ПРОСТРАНСТВО ТИШИНЫ

Немецкие зеленые потребовали от христиан не освящать яйца на Пасху. Они считают, что католическая церквь должна отменить традицию освящать на Пасху продукты животного происхождения, такие как масло, мясо, мед и особенно крашеные яйца. "Большинство пасхальных яиц поступает с промышленных ферм, где выращенные куры содержатся в жестоких условиях".Освящать следует только корзины с продуктами растительного происхождения. Продукты животного происхождения являются причиной огромных страданий. Те, кто хотят сохранить Божье творение, живут веганами". Немецкая газета Bild обратилась к PETA с дополнительным запросом, не был ли этот призыв шуткой на 1 апреля. Там ответили, что нет, он был серьезным. "Традиция никогда не может оправдать страдания животных, - сказал представительница организации. - Мы публично призываем задуматься над этим ритуалом в свете христианских ценностей церкви"

Доктор Йоланда Пирс находит одновременно утешение и вызов в духовном гимне Were You There (When They Crucified My Lord) («Был ли ты там, когда распяли Господа моего»), который приглашает слушателей задуматься о том, как они присутствуют при смерти Иисуса на кресте: В той небольшой баптистской церкви, куда меня пригласили проповедовать в Вербное воскресенье, хор исполнил «Were You There (When They Crucified My Lord)?». Этот любимый спиричуэл побудил меня к богословскому размышлению о силе «присутствия» и об опыте радикального присутствия Бога, который воплощён в этой песне…. Более чем через две тысячи лет после реальности распятия Иисуса этот спиричуэл… подчёркивает значимость настоящего момента, дерзко задавая слушателю вопрос: «Был ли ты там?» Делая акцент на «ты» — на нас, кто физически не мог присутствовать, — он напоминает, что верующему всё равно необходимо стоять у подножия креста и соотносить себя с радикальным событием смерти и воскресения Иисуса. Пирс приводит примеры страданий, где мы призваны быть присутствующими и искать справедливости: Полнота жизни раскрывается тогда, когда ты приходишь и по-настоящему присутствуешь там, где люди страдают и несут бремя своих крестов. «Were You There?» напоминает, что быть полностью присутствующим рядом со всем человечеством не требует входа в храм или переступания порога церкви. Крест, Голгофа — это место публичного зрелища. Риторический вопрос «Был ли ты там?» на самом деле ставит перед нами более острый вопрос: будешь ли ты рядом с потерянными и страдающими поколениями? Быть присутствующим — значит быть там, где есть нужда. Был ли ты там, когда прорвало дамбы во время урагана Ураган Катрина или когда землетрясение потрясло Гаити? Будешь ли ты там, когда произойдёт следующее стихийное бедствие и самые уязвимые не смогут найти укрытие?… Быть присутствующим — значит быть там, где люди страдают. Был ли ты рядом с голодными и бездомными, теми, кто ищет свой ежедневный хлеб — и духовный, и физический?… Или ты перейдёшь на другую сторону улицы? Быть присутствующим — значит находиться на передовой борьбы за справедливость. Был ли ты в Сельма и Бирмингем, рискуя столкнуться с собаками и водомётами? Будешь ли ты на Капитолийском холме, чтобы бороться за медицинскую помощь для незастрахованных? Будешь ли ты у офиса своего сенатора, протестуя против сокращения финансирования образования, в то время как ещё миллиарды направляются на ведение несправедливых войн? Слова «Were You There?» продолжаются строками: «О, порой это заставляет меня дрожать! Дрожать! Дрожать!» Я задаюсь вопросом, не утратили ли мы способность дрожать — быть глубоко затронутыми — перед лицом несправедливости. Не перестали ли мы трепетать в присутствии святого Бога, Который требует от нас совершать дело справедливости.

Теперь свежие проповеди и некоторые другие материалы буду выкладывать в Бусти и Патреоне в свободном доступе. А желающие могут также оформить подписку на донат. Патреон https://www.patreon.com/bralispavels Бусти https://boosty.to/pavels

Наш двор к Пасхе готов!

Приглашаем на Пасхальное богослужение на русском языке. Лютеранский молодежный центр - первый этаж Реформатской церкви в старой Риге. Вход свободный. Телефон 20011100.

Карен Гонсалес, защитница прав иммигрантов, указывает на историю Иосифа в 37-й главе книги Бытия как на пример Божьей любви и защиты по отношению к иностранцам: [Иосиф] переживает череду несчастий как уязвимый чужеземец. Его история сильна и выразительна, потому что поднимает вопросы о Божьей благости посреди страдания. Она также показывает человеческую склонность колебаться между любовью и страхом перед чужими. В его истории мы видим, как египетское общество движется от страха к любви, а затем снова возвращается к страху…. Лишённый защиты, будучи рабом в чужой стране, Иосиф не получает справедливого судебного разбирательства. Вместо этого его бросают в тюрьму за преступление, которого он не совершал. Неизвестный автор книги Бытия подчёркивает, что Бог всегда видит Иосифа и пребывает с ним. Дважды в течение трёх стихов говорится, что «Господь был с» Иосифом, благословляя его труд и даруя ему благоволение у тех, кто имел над ним власть (Бытие 39:21–23)…. Тем не менее, он проводит годы в несправедливом заключении, во многом забытый своими чужеземными угнетателями…. Для многих иммигрантов и других людей, оказавшихся на обочине истории, Божье присутствие в страдании — это не вопрос сложных богословских рассуждений о теодицее, суверенитете или о том, почему с хорошими людьми происходят плохие вещи. Для них Божье присутствие в страдании — это то, что даёт им возможность жить. Более того, для многих страдающих Христос на кресте приносит утешение тем, что они служат Богу, который Сам познал глубокую скорбь и страдание. Страх ведёт к поиску «козлов отпущения», тогда как дружба ведёт к тому, чтобы принимать Христа среди нас: Страх стал основным фоном в современном разговоре об иммиграции в Северной Америке — даже среди последователей Иисуса, которые призваны любить ближнего как самих себя. Библия многократно говорит о необходимости φιλοξενία (любви к чужеземцам) — от книги Исход до Послания к Евреям: «Братолюбие между вами да пребывает. Страннолюбия не забывайте, ибо через него некоторые, не зная, оказали гостеприимство ангелам» (Евреям 13:1–2)…. Когда мы открываемся для дружбы с иммигрантами и сознательно делаем шаги к тому, чтобы узнавать друг друга и быть узнанными во взаимности, мы расширяем круг своих привязанностей. Внезапно иммигранты перестают быть бременем или угрозой для экономики — они становятся Руфью, Агарью или Иосифом, которых можно любить. Они становятся для нас многогранными людьми — друзьями, которые обогащают нашу жизнь самим своим присутствием. Мы принимаем их — и одновременно принимаем Христа и Его радость. Более того, когда египтяне принимали израильтян, они принимали Бога и Его благословение среди себя. А когда отвергали и угнетали их, они отвергали Самого Бога, даже не осознавая этого. Иисус часто приходит к нам под видом другого, как Он Сам говорит в 25-й главе Евангелия от Матфея: иногда Он — узник, больной, нагой, голодный, жаждущий или чужеземец (стихи 35–36). Если мы чему-то и учимся из истории Иосифа и его страданий, так это тому, чтобы принимать и обнимать Иисуса, приходящего к нам под прикрытием.

Мы не вышли за пределы древних практик ритуального создания «козлов отпущения» — мы лишь стали лучше их скрывать. — Дженнифер Гарсия Башо, Scapegoats Библеист Дженнифер Гарсия Башо рассматривает древние религиозные практики «козла отпущения»: «Козлы отпущения» существовали с самых ранних этапов формирования цивилизаций. Древние общества практиковали ритуальное возложение вины, символически перенося грех и ответственность общины на человека или животное, чтобы освободиться от чувства вины и сохранить мир среди своих членов. … В Израиле не использовались человеческие жертвы … [однако] в других древних обществах люди действительно становились «козлами отпущения», и таких жертв изгоняли или убивали ради блага общины. Обычно такими «козлами отпущения» становились те, кого считали заменимыми…. Современные общества также используют «козлов отпущения», но если древние практики включали ритуалы изгнания или убийства, то сегодня этот механизм расширился и проявляется в новых формах. В наши дни «козёл отпущения» проявляется в самых разных видах дискриминации — социальной, расовой и этнической, политической и религиозной. Евангелия показывают, что смерть Иисуса на кресте была, в том числе, наказанием за защиту священного достоинства тех, кого считали «ненужными». В своей жизни Иисус поддерживал женщин, дружил с бедными и людьми с ограниченными возможностями и исцелял их, принимал тех, кто был отвержен…. Тот Иисус, который превращал «чужих» в «своих», сам оказался вытеснен на край человеческого общества, осмеян чужими и лишён человеческого достоинства…. Если жизнь Иисуса обращала судьбу тех жертв, которых Он встречал, то Его смерть обращает судьбу будущих жертв. Он становится «козлом отпущения», который завершает сам механизм «козла отпущения» — и раскрывает истину, способную раз и навсегда положить конец человеческому обвинению и насилию. Находясь в зоне комфорта, мы призваны обратить вспять столь распространённую в нашей культуре практику поиска «козлов отпущения»: И потому нам всем вместе следует идти по стопам Иисуса, сообразуя нашу жизнь и наши церкви с теми ценностями, которые Он явил…. Мы должны призывать к тому же перевороту и участвовать в нём. Мы должны возвышать бедных, угнетённых и отвергнутых и противостоять людям, властям и системам, которые создают бедность, маргинализируют слабых и делают «чужих» козлами отпущения. Мы должны собираться за столом причастия, чтобы помнить смерть «козла отпущения» — и то, что она открыла — чтобы заменить порочный круг страха, обвинения и насилия на освобождающий круг исповедания, включения и подражания Христу. Этот переворот сил, этот переход от сообщества, создающего «козлов отпущения», к сообществу, освобождающему, — это путь участия в Божьем царстве, которое преображает мир. Это и есть следование за Иисусом — в Его жизни и смерти — к миру без «козлов отпущения».

Читаю тут реакции в комментариях на освящение статуэтки Оскара о.Алексеем Уминским. Ничего нового. Когда в 2019 году я рассказал, как освящал пиццерию - столкнулся с такой же компанией хейта и отмены со стороны не слишком воцерковленной (но имеющей тем не менее свое "самое ценное мнение" о религии) публики.

Кстати, 28 марта исполнилось 35 лет со дня регистрации латвийской религиозной организации Диевтуров (латышских неоязычников).

Сегодня, 30 марта, – День прогулки по парку. Даже 30-минутная прогулка несет большую пользу для здоровья, причем не только для снижения веса, но и для повышения иммунитета, снижения риска ожирения, диабета 2-го типа и некоторых видов рака. Прогулка понижает кровяное давление, улучшает сердечную деятельность и – настроение. Пойду-ка я - прогуляюсь.

Отец Ричард Рор описывает ритуал «козла отпущения», который совершался в Yom Kippur — иудейский День искупления: Само выражение «козёл отпущения» происходит из изобретательного ритуала, описанного в книге Левит 16. Согласно иудейскому закону, в День искупления первосвященник возлагал руки на «уходящего» козла, символически возлагая на него все грехи еврейского народа за прошедший год. Затем козла били тростниками и колючками, изгоняли в пустыню, а народ возвращался домой с радостью. Насилие по отношению к невинной жертве, по-видимому, довольно эффективно временно снимало коллективное чувство вины и стыда. Та же динамика «козла отпущения» проявлялась, когда европейские христиане сжигали предполагаемых еретиков на костре, когда белые американцы линчевали чернокожих американцев, и продолжается до сих пор. По сути, этот шаблон одинаков и полностью иррационален. Всякий раз, когда «грешник» исключается, наше коллективное эго испытывает удовлетворение, облегчение и чувство безопасности. Это работает — но лишь на время, потому что это всего лишь иллюзия. Снова и снова веря в ложь, будто на этот раз мы нашли настоящего виновного, мы становимся всё более нечувствительными, привычно невежественными и виновными — ведь, конечно, механизм «козла отпущения» никогда по-настоящему не устраняет зло. Пока зло «там, где-то», мы думаем, что можем изменить или изгнать кого-то другого как источник заражения. Тогда мы чувствуем себя очищенными и умиротворёнными. Но это не подлинный мир — не тот мир Христа, который «мир дать не может» (см. Ин. 14:27). Иисус стал «козлом отпущения», чтобы разоблачить универсальную ложь этого механизма. Он стал тем, против кого согрешили, чтобы открыть скрытую природу «козла отпущения» и показать, насколько ошибаться могут даже люди с благими намерениями. Пилат, представитель государственной власти, и Каиафа, глава храма, иллюстрируют этот паттерн: оба находят искусственные причины осудить Его (см. Ин. 16:8–11 и Рим. 8:3). Поклоняясь Иисусу как «козлу отпущения», христиане должны были научиться перестать создавать «козлов отпущения», но этого не произошло. Мы всё ещё глубоко ошибаемся всякий раз, когда создаём произвольных жертв, чтобы избежать собственной причастности ко злу. Похоже, это один из самых эффективных способов отвлечения. История показывает, что сама по себе власть — плохой ориентир. Тем не менее для многих людей авторитетные фигуры снимают тревогу и освобождают их от ответственности формировать зрелую совесть. Нам нравится следовать за кем-то другим и перекладывать ответственность. Это универсальный сюжет в истории и культуре. Из-за ошибочного представления о Боге как о «главном карателе», которого придерживаются многие христиане, мы считаем собственное насилие необходимым и даже добрым. Но не существует «искупительного насилия». Насилие не спасает — оно лишь разрушает всех участников, как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе. Иисус заменил миф об искупительном насилии истиной об искупительном страдании. На кресте Он показал нам, как удерживать боль и позволять ей преобразить нас.

Отец Ричард Рор указывает на человеческую склонность решать проблемы через обвинение других: Человеческое заблуждение, по-видимому, заключается в следующем: мы думаем, что проблема всегда в ком-то другом, а не в нас самих. Мы склонны «экспортировать» свою ненависть и зло наружу. На самом деле эта проблема настолько глубоко укоренена в человеческой природе и истории, что её преодоление лежит в самом сердце всех духовных учений. Зрелая духовность старается держать нас самих в ответственности — говоря, как пророк Нафан, обличая царя Давида: «Ты — тот человек!» (2 Царств 12:7). Человеческая природа постоянно стремится либо играть роль жертвы, либо создавать жертв — и то, и другое ради контроля. Более того, второе вытекает из первого. Как только мы начинаем жалеть себя, мы вскоре находим кого-то, кого можно обвинить, осудить или атаковать — и безнаказанно. Это быстро «оседает пыль» и снимает непосредственное чувство стыда, вины или тревоги. Иными словами, это работает — по крайней мере какое-то время. Поэтому у непреображённого человека нет причин прекращать создавать жертв или играть роль жертвы. Если мы читаем сегодняшние новости, мы видим, что этот шаблон не изменился. Ненависть, страх или унижение другого человека по какой-то причине удерживают нас вместе. Создание «необходимых жертв» словно встроено в нас. Философ René Girard называл этот «механизм козла отпущения» центральным паттерном формирования и поддержания культур во всём мире с самого начала. Нам, религиозным людям, трудно это услышать, но наиболее устойчивое насилие в человеческой истории — это священное насилие, или, точнее, сакрализованное насилие. Люди нашли крайне эффективный способ оправдывать свои инстинкты страха и ненависти. Мы воображаем, что боимся и ненавидим ради чего-то святого и благородного — Бога, религии, истины, морали, наших детей или любви к родине. Это снимает с нас чувство вины. В результате мы даже можем считать себя стоящими на моральной высоте или действующими ответственно и разумно. Большинству людей даже не приходит в голову, что они могут стать тем, чего боятся и что ненавидят. Это хорошо скрытый секрет. Без мудрости мы оправдываем насильственные и даже безнравственные поступки ради чего-то «достойного», например «защиты детей». Если механизм козла отпущения не будет осознан, назван и проработан через конкретные ритуалы, признание ошибок, работу с собственной «тенью» или покаяние, этот паттерн, как правило, остаётся бессознательным и не подвергается сомнению. Писание справедливо называет такую невежественную ненависть и убийство «грехом». Иисус пришёл именно для того, чтобы «взять на Себя» (Ин. 1:29) нашу способность совершать это — разоблачая ложь, чтобы все её увидели. Иисус предстал как полностью невинный, осуждённый высшими властями как религиозной, так и государственной системы (Иерусалимом и Римом) — событие, которое должно вызывать здоровое сомнение в том, насколько ошибочными могут быть даже самые высшие власти. «Он обличит мир о грехе, и о правде, и о суде» (Ин. 16:8).