ВаниЗмы

У Серафима на канале очень интересные передачи в последнее время нахожу. Прекрасны сами по себе темы, что он поднимает, прекрасно то, каких людей он к себе приглашает. Сами по себе они уже интересны, а когда они ещё и поднимают живые актуальные проблемы, становится ещё интереснее. Особенно конечно впечатляют разговоры с молодежью, которая находится в ситуации, когда может спокойно, в комфортных условиях, в большинстве полемизировать с владыками, профессорами, монахами и проч. Видно, что выпуски сами по себе не режутся и часто рождаются прям на глазах. Нет ненужной цензуры, разговор идет действительно на равных и открыто. Если найдется время - посмотрите. По-новому совершенно открыл для себя Осипова. В целом не особо люблю его лекции - они довольно банальны. Но в рамках этого выпуска отвечает очень интересно и главное интеллигентно и смиренно: https://www.youtube.com/watch?v=jQPOCmlJt2M&t=3s А вот в этом выпуске очень понравилась мысль, о которой ранее просто не задумывался: Человечество обладает настолько безграничной свободой, что, пользуясь ей, может дойти даже до Богоубийства. Это ж насколько велика Любовь Бога к человечеству, что даёт ему свободу не просто от Себя отказаться, стать отвергнутым. Но позволить убить Себя, позволить пытать Себя, предать самой страшной смерти просто ради того, чтобы спасти человека, который в момент Богоубийства в Нем и не нуждается. Но даже и ему дать возможность спастись, не заставляя это делать Ссылочка на выпуск: https://www.youtube.com/watch?v=wh1GRTWy3sA&t=8856s В общем посмотрите - мне очень нравится. Особенно постом самое милое дело.

Последнее время много думаю о понимании слова "уныние". Не о унынии как о "печальке", а унынии как состоянии раздолбайства внутреннего, когда все в мире воспринимается легко, со смешком, все происходит на раз два. При этом самое сложное, что ты можешь в этом состоянии сделать - собрать себя для чего-то действительно стоящего и настоящего - например, для молитвы. Как следствие, уныние (именно в таком понимании) имеет поиск развлечения в первую очередь. Стремление даже серьезные вещи подать в виде игры, чего-то легкого и интересного. Когда ни дня не можешь прожить без развлекательного контента, когда серьезное чтение надо обязательно разбавлять приколюлями из интернета и мемасиками. А при таком развлекательном унынии невозможна духовная жизнь, потому что ищем мы не Бога в первую очередь, но развлечения. Значит в приоритете не духовная жизнь, а некое веселье нам необходимое. С другой стороны, конечно, есть такое понятие как занимание своего времени максимально негреховным занятием. Но если со всей строгостью на себя посмотреть, не жалея самого себя, то готовиться мы должны к раю, к жизни с Богом и в Боге. В связи с этим возник вопрос: в раю человек будет развлекаться или трудиться? Играть или работать? И чтобы к нему подготовиться нужно чему научиться? Радоваться от кайфа жизни или радоваться вопреки всем сложностям жизни? Или вообще к чему-то другому готовиться?

В электричке было так жарко, что это все, что осталось от нашего циклона! И даже портфелю стало жарко…

❄️ На Москву надвигается циклон «Ваня». В пятницу обещают самый снежный день с 1960 года — сугробы могут вырасти до 50 сантиметров.

Я волна! Новая волна!

А давайте сделаем красивые фотки для тг канала на репетиции? Ожидание, реальность:

И вот Пашина непесня, которая поражает своей музыкальностью стиха: https://music.yandex.ru/album/23412696/track/107029323?utm_medium=copy_link

Как же красиво Паша пишет 👆 И как мудра была его преподавательница - хоть наизусть учи подобную речь на случай, когда кто-то скажет мне такую фразу🙂 И насколько удачное сравнение с фейерверком. Чем больше образований получаю, тем больше кажется дыма и пшиков, но все никак не разорвет фейерверк

Я от природы неусидчив. А у вас есть такие антикачества, которые что-то в вашей жизни перекрыли? В музыкальном училище (НМК им. М.А. Балакирева в этом году исполнилось 150 лет) сольфеджио и гармонию нам преподавала Ольга Михайловна Попова. Это была женщина в том самом замечательном возрасте, когда, казалось бы, согбенность и эмоциональное затухание должны преобладать и оттенять в человеке рвение к красоте, свежести, скорости. В ней, как ни странно, не было и намека к затуханию. Напротив, вся она сияла и светилась: удивительной белизны седина подчеркивалась идеальной стрижкой, графскую осанку видно было издалека, безупречные долгие платья в пол делали её образ еще более одухотворенным, легкий макияж на лице не был попыткой скрыть морщины, а напротив — раскрывал необыкновенные особенности голубых глаз, и морщинки будто делали её лицо еще более благородным и ясным. От нее всегда пахло чистотой и легким, почти неуловимым, парфюмом. В общем, это была женщина, которая никогда не превратится в бабушку-старушку. Мне так казалось. Занятия свои она проводила со всей скрупулезностью, каждый новый виток неизбежно сопровождался чудо-историями, которые как бы на практике объясняли цельность теорий. Однажды, когда мне трудно давалась какая-то очередная гармоническая последовательность, я пробурчал нечто из разряда «ну, и когда мне это может пригодится?». Помните, так говорят в школе про различные предметы типа математики или физики. Она остановила урок и сказала: — Однажды, дорогие мои, вы станете гораздо более сложными, чем вы есть сейчас. Внутри вас возникнет океан чувств и мыслей такой глубины, мощи и широты, что вам понадобятся технические средства и знания, хотя бы на йоту сопоставимые с этими масштабами. Иными словами, внешние вы должны быть готовы к встрече с этим внутренним океаном, с этой своеобычной сложностью, с этим разливом, чтобы выразить его, как полагается, наиболее точно. И тогда вы вспомните день, когда сказали, что вам не нужно то или иное умение, и перестали развивать его. А это умение и окажется вдруг тем самым, которое помогло бы вам рассмотреть себя в новом ракурсе, в новом объективе, разобрать на составляющие и сложить из этого новое произведение. Но будет поздно — и время не то, и голова не та, и сердце уже не готово. Мы были так нерадивы в те годы. Через пару лет Ольга Михайловна ушла из училища, сказав, что ей не за кого больше бороться. Я до сих пор об этом вспоминаю. О, сколько раз я сталкивался с тем самым «океаном», и сколько раз мне не хватало элементарных знаний, чтобы выразить всю его глубину. Я был похож на отсыревший фейерверк в такие моменты — искрил, дымил, но салюта так и не происходило. Каждый раз я вспоминал её слова при этом.

А ещё напоминаю, что если у вас есть идея, что можно было бы обсудить, в закрепах есть специальный пост для этого. Пишите - предлагайте. Мне точно будет интересно. Надеюсь, что вам в итоге тоже понравится:)

Очень надеюсь на обратную связь от богословов и людей лучше разбирающихся в Священном Писании и в Отцах. 🙂 P.S. Наблюдение при написании этого поста: когда пишешь размышление о Евангелии от Иоанна, ловишь себя на мысли, что если дальше комментировать, нужно просто переписывать текст Евангелия с пометками: А Иисус сказал, а ему в ответ. В этом тексте неимоверная глубина, выраженная простым языком. Кто не читал - почитайте, попробуйте - очень рекомендую.🙃

У меня тут накопились "долги". Да-да, я о них помню, но обычно не сразу решаюсь писать ответы на вопросы от тети Юли, потому что, во-первых, они отнюдь не легкие (что мотивирует и что есть прекрасно), а, во-вторых, практика показывает, что как только напишешь - сразу приходят новые мысли. Вопрос был следующим: о верующих в Евангелии от Иоанна, с которыми Иисус Христос потом дальше говорит как с неверующими. Почему так? Я вообще хотел бы сразу оговорить. Сейчас читаю Игнатия Брянчанинова и что-то мне стало страшно комментировать Евангелие (особенно от Иоанна), потому что он пишет очень однозначно и категорично следующее: "... сначала более занимайся чтением святых Отцов. Когда же они научат тебя читать Евангелие, тогда уже преимущественно читай Евангелие. ... Многие, все, отвергшие безумно кичливо святых Отцов, приступившие непосредственно, со слепою дерзостию, с нечистым умом и сердцем к Евангелию, впали в гибельное заблуждение. Их отвергло Евангелие: оно допускает к себе одних смиренных". Я же себя смиренным не считаю, что заявляю со всей своей внутренней гордостью, потому что, как правило, не люблю читать святых Отцов. Но в этом вопросе обратился тем не менее к ученым мужам - честно не знаю, у какого святого Отца можно было бы прочитать именно по этому вопросу. И был рад, что мое понимание этого места с ними совпало. Тем не менее, хочу обратить внимание, что не претендую на категорично верное и взвешенное мнение. Был очень рад, что моя мысль совпала с мыслями, которые высказывает целый ряд авторов в пособии по Священному Писанию, известным как Библия Лопухина. Там он пишет примерно о том же, что сейчас попытаюсь сформулировать я. Во французском языке, который я очень люблю и уважаю, для обозначения верующего человека существует сразу два слова: croyant (от слова croire - верить) и pratiquant (от глаг. pratiquer - практиковать что-то). То есть "верующий" и "практикующий". Теперь вернемся к Евангельскому тексту: Иисус в 8 главе уже находится на пике своей проповеди - неумолимо приближается к эстремуму её. Это последний год его жизни - праздник кущей, попразднство. Популярность Его бешена. Скорее всего все знают уже, что Он и кормил и исцелял - случай воскресения четверодневного только ещё не произошел, а так весь остальной список чудес уже произвел достаточное впечатление на людей. Поэтому в принципе верующих в Него было достаточно . Они верили, что это Тот Человек, Который освободит их от рабства - римского правда. А Христос им говорит немного о другом. Недостаточно просто верить: если пребудете в слове Моем, тогда вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными. (Ин. 8:31-32) И вот сразу иудеи заговорили о другом: мы семя Авраамово и не были рабами никому никогда. На что Иисус говорит, что всякий делающий грех - раб греха. Иисус предлагает верующим в Него (не как Бога, не как Сына Божия, а как в великого пророка уровня Иоанна Крестителя, Илии или Иеремии (Мф 16:16)) иудеям стать практикующими Его учение, стать свободными, узнать истину. Но вместо этого они хотят Его убить, потому что никогда они не были рабами и имеют свободу, причем не политическую, а духовную, свободу от языческого влияния на них. Задета их национальная и религиозная гордость. Израиль - богоизбранный народ, призванный сохранить чистоту веру. С ними истинный Бог. И тут на-те - они оказывается рабы. И им уже не нужен Христос, не нужно Его учение. Может в нем вообще бес тогда? Таким образом, уверовавшие иудеи так и не становятся в полной мере христианами, так как не усвоили учения Евангелия на своей жизни. Для них Христос - человек, "сильный" пророк, но не более того, не Бог. А раз они отказываются от Бога, Который Отец для верующих, то значит отец их никто иной как диавол, о чем говорит он в 44 стихе. Самое печальное, что так и продолжает работать до сих пор. Концепция "Мы русские - с нами Бог" - те же самые "дети Авраамовы". Надо Христа найти в своей жизни, встретиться с Ним, познакомиться. Тогда и Бог станет нам Отец и сможем стать Сынами Божиими, познать Истину и стать по-настоящему свободными.