Страхи мужика

Кисловодское вино отличалось от всех прочих одной деталью — оно пришептывало. Когда бутылки с ним завезли в продмаг, там как-то сразу сообразили и три ящика потеряли. Сами собой по городу поползли слухи — вот он, идеальный собутыльник. Оставшиеся тридцать семь ящиков расползлись, как тень в полдень. Брали все: пожилые менты, затянутые паутиной неудавшейся карьеры философы и врачи, угольнорукие матери-одиночки, брали подростки. Даже матерые алкоголики с неизбывным одеколоновым выхлопом наскребли мелочи и взяли бутылку в складчину, развели в палисаднике костерок, пили молча, передавая бутылку из рук в руки, смотрели на беленькое, малохольное пламя, разбалтывали вино во рту и слушали. Кисловодское вино в голову не било, но по волосам гладило. Город оброс задумчивостью, как щетиной. Мамочки со скрипом качали коляски и смаргивали слёзы — вино кончилось, нежный друг ушел. Философы и ученые обдирали штукатурку на брошенных своих кафедрах и НИИ, работали с остервенением, как сказал дворник Никифор: «Сбегали в космос до костей». Умаявшись, падали, где были, спали, подложив кулак под голову и видел единый сон, точно замкнуло коммутатор: блюдо с горкой заваленное жареной картошкой, стакан запотевшего молока и черную краюху хлеба. Подростки взобрались на шпиль единственного недостроя — то был костел, приехали какие-то мормоны-адвентисты, говорили об оси мира и неизбежном Конце Света, вырастили ажурный скелет храма, вставили ему багровое око витража и убыли навеки, оставив башню ветрам. Кисловодское вино не шепталось с подростками, оно выло им в душу, требуя и взывая. Закат вскрыл вены и заливал собой широкобедрую, осанистую реку, наступая на мир подростков. Откупорили еще одну бутылку, и отдались вину со всей страстностью пятнадцати лет. #писатьбольшенекому#япишуэтовосне

Жить надо так, чтобы туса вокруг твоей книги — а это была презентация сборника малой прозы Шамиля Идиатуллина «Все как у людей» — проходила в Музее восстания роботов, а снимала тебя искусная в арте К.А. Терина. #людибогиия#мыберемэтонаулицах#классныекниги

​​«Призраки осени» Юрий Некрасов Некоторые книги невольно заставляют задаваться вопросами о том, что именно скрывается в голове автора и каким образом эта история в ней вызрела. Учитывая, что Юра один из самых приятных людей, с которыми мне довелось общаться в интернете, вопросы эти занимают еще сильней. Впрочем, может в теории сублимации, как механизме создания текста, что-то есть. ) На окраине небольшого городка существует странный дом. В этом доме пропадают и погибают люди, в этом доме живут призраки, навечно связанные с ним кровавым договором. И кажется весь город знает о его существовании, подозревает о его страшных жильцах. Подозревает, но предпочитает не задумываться. Но даже и призраки далеко не самое опасное, что обитает в доме на окраине. И даже призраки надеются избежать ужасной судьбы. Нечто, скрывающееся в подвале, начинает собирать дань, запуская цепь трагедий и жестоких убийств. Запах крови в городе привлекает и других хищников. «Призраки осени» - это сюрреалистический хоррор. Описывать его сюжет, не раскрывая деталей, достаточно сложно и вполне бесполезно. Автор использует обрывочное повествование, старательно запутывая читателя, одновременно погружая его в историю и атмосферу города. По мере чтения книги читатель понимает все меньше, градус безумия (и ужаса) нарастает, и мир «Призраков» словно превращается во взвесь, где в магическом пространстве парят пузырьки здравого смысла, кажется уже никак между собой не связанные. Пока автор не начинает собирать их воедино. Градус безумия поднимает также сама манера, в которой написан роман. Иногда кажется, что Некрасов поставил себе цель – минимум в каждом втором предложении должна быть метафора. При этом каждая третья должна заставлять читателя вскинуть брови. От тяжеловесной этой манеры через некоторое время устаешь и где-то к середине книги прекращаешь обращать на нее внимание, однако к этому моменту уже оказываешься вовлечен в само плетение истории. Трудно сказать, насколько привлекательным этот стиль окажется для широкой аудитории, но любителям странных и вычурных текстов должно прийтись по душе. Мне, во всяком случае, показалось интересным (хоть и слишком концентрированным, я бы разбавил). Если бы «Призраки осени» вышли на Западе, их почти наверняка отнесли бы к new weird, что, в общем, уже очерчивает потенциальных читателей. Это очень своеобразный роман, предназначенный для любителей странных, неоднозначных книг, целенаправленно написанный таким образом, чтобы читать его было некомфортно. И если вы в эту группу входите, «Призраки» доставят массу удовольствия. Если нет, то нет. Кроме того, не могу не предупредить – книга обрывается по живому, на полуслове, посреди экшн-сцены. Это даже не клифхангер – это чистое издевательство.

Дуэль я, кстати, проиграл. Рассказ мой можно определить по первым строкам. С конкурсами и прочими соревнованиями надо завязывать с гарантией — мне они не дают ничего, я пишу лучше и более интересно, когда работаю над своей длинной историей. Вот так, не снимая лыж и скафандра, я перелез в крупную форму, гуси и нано-зарисовки не в счёт — это тренировка. #писатьбольшенекому

Взгляните на это фото. На первый взгляд, довольно нерадостная и, увы, привычная картина: обычный городской бездомный. Но стоп! Здесь что-то происходит, не правда ли? Авторы 152 дуэли Яна @yana_norina и Юра @Buhrun попытались воссоздать историю, стоящую за этой фотографией. И мы в шоке, насколько глубоко они копнули! Тема: Дуэль по картинке Жанр: Любой Ограничения: до 10 т.з. Секундант: @El_elefante Уважаемые читатели! Работы, а также опрос находятся ниже. Высказывать свое мнение о работах можно по форме обратной связи либо прямо в чате «Перчаточной». Итоги дуэли будут подведены в понедельник, 22 ноября

Не только мне и Шимуну Врочеку (у которого есть «Война 56», в ней пробуждается Ктулху) не дает покоя лавкрафтиана: https://disgustingmen.com/art/pascalblanche/ #vishot#зрижри

Предсказания не лгут Лгут глаза Лгут слезы Гримасы, которые мы принимаем за истинные чувства Лгут поворотники, не мигают фары, вранье Лгут инфракрасные датчики Что станете делать, если увидите реальное положение дел? Например, бреющий полет Тоски Ее рваные крылья Ее беззвучный стон, от которого крошатся тектонические плиты Это Тоска засевает вас спорами уныния И они прорастают, входят глубоко под кожу Поселяются в нас Я знаю хорошего хирурга Он может вас поправить Он почикал меня Потрогайте Нееееет, пальцами, глаза не возьмут Шрамы, жуткие траншеи плоти Это он рубанул меня скальпелем по глазам «Меньше лжи!» - кричал «Благодарить станешь!» - утверждал Меньше Стал Нет-нет, не пытайтесь вырваться Строительные хомуты держат плотно Принуждение Прозрение Гнилая Истина Нет? Хотите назад, в теплый омут? Но у меня есть хозяин Начальник, да Ничем не могу Никак не могу Это невозможно Увы Да Да Поверьте, искренне вам сочувствую Порешать? Есть один... способ Не самый легальный Да Да Отпишите тридцать процентов вашего зрения под нас Нет, подписи, нет Достаточно устного согласия Скажите членораздельно и вслед: «Има голджанга испура фэнес» #япишуэтовосне#какэтосвязано#лабиринтыбреда

Тонуть в черной воде — очень понятный образ. Отчаяние, отпускание, занавес. Тема последнего меня давно интересует, потому что занавес — граница, но не финал. Так и темные воды — переход, а не окончание. Внутри обложки моей жизни странные дни, делаю и тут же забываю, память многое упускает сквозь пальцы, боюсь однажды понять, что стал забывать реально важные вещи. Но пока норм, не тону, смотрю на black waters: https://m.youtube.com/watch?v=7QNse3rQq3Q #vishot#какэтосвязано

22 года назад Тайлер Дёрден (или Джек, надо пересмотреть) сказал мне с экрана телевизора (первый раз я смотрел «Бойцовский клуб» с паленой видеокассеты дома на Ленина): «Твоя работа — это не ты сам». Повторять как мантру: Твои тексты — это не ты сам. Твои кроссовки и гаджеты — это не ты сам. Твои достижения, подписчики, присутствие — это не ты сам. Ожидания других — это не ты сам. И временно попустит. #какэтосвязано

Буревестник Гиля носила свою кожу роскошно, где-то даже напоказ, подставляла ветру то шею, то свободные для ласк руки, а то надела что-то короткое, с открытой спиной, это ее и доконало. Иссечённое, слабо вздрагивающее ногами в спортивных лосинах с языками пламени от лодыжки до бедра, тело Гили лежало у общаги стройфака, где его нашли студенты из Джикистона. Полисопсов вызывать не стали, закутали тело в молельные коврики и унесли в темные, вздыхающие ритуальными басами, катакомбы общаги. Коже Гили вознесли хвалу, окурили кальяном на медовом яблоке, изумрудным гашем, синим Винстоном и клоповьими палеными стиками Ойкос, думали наплести из Гилиных волос фенек, так вроде работал мифический бабий магнит, но кто-то распробовал конвертики из кожи с разными начинками, волосы пошли на шнурки, а прочую Гилю съели. Тайком, стыдясь и притворяясь, что это часть ритуала. Лишь кусок со спины, тот самый, беспощадно скарифицированный ветром, а потому жесткий, бугристый, лежал некоторое время в комнате Назима. Чтобы умилостивить духов и отвести напасть, Назим натянул эту кожу на раму, под микс Скриптонита и Трики, заштриховал гелевой ручкой особо непонятные места, а самые опасные инкрустировал своими ногтями и приправой от Доширака. В три утра Назиму явился пророк с горящими углями очей и спросил шепотом, похожим на зимний свист ветра в ущелье: «Ты осквернил эту пери?» Назим заплакал и потянулся обнять пророка, который был похож на его деда, что ушёл за перевал Гуцой, выводить стада да там и канул. Не обнять больше Назиму деда, а пророка обнять. Одним касанием пророк испепелил руки Назима, поднял его тлеющий палец и глубоко им затянулся. «Эта пери была мать небесного воинства, — сказал пророк обычным голосом, но от его звука водопадом потекли по стенам обои, а стекла на окнах обмякли пузырями. — Кто за меня теперь воевать станет?» «Я! — закричал Назим, — я и братья мои!» «Знаешь, где танкистский шлем добыть? — пророк переступил с ноги на ногу, и Назим увидел, что пророк бос, и ноги его по щиколотку в грязи, — очень голова у вас тут мерзнет». «Так ведь лето, вчера еще жара была?» «Война, — сказал пророк, и яйца Назима поджались и спрятались в животе, — теперь всегда зима будет». Малярным скотчем пророк примотал раму с Гилиной кожей на лыжную палку, а ту сунул Назиму за спину и так, поверх футболки, поженил их на весь оставшийся век. В пять утра пророк ушел, сказав, что больно не любит рассвет. Проснулись старики и почти мальчишки, спросонья не сразу сообразили, что учинил Назим. Он стоял посреди комнаты, раскачивался, тростник на ветру, изо рта его несся белый шум телевизора, включенного на мертвую волну, из-за спины торчал стяг, с распятой на нем женщиной, и эта пери не знала отказала и не терпела возражений. Гиля звала на бой. Гиля требовала разрушать и грабить, скинуть оковы, освободить братьев из асфальтового плена. Гиля учила, как из пододеяльника и бруска хозяйственного мыла сделать кистень. Гиля транслировала карту канализационных тоннелей и коллекторов. Гиля не опускала взгляда огненных очей. Свернув молельные коврики и убрав их под кровати, они встали, как один, и вышли в стальной от мороза июнь. Рассекая небо, упала первая звезда. #писатьбольшенекому#япишуэтовосне#нетинебудет#какэтосвязано#странныеновыесказки

Чисто и легко, без сомнений и страха, малоизвестно, без видео, в тени, 9 лет назад: https://youtu.be/YjRi1jQIekA #justsound

А вот и первая народная номинация, в которой «Призраки» самостийно набрали уже 40 голосов, если читали что-то из списка (а там Оля Птицева с «Краем чудес», Максим Кабир и еще пачка любопытного), жмите на правильные кнопки — авторы будут вам благодарны: https://www.livelib.ru/bestbooks/mystery-horror-thriller/2021 #призракиосени