромной Империи. С учетом того, что многие релоканты возвращаются, а эмиграцию могут позволить немногие – идет активное расширение находящейся во внутренней эмиграции граждан. Производство внутренних эмигрантов идет усиленными темпами. Для них стоическое терпение и уход в свой внутренний/семейный мир – это проверенный тысячелетиями механизм реагирования на внешние события. Проверенный и надежный, но не позволяющий личности самореализовываться и ощущать позитивную свободу («свобода для возможности делать что-то»). Хотя в этих условиях и негативная свобода («свобода от чего-либо опасного или нежелательного») для многих будет желанной и достаточной.

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук О жалобах граждан на муниципальные и региональные власти и мерах противодействия этому Недавно завершившаяся «прямая линия» главы государства выявила значимую тенденцию: жалобы на муниципальную и региональные власти, равно как и просьбы в ее интересах, не слишком стимулируются. Такая тенденция наблюдалась и до «прямой линии» и пресс-конференции, однако последнее мероприятие наглядно продемонстрировало такое положение вещей. Тенденция носит не абсолютный характер и нуждается в детализации. Жаловаться на местные и региональные власти по-прежнему можно, но делать это будет сложнее. На пресс-конференции стало заметно, что региональная компонента, которая обычно сводится к просьбам и жалобам, а также стремлению пролоббировать проекты региональных администраций (чаще всего - с привлечением федерального финансирования), значительно уменьшилась. В этой логике было заметно, что такая форма гражданской активности не слишком нравится главе государства. В то же время, есть целый ряд правоохранительных органов, а также общефедеральных общественных организаций (например, «ОНФ»), которые системно работают с такими обращениями граждан. Это институциональное свидетельство того, что муниципалам и регионалам не дадут доминировать и управлять гражданами как крепостными, запрещая им жаловаться. Так, конечно же, вопрос пока не стоит. Однако становится очевидно, что региональные власти делают все возможное для того, чтобы таких жалоб было меньше. Несколько лет назад незадачливый глава Коми В.Уйба уже сказал, что он «для вас» (то есть, для жителей Коми) - «Путин». В том смысле, что наверх жаловаться не надо. Губернаторам, конечно, до Сюзерена далеко, но они обладают несоизмеримым набором инструментов для воздействия на граждан и минимизации протестно-несогласной формы активности. Начиная от «информационных дворников», которые зачищают неугодные комментарии в соцсетях под постами губернаторов, и до способов борьбы с несистемной оппозицией, которые всем известны, и с которыми, как известно, не церемонятся. Губернаторы и даже мэры городов будут черпать свои властные полномочии и ресурсы в усилении контроля над гражданами и их формами активности. Им не нужно, чтобы на них жаловались на федеральный уровень, и эту задачу они будут решать так, как это возможно. В регионах масс-медиа и так уже подверглись значительной лоялизации, стоит ожидать и новых действий в этом направлении. А также других мер, в рамках которых губернаторы и мэры будут указывать, чем должны заниматься активные граждане, а те – будут исполнять. Где-то нужно будет вывески на иностранном языке фотографировать, где-то - с шумными мотоциклистами по ночам бороться. То есть, делать то, к чему призывают местные и региональные власти, а не самодеятельность разводить, например, по поводу экологии или зоозащиты. Благодаря ЦУРам, региональные администрации знают практически про все локальные проблемы, которые происходят в регионе, но решают отнюдь не все. Не только потому, что это невозможно, но и по другим, скажем так, субьективным причинам. Так развивается дистанция между обществом и властью и, похоже, это считается издержкой в нынешней ситуации. В логике самоподобия региональным властям нужно, по мере возможностей, дать возможность быть похожим на федеральное руководство. И речь не только о выводе себя из-под удара критики. Впрочем, тенденция не носит абсолютный характер: система сдержек и противовесов в госуправлении работает, однако она испытывает на себе определенный динамизм. И в текущей диспозиции расширение возможностей губернаторов в плане коррекции и воздействия на общество – происходит.